«Два года, истерика на истерике»: почему маленькие дети так безутешно плачут и что с этим делать

К бурному проявлению эмоций маленькими детьми невозможно подготовиться. Даже самые стойкие и спокойные взрослые, которые видят (и слышат) извивающегося на полу двухлетку, которому не купили динозавра, могут запаниковать или выйти из себя. Как предотвратить истерику и что делать, если она всё-таки случилась, рассказывает наш блогер Кира Соломатова.
Когда психологи говорят про истерику, они имеют в виду поведенческую реакцию ребенка на психоэмоциональное напряжение, которая может проявляться слезами, криком, агрессией, самоагрессией, безудержной двигательной активностью и даже смехом. Когда же родители говорят об истерике, они имеют ввиду слёзы, крики и порой самоагрессию. Родителям важно разглядеть, что собственно происходит, и обратить основное внимание не на поведение, а на его причины.
Каковы причины истерики?
Перегрузка
Истерика в раннем возрасте часто происходит от перегрузки, физической и эмоциональной усталости. Дети устают и перегружаются быстрее взрослых. Недостаток сна, голод, большое количество даже радостных эмоций, много событий легко может спровоцировать истерику.
Этап в развитии
Истерика в раннем возрасте — это нормально, это часть развития. Что же мне никто не сказал об этом раньше? Вот честно, если бы кто-то мне об этом сказал, или я где-то это прочла, мне было бы ну в половину легче. В два-три года ребёнок начинает осознавать, что он отдельная личность, и готов заявить взрослым, что у него есть своё мнение, и протест является частью этого процесса.
Отсутствие навыков саморегуляции
Мозг ребенка не способен к саморегуляции: к трем годам у него только-только появляются первые признаки совместной регуляции. Постепенно ребенок тренирует эту способность, но научиться ей он может только если родитель, как надежная скала, выдерживает лавину его чувств. Полностью способность к саморегуляции формируется к 21-25 годам. Поэтому «истерики» или «радостное перевозбуждение» ребёнка являются нормальным явлением с научной точки зрения.
Травмы
Если мама переживает травму/трагедию во время беременности, или ребёнок рано встретился с экстремальной ситуацией, ему будет труднее, чем другим детям, развить саморегуляцию. Если стресс продолжается слишком долго, в мозг посылаются сигналы, «отключающие» понимание слов. Вы когда-нибудь видели вопящего ребёнка, глухого к каким-либо логическим доводам? Или прыгающего с дивана на тумбочку, хохочущего и совершенно не слышащего ваших разумных доводов?
Способ получить желаемое от взрослых
Не спешите записать ребёнка в манипуляторы. Как малыш в первые год или два года информировал нас о том, что ему надо? Правильно, он плакал и кричал. Где-то около двух лет у ребенка появляется речь, мы ожидаем, что он будет пользоваться ею, чтобы «попросить», но это не так просто. Даже владея развернутой речью, не всегда легко попросить, а особенно если ситуация стрессовая или ребенок устал.
Что делать родителям?
1. Маме разбираться с собой: искать ресурс, задавать себе вопрос, почему так сильно раздражает это поведение. Может, я чего-то боюсь? Я сама боялась, что так будет всегда. Что если я не справляюсь в 3 года, то что будет потом, в 16 лет? Или я злюсь, потому что со мной никто не возился в детстве и не интересовался, чего я хочу, а тут такое.
2. Проанализируйте нагрузки ребёнка в целом. Как часто и куда вы ходите? Какие у вас ожидания и требования к поведению ребенка? Сколько времени он спит? Есть ли у него возможность для свободной игры? Усталость, перегрузка, голод могут спровоцировать истерику.
3. Предоставляйте выбор и свободу. Проанализируйте, что может контролировать ребёнок. Какие дополнительные свободы вы можете ему предоставить?
4. Ведите дневник: обстоятельства до истерики, поведение всех участников во время ее и после, сколько времени она длится?
Что делать родителям в момент истерики?
1. Прежде всего оставайтесь спокойным. Дышите глубоко и медленно — я не верила, что это работает, но случайно убедилась, что организму важно дать понять, что он в безопасности. Ребенок тут же почувствует ваше эмоциональное состояние. Ваше спокойствие пошлет ему сигнал безопасности и любви. Ребенок как бы услышит: «Мне плохо, но мама знает, что делает.»
