«Когда есть возможность и я могу помочь, я должна так делать»: как работают московские волонтёры

Мы живем в уникальное время: эмпатичные и равнодушные стоят по одну сторону баррикад — одни в экстремальных условиях спасают жизни, а вторые сидят дома и тоже вносят посильный вклад. Мы поговорили с волонтёрами, которые помогают другим даже во время пандемии — от работы в больнице до выгула собак.

«Я хочу попытаться максимально изменить ситуацию к лучшему»

Полина Волкова, ординатор РНИМУ им. Н. И. Пирогова, доброволец в Коммунарке

Я ординатор, моя специальность — акушерство и гинекология. Мы уже давно поняли, что ситуация с коронавирусом сложнее и серьезнее, чем кажется. Хотя это всё-таки было очевидно не сразу. Сначала ситуация скорее вызывала у всех медиков раздражение, потому что сильно изменила всю нашу жизнь: порядок плановых госпитализаций, оперативных вмешательств. И, в принципе, большинство людей относились к этому как к гриппу. Теперь же ситуацию невозможно игнорировать.

Затем к нам обратились с призывом помочь поликлиники, причем им требовались не только терапевты и кардиологи, но и хирурги, в том числе и акушеры-гинекологи. Поэтому уже две недели я работаю участковым врачом-терапевтом в поликлинике. Хожу по вызовам, принимаю пациентов, в том числе и лихорадочных. Можно сказать, что мы находимся в авангарде. Пациентов очень много, и с каждым днем паника усиливается.

Большая часть вызовов, на которые я ходила, — это случаи, которые в обычной ситуации не вызывали бы у людей тревоги

Помимо этого, я работаю не только на участке, но и в качестве волонтёра в больнице в Коммунарке, чтобы видеть, что происходит, и попытаться максимально изменить ситуацию к лучшему. Мы все сейчас испытываем катастрофический дискомфорт и тревогу по поводу происходящего.

В Коммунарку я пошла исключительно по собственному желанию, в отличие от поликлиники, потому что не могла остаться не у дел и не попытаться хоть как-то повлиять на ситуацию. Там пока всего хватает. Работает фильтр, есть карантинная и некарантинная зоны. Если ходить туда-сюда, приходится каждый раз полностью менять комплект одежды. Скоро придут результаты исследований на коронавирус — ведь у нас берут анализы как у людей, находящихся в авангарде. И если они будут положительными, непонятно, кто будет лечить людей и следить за ситуацией, ведь нас всех посадят в изоляцию. Вопросов больше, чем ответов.

Читайте также

Куда отправят ребёнка, если родителей госпитализируют с коронавирусом?

Я знаю, что в Москве сейчас все новые и новые стационары переделывают под палаты интенсивной терапии, оценивают возможность проведения искусственной вентиляции легких, закрывают эти корпуса и обустраивают исключительно для приёма пациентов с пневмонией. Пока я была студентом, я долго работала в другой больнице и поддерживаю с ней контакт. Могу сказать, что там поначалу был большой дефицит материалов и средств индивидуальной защиты. Ведь раньше при работе с пациентами врачам было достаточно одноразовых халатов и масок. Сейчас поликлиники должны обеспечивать своих сотрудников более серьёзными средствами защиты.

«Всё, чему нас учили шесть лет, неожиданно понадобилось»

Руслан Алекперов, ординатор РНИМУ им. Н. И. Пирогова, доброволец в поликлинике

Впервые информация, что был выявлен коронавирус, появилась в декабре. Из общей истории и медицины мы помним, что вспышки коронавирусной инфекции были уже два раза, но они не стали такими большими, потому что «страна-хозяйка» обычно успевала их заглушить.

Для меня же настоящая эпидемия началась, когда вирус попал в Италию, когда там всё отменилось. Я как человек, который увлекается спортом и новостями, понял, что в Европе ситуация крайне напряженная.

Я в это время проходил ординатуру в своей больнице. И моего врача просто взяли и забрали в аэропорт на контроль — для проверки приезжих пациентов. Я понял: раз начали мобилизовывать врачей, значит, скоро очередь дойдёт и ординаторов, и студентов старших курсов. Так началась настоящая пандемия.

Я хотел пойти добровольцем, и меня распределили в поликлинику, в которой я сейчас работаю терапевтом. Приступили к приёму буквально через два дня — после небольшого обучения и собрания.

Работа оплачивается, но это больше похоже на бонус — не мотивация, а поощрение

Нам дали кабинет и полный прием пациентов с признаками ОРВИ. До того как был объявлен режим самоизоляции, пациентов было неимоверное количество: они шли то за одним, то за другим. Сейчас поток немного уменьшился, но люди всё равно приходят. Причем не только с ОРВИ, но и с пневмониями. Пока что их было две, и обе бактериальные.

Всё то, чему нас учили шесть лет, неожиданно понадобилось — тот самый комплексный взгляд на пациента. Ты правда пытаешься смотреть максимально широко: из-за чего может быть температура? Это ОРВИ, или это может быть другая патология? Хотя пациентов с коронавирусом у меня пока не было. У тех, кто находился под подозрением, мы брали мазки.

«После каждой прогулки я обрабатываю поводок антисептиком»

Ольга Галкина, волонтёр ГБУ «Моя карьера», выгуливает собак

Раньше я была волонтером в муниципальном приюте для собак. Знакомая, которая работает в организации, объединяющей волонтёров, предложила мне поучаствовать в помощи пожилым людям во время коронавируса. Я согласилась.

