«Когда нет права отказать взрослому, ребёнок не распознаёт опасность»
Психолог Катерина Дёмина — о неправильных выводах из обсуждения «групп смерти»

После выхода статьи про суицидальные группы родители кинулись исследовать страницы своих детей и проверять каждое сообщение, в чём честно признались опять же на своих страницах в социальных сетях. Это по-человечески понятный, но совсем не лучший вывод, который можно было сделать из всей этой истории. Семейный психолог Катерина Дёмина объясняет почему.
Следить ли за детьми в интернете? Ровно в той же степени, в какой вы следите за ними в обычной жизни. Маленьких детей водим за руку только на детскую площадку (читай: детский интернет, только из ваших рук, по таймеру), младших школьников пускаем под надзором погулять во дворе — то есть сами скачиваем им игры на планшет, соцсети блокируем, обсуждаем увиденное.
С подростками сложнее. У большинства подростков (если не у всех поголовно) есть страницы в соцсетях, это сейчас такая же норма, как раньше свисток из консервной банки.
Сама суть подросткового возраста — протест, отделение, обесценивание всего родительского
Хорошо, если к этому моменту у вас сложились действительно тёплые и близкие отношения с ребёнком. Но чаще всего родители оказываются не готовы к новому кризису. Родители вламываются в комнату, перерывают шкафы и письменные столы, копаются в телефоне и электронной почте — и подросший ребёнок ввязывается в деструктивные, нездоровые, иногда даже опасные отношения с партнёрами, просто потому, что так он понимает любовь и заботу: через вторжение, через насилие.
Ребёнок такой же человек, как и взрослый, с теми же правами. Как раз наоборот: уважение его границ и пространства защищает от вторжения «тёмных сил». Потому что жертвами сект и растлителей становятся те дети, которых дома насилуют, пусть и морально. Когда нет права отказать взрослому, когда с тобой никто не считается, когда нет ничего своего, ребёнок не распознаёт опасность, потому что привык к ней.
Часто ко мне приводят детей с жалобами на «немотивированную агрессию», «патологическое упрямство», хотя ребёнок всего лишь говорит: «нет, спасибо, я не хочу»
Не хочу есть вот это, носить то, что вы предлагаете, ходить и делать то, что мне неинтересно. Это нормальное и здоровое поведение человека, который хорошо себя понимает и ощущает. А родители их лечить тащат, хорошо ещё, если не к психиатру.
Если вы будете относиться к ребёнку как к равному (в гуманистическом смысле этого слова), уважать его границы, считаться с его желаниями и нежеланиями, он просто не попадёт на эту страницу в соцсети и отшатнётся, только увидев это панибратское «Эй, клёва девчонка! Ты мне нра!». Да кто ты такой, чтобы я тебе клёва?
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе








