А может, скоро реформа, или Ждут ли образование перемены

Думаем, все, кто более или менее интересуется образованием, заметили, как часто именно эта сфера стала обсуждаться с участием президента страны. Толковать, почему так, можно по-разному. Наш блогер, журналист Елена Кулешова, считает, что это верный знак грядущих перемен. Поспорим?

Сразу скажу, заголовок — это моё частное, личное мнение. И я так действительно думаю. Почему? Объясню. Во-первых, 2023 год будет годом Русского Языка, а ещё Годом Учителя. Причём настолько Годом Учителя, что Владимир Путин распорядился с 2022 года создать и запустить шоу «Учитель года», в рамках, так сказать, популяризации профессии. Но популяризируй, не популяризируй профессию учителя, а если не перевернуть всю систему образования, ничего не выйдет. Так куда ветер дует?

— Вы готовы, дети? — Да, Вассерман!

Анатолий Вассерман, публицист и телеведущий, депутат Госдумы по Преображенскому округу Москвы, опрометчиво упомянул о том, что надо бы, значить, реформировать систему образования-та. Кель ситуасьен, понимать надо, эт-та. Чем вызвал возмущения целых пластов общественности, увидевшей в предложении сократить обучение с 11 классов до 8. «Так и до 4 классов церковно-приходской школы недалеко», — иронизируют в соцсетях. Хотя здравый смысл в рассуждениях Вассермана есть: существенная часть школьной программы устарела, многого не хватает (и да, я с удовольствием подискутирую на предмет того, чего не хватает конкретно — есть идеи).

Механистическое сокращение срока обучения на 3 года — вот что пугает людей, и не зря

С момента появления зерна реформаторской мысли до первых ростков урожая проходит много времени. И полновесная пшеница идеи неведомым образом превращается в осот и мятлик убогого исполнения. Убедить народ в том, что программа будет пересмотрена и концентрирована не удалось.

Второй момент, на котором заострил внимание Анатолий Вассерман, — это ЕГЭ. И тут он тоже допустил ошибку. «Я считаю целью образования формирование целостной картины мира. Когда мы ругаем ЕГЭ, мы на самом деле ругаем систему образования, чьи результаты сейчас проверяются с помощью ЕГЭ», — сказал Вассерман. Но, уважаемый Анатолий Александрович, вовсе нет. ЕГЭ проверяет не результаты обучения, как вы полагаете, а результаты успешного натаскивания учеников на ответы на тесты.

Натаскать можно любого человека, даже полностью забывшего школьную программу

То, что ученик выучил на уроках, с ЕГЭ почти никак не соотносится. Это две параллельные реальности, что подтверждает рост и так уже многотысячного корпуса «репетиторов для ЕГЭ». Так что, кажется, что до проведения реформы надо бы провести аудит системы и выявить её настоящие болевые точки. Я бы лично спрашивала учеников и студентов, а не маститых вассерманов, чью эрудицию я, безусловно, уважаю.

Приметы грядущего

Буквально пару дней назад стало известно, что президент поручил сократить число контрольных и проверочных работ в школах для обеспечения «обоснованного режима контроля знаний». И, конечно, я догадываюсь, что к Владимиру Владимировичу кто-то из хороших людей от образования пробился и шокировал главу государства неприглядной образованческой действительностью.

Я прямо даже представляю, как Путин требует назвать главную проблему средней школы. И наш смелый герой не теряется: «Вот, Владимир Владимирович, учителя 60% времени тратят на бессмысленные и бесконечные контрольные работы. Потому что чиновникам от образования нужны данные, а с диагностикой и цифровым следом они работать не умеют. Аналитиков нет, потому что зарплаты очень низкие, а аналитиков мало, и они капризничают». И тогда президент, осознав масштаб проблемы, говорит: «Да, вы правы. Надо эти опросы и тесты сократить: ученик должен спрашивать, а не отвечать. Всё с ног на голову поставили».