Можно было выбрать себе разные виды деятельности, но поскольку я волонтёр-собачник, мне предложили помогать пенсионерам выгуливать собак. Два раза в день мне нужно гулять с животным по полчаса. Хозяевам также может понадобиться помощь с доставкой и покупкой корма, они могут оставить заявку и попросить об этом. Это тоже могу сделать я. Времени у меня хватает: я работаю бариста в кофейне, но сейчас она закрыта.

Читайте также

Добро и волонтёры по всей планете: как обычные люди спасают мир от коронавируса

Меры безопасности мы соблюдаем: я не захожу в квартиру, не подхожу ближе 1,5 метров. Только бесконтактная передача. Нам выдали нужные средства защиты: перчатки, маски. На каждую прогулку уходит по два комплекта, ведь маску и перчатки нужно надевать каждый раз, когда возвращаешься с улицы. После каждой прогулки обрабатываю поводок антисептиком. Мы проходили обучение, всем выдали инструкции по безопасности.

Когда есть возможность и я могу помочь, я должна так делать: это приносит мне удовлетворение. Тем более что сейчас мы не можем ходить в приют из-за коронавируса и прогулка с животными немного заменяет эти походы.

«Людям, которые лежат в больницах, иногда некому позвонить и попросить купить продукты»

Татьяна Панасенко, студентка РНИМУ им. Н. И. Пирогова, волонтёр, помогает доставлять продукты в карантинные зоны

Я учусь на 6-м курсе педиатрического факультета, параллельно работаю медсестрой. В свободное время, когда я не занята в больнице, я хожу и выполняю заказы. Напрямую мы работаем только с одной организацией, которая находится в структуре нашего университета, — это Российская детская клиническая больница на Ленинском. Там родителям не разрешают выходить в город, как, в принципе, и в других стационарах. Хотя им, безусловно, нужны продукты, гигиенические средства, лекарства.

Больница принимает детей со всей России, и у кого-то нет родственников в Москве, им некому позвонить и попросить что-то купить или принести. Поэтому мы передаём личные вещи и покупки в больницу родителям с детьми.

Всего нас около 12 человек. В первой половине дня наша начальница принимает заказы, присылает их в общий чат с полной информацией о родителях, отделении, о том, что именно нужно из покупок. На каждый день назначаются дежурные ребята, а все остальные — на подстраховке. Потом мы закупаемся по списку, сохраняем все чеки. Иногда мы забираем аптечные заказы или заказы из службы доставки.

«Наши волонтёры контролируют температуру на входе в Минздрав»

Ирина Брагина, руководитель волонтёрского центра РНИМУ им. Н. И. Пирогова

История волонтерского центра началась в 2012 году с маленькой инициативной группы ребят. Они ходили в детские больницы, ездили в детские дома и проводили там мастер-классы, концерты. Сейчас мы ведём работу по четырём направлениям: событийному, социальному, медицинскому и экологическому. В волонтерском центре реализуют более 10 проектов. Мы проводим мероприятия и помогаем в детских и взрослых больницах, детских домах, паллиативных отделениях, помогаем в приюте для собак, в организации конференций, форумов, конгрессов в университете. А сейчас в связи с коронавирусом мы помогаем больницам и пожилым людям.

Читайте также

Как дезинфицировать уличные вещи во время пандемии коронавируса?

Наши волонтеры — это и студенты, и ординаторы, и аспиранты, и профессорско-преподавательский состав РНИМУ им. Н. И. Пирогова. Всего нас около семисот человек — тех, кто принимает участие постоянно. Примерно столько же помогают периодически. В рамках акции по предотвращению распространения коронавирусной инфекции волонтеры помогают Российской детской клинической больнице (РДКБ): принимают заказы в первой половине дня, покупают необходимые лекарства и продукты и бесконтактно передают пациентам РДКБ во второй половине дня.

Волонтеры РНИМУ контролируют температуру на входе в здание Минздрава. А ещё наши студенты и ординаторы помогают в больницах медперсоналу. Сейчас поступает много запросов на волонтёрскую помощь. Поэтому все волонтерские центры и движения медицинских вузов, институтов, факультетов совместно с ВОД «Волонтеры-медики» объединились для помощи во Всероссийской акции #МЫВМЕСТЕ.

«Я хотела хоть как-то помочь уберечь пожилых»

Гузель Мухутдинова, студентка РНИМУ им. Н. И. Пирогова, волонтёр, помогает пожилым покупать продукты

Я учусь на лечебном факультете, но совсем не знала, что существует такая организация, как «Волонтёры-медики». Когда нас отправили в самоизоляцию, я просто зашла на сайт и увидела, что они занимаются доставкой продуктов и лекарств. Я решила помогать пожилым людям, потому что они находятся в группе риска. Как известно, коронавирусная инфекция поражает преимущественно людей старшего возраста.

Когда я пришла туда, нам сперва провели краткий инструктаж в офисе, выдали маски, бейджи и документы, в которых были указаны адрес пожилого человека и его заявка. Мы шли в магазины, по намеченному списку покупали продукты за свои деньги. Все были в масках. Такого, чтобы нам не вернули деньги за товар, не было ни разу. Либо мы оставляли пакеты возле двери человека и он переводил нам деньги на карту, либо мы передавали человеку продукты, а он отдавал нам деньги.

Иллюстрация: Shutterstock (Alla Shadrina)