2. Если ребенок способен слушать, скажите ему, что вы понимаете, как ему плохо и некомфортно. Заверьте его, что это нормально — испытывать такие эмоции. Назовите его эмоции. И если получится, попытайтесь угадать его желания: «Я вижу, что ты рассержен, обижен! Тебе очень хотелось бы… и сейчас мы…»
3. Если ребенок, вас «не слышит» (не может слышать), обезопасьте его. Постарайтесь отойти в безлюдное место. Сядьте, обнимите его и дайте ему закончить истерику. Некоторые дети не любят объятий, тогда отпустите его в безопасную зону или комнату, а сами сядьте недалеко на пол. Говорить в такой ситуации надо минимально: «Я вижу, что тебе плохо. Я здесь, если тебе нужна моя помощь.» Просто будьте рядом! Не угрожайте ребенку. Не бейте. Не обзывайте. Не критикуйте.
4. Не уступайте ребенку только потому что он громко кричит и плачет. Уверенно и с уважением стойте на своем: «Да, я слышу, что ты очень хотел бы… но сейчас мы поступим иначе».
5. Позже, когда ребенок уже спокоен, обсудите ситуацию. Назовите те эмоции, которые, как вы думаете, он испытывал: «Ты, похоже, очень рассердился… Ты так хотел посмотреть телевизор, но надо было идти спать.» Сделайте паузу. Дайте ребенку возможность выразить свои эмоции. Иногда не в словесной форме. Тут можно обсудить, что делать в подобной ситуации в следующий раз (спросите ребенка, что он думает, следите, чтобы это не превратилось в нотацию). Говорите коротко! (дети нас «выключают», если мы долго говорим).
Помните, что истерика — это трудно. В этот момент трудно всем: и ребенку, и взрослому! Ваша поддержка станет для ребенка базой его самооценки, веры в себя, умения переносить трудности и справляться с новым.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: Shutterstock / Katya Shut
Популярные комментарии
ОльгаНекоторые родители не умеют быть родителями. Потому что не понимают, что детей любят просто так, а не за что-то. А дети вообще не обязаны соответствовать ожиданиям родителей.
Я разлюбила своего единственного сына. Почему я вижу в нем только недостатки?
HelenВыбирать нужно не школу, а учителя. Мой младший сын пошел учиться в очень хорошую школу, недалеко от дома, бытовые условия шикарные. Все условия прекрасные были. Но в первом классе уже пришлось нанимать репетиторов русского, языка и математики. И всё четыре года постоянно репетиторы. По окончании 4класса, он единственный сдал все впр на отлично и единственный, который был зачислен в математический класс. Кроме того, он единственный смог поступить в математический лицей, претендентов было 23 человека из школьного потока. Теперь в среднюю школу ребенок пойдет не рядом со школой и прекрасными условиями, а в лицей, в котором условий нет совсем нормальных, но есть лучшие преподаватели города. И я, как нормальная мать, буду возить его и забирать 6 дней в неделю. В стране практически отсутствуют кадры, но есть много хороших, светлых и комфортабельных школьных зданий. А зачем они, если учителя нет квалифицированного.
Как выбрать школу, в которую ребенок захочет ходить: чек-лист для родителей
ВековойПора уже отказаться от письма на бумаге и перейти к письму на клавиатуре. Это позволит перейти к более эффективной методике обучения. Мои внуки стучали по клавиатуре, а на экране высвечивались их ошибки. При появлении ошибки сразу обращались к правилу. При таком подходе вырабатывается автоматизм при написании слов и лучше усваиваются правила. При этом наиболее успешно усвоено то, что чаще всего встречается в практике письма, а в таком случае меньшее число совокупных ошибок по всему тексту. При письме на бумаге ребёнок не замечает своей ошибки, а узнаёт о ней после проверки работы учителем. При этом он узнаёт сразу о нескольких ошибках, а поэтому в его мозгу снижается уровень концентрации на каждой из них. Фактически старая методика фиксирует излишний труд учителя при менее эффективных результатах в учёбе.
Близок ли к реальности русский язык, который изучают в школах? 6 вопросов филологу — о языке, ИИ и мемах










