«Мы учим жить детей, а сами вынуждены выживать»: педагог со стажем — о смысле своей профессии

Сегодня 1 сентября, День знаний. Праздник не только для школьников, но и для педагогов, воспитателей, преподавателей в вузах. Наш блогер, учитель с многолетним стажем Майя Тараховская, написала текст о своей профессии, об отношении к детям, коллегам, родителям и, конечно, к самому образованию.
Много лет я задаю себе вопрос: «Кто ты, учитель?» Конечно, я могу взять словарь и прочитать определение там. На этот вопрос вообще может ответить кто угодно — даже ребенок. Проведите эксперимент: спросите у своих детей или учеников, кто такой учитель. В 99% случаев вы услышите: «Учитель — человек, который учит». А вот определение из энциклопедии: «Учитель — ныне одна из самых распространённых общественных профессий, возникшая вследствие необходимости воспитания и обучения следующих поколений для более успешного и быстрого их вхождения в общественную жизнь» Нравится? Мне — нет. А вот ответ ребенка мне нравится: он точный и простой. И главное, там обозначено, что учитель — это человек. Значит, ничто человеческое ему не чуждо. Всё присутствует в человеке: бушуют страсти и эмоции, торжествует или не торжествует разум. Мы любим, огорчаемся, обижаемся, творим, ошибаемся.
Я вспоминаю одну из забастовок учителей в нашем городе. Это было давно. Учителя — самая незащищенная категория жителей — должны были выживать на нищенское пособие, которое и зарплатой назвать было нельзя. Нищета и полное отсутствие каких бы то ни было прав толкнули учительский профсоюз на забастовку. Мы собрались у мэрии, вокруг суетились журналисты. Мы давали интервью, говорили о проблемах, но все это было как-то не по-настоящему, как говорят дети: «не взаправду». Все чинно, размеренно, правильно и, я бы даже сказала, красиво!
Продолжилось все то же в актовом зале, где нас потом собрали. Учителя выходили и говорили о проблемах в профессии, о своем видении, как эти проблемы должно решать государство. Я бы кратко описала эти выступления так: «Ай-яй-яй!» Ответы оппонентов (тех, кто считал, что учителям больше, чем они зарабатывают, не нужно) были тоже красивые, что-то вроде «Не-не-не!» Цирк да и только. И так часа два. Хотелось, чтобы все это поскорее закончилось.
И вдруг с конца зала к трибуне твердой походкой направилась женщина в ярко-красном костюме. В нашей серой общей массе она была, пожалуй, единственной, одетой столь неподходящим образом для такого серьезного собрания. Зал замер. Фраза, с которой она начала свое выступление, запомнилась и прочно осела в моей голове:
«Раб-учитель может воспитать только раба-ученика!»
Не помню, что она говорила дальше — в голове у меня звучала эта фраза. В скором времени мы с этой удивительной женщиной стали близкими подругами. Ирина — так зовут эту учительницу — показала мне другой путь становления учителя. Благодаря ей я поняла, что учитель иногда должен быть борцом. Борьба с невежеством, борьба за наши учительское дело, борьба за детей — это всё присутствовало в жизни учителя на протяжении многих веков. Некоторые педагоги утверждают, что бороться ни с кем и ни с чем не нужно. Возможно. Скорее всего, нужно просвещать. Но ответьте, как можно было просвещать Кощея Бессмертного, Бабу Ягу и все то зло, о котором нам рассказывали в сказках? С ним, со злом, нужно бороться. Поэтому я и считаю, что учитель должен бороться со злом, невежеством, непониманием.
А чему должен учить учитель? Конечно, многому. Но, прежде всего, учитель обязан воспитывать. На уроках, на переменах — везде. Он должен учить жить. Но пока мы учим детей жить, нам самим порой приходится выживать.
Учителя и школы сейчас находятся в сложном положении. Не каждый может выстоять, не сломаться
Здесь главное — никого не судить. Наши дети тоже учатся выживать. Но учительская миссия в том и заключается: адаптировать детей к жизненным ситуациям через предметы, которые мы преподаем.
И последнее: отвечая на вопрос «Кто же ты, учитель?» не могу не вспомнить притчу об идеальном учителе. «Один человек захотел найти идеального учителя. Он побывал в разных школах, учился разным наукам, многое познал. Но ни один учитель не мог удовлетворить его. Тот был слишком тих, другой слишком резок, третий — требователен, четвертый ленив. И вот, повстречал этот человек идеального учителя. Пал он пред ним на колени и сказал: „Учитель, я исходил много земель, я пытался найти совершенного учителя. Ты — идеал. Возьми меня в ученики!“ Учитель окинул просящего взглядом и ответил: „Не могу“. „Но почему?“ — воскликнул тот. „Просто я ищу идеального ученика“».
Прошу вас помнить, мои дорогие, что учитель — человек, который учит. Не ищите идеал. Считайте идеальным каждого, кто учит вашего ребенка. Кто знает, может, он таким и станет? Подарите ему такую возможность — учить. Поверьте в его добрый посыл, говорите с ним, учите его, идите на контакт. Возможно, вы станете свидетелем чуда и педагог подарит вам вашего ребенка, когда вам будет казаться, что вы его теряете.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: Demetrio Cosola / Public domain
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026