Это поручение, я вам скажу, вернейшая примета грядущей реформы

И, к слову, я убеждена, что действительно сократят срок обучения. А ещё введут диагностику, и обучение будет как в вузе: 1-3 класс — общее, 4-7 — специализация, 8-9 — узкая специализация. Ну, к примеру, в 1 классе учат считать, в 4 классе человек уже вовсю программирует роботов, а в 8 классе он становится специалистом по deep learning. А за дверью класса выдирают друг у друга волосёнки хантеры Гугла, МФТИ и МИФИ, так сказать, в борьбе за выдающийся мозг современности. А таких мозгов в классе — все 15 человек, только по разным направлениям. Да-да, не 40, а 15, потому что невозможно учить человека по индивидуальной образовательной траектории, если на одного учителя приходится такое количество учеников, что и по именам не сразу запомнишь.

Фантастика? Ну пока что да, конечно. Потому как живых учителей на всех не хватает, а искусственного интеллекта и онлайн-обучения существенная часть населения России боится, как ямальский шаман — квадрокоптера.

Поднять и не опускать

Престиж профессии учителя у нас как упал в 90-е, так и не поднялся. Почему? Не в последнюю очередь потому, что любой ученик, у которого есть смартфон (то есть, 90%, наверное), может загуглить, сколько зарплата у учителя. И понять, что на такую зарплату не всякую собаку прокормить можно, не говоря уже о человеке, взрослом, умном и самостоятельном. И, скорее всего, с семьёй и ипотекой. О каком уважении может идти речь? Во-вторых, «учитель» звучит, конечно, гордо, но учитель должен ещё и доказывать, что он этого знания достоин. Хотя бы в своём предмете. На деле же так происходит далеко не всегда, я даже помню, как в школе учительница сверяла ошибки по моей тетради: зря, конечно, я тоже делала ошибки. Но у неё их было больше.

Учитель, как и медик, относится к такой сфере деятельности, в которой нельзя один раз научиться всему

Нет, учиться приходится самому, ежедневно и ежечасно, и если этого не делать, то рискуешь потерять квалификацию. Ну, скажите, если учитель информатики не знает, кто такой Возняк, считает, что самый используемый язык программирования — Паскаль, а синтаксис Питона приводит его в замешательство, это как? Если ученики сами учатся программировать навыки Алисы (простейший конструктор, к слову), пилят чат-боты в Телеграм, а учитель не слышал о Миро и Твайн? В общем, вы поняли.

Конечно, титаническая отчетность и переполненность классов, конечно, вторая работа репетитором и третья смена за тетрадками превращает учителя в зомби. Не спорю, это беда системы. Но и учителя, замученные и третируемые, сами подпортили себе жизнь. Я вам расскажу потом про ОБЛАКО и том, насколько высок там престиж учителя, и почему, но это совсем другая история: факультатив, частная инициатива, энтузиазм и преподавание от избытка знаний, а не по наличию диплома.

Короче говоря, с престижем учительской профессии сложно. Причём наши с вами российские борзописцы пишут о ком угодно, но только не об учителях. Героический учитель, учитель-маг, учитель-подвижник, учитель-кто-угодно — это не про российскую прозу. Там появление фигуры учителя-главного героя случается крайне редко. Это вам, простите, не Макаренко, не Крапивин и даже не Роулинг. И вот эта досадная тенденция тоже, знаете ли, не на руку престижу профессии. Потому что учителя, которые жертвовали и насаждали, они остались где-то во времена всевобуча (кстати, сейчас снова такая программа появилась, и она — о космосе), Великой Отечественной войны и БАМа. Очень, кстати, зря. Но как раз с этим ситуация как раз норм, потому как слышу я уже шелест не ржавеющих перьев, живописующих быт учителей — государство деньги обещало выделить. Наша писательская «илитка» уже зашмыгала носами, так что ждём новых книг и фильмов ещё до Нового года.

А в целом — ситуация ясна: реформе быть. Уже завертелись в недрах государственной машины колёсики, уже пишутся опросы для педагогов, уже в обществе «Знание» собираются знающие люди на обсуждения новой парадигмы. Другое дело, как оно всё будет выглядеть в итоге, конечно: хорошо бы, чтобы выросла всё-таки пшеница, или, на худой конец, овёс, а не надоевший хуже горькой редьки бесполезный осот.

Фото: Shutterstock / Gajus