«Дерзай, Штирлиц в юбке». Монолог учительницы, которую обязали мониторить соцсети учеников

Мы уже рассказывали, что в обязанности классного руководителя не может входить мониторинг социальных сетей детей. Тем не менее в некоторых школах руководство просит учителей следить за страничками учеников и даже сдавать отчеты по итогам проверок. Наш блогер Дарья Андреева объясняет, почему такая слежка — это плохо для всех.
В начале октября я увидела в школьном чате сообщение от заместителя по воспитательной работе о том, что нужно сдать отчёт за месяц о проверке интернет-страничек детей. Я застыла в тихом ужасе. Еще и этим теперь надо заниматься? Оказалось, просто найти аккаунты детей своего класса недостаточно. Надо еще просматривать их подписки, группы, каналы. Да и за родителями приглядеть не помешало бы! Да-да, уважаемые родители и дети, за вами следят. А потом — сдают отчеты.
Рассуждать о том, правильно ли то, что этим занимается школа в лице классного руководителя, а не специальные службы, чьей непосредственной работой является мониторинг социальных сетей, смысла не вижу. Нам, учителям не в первой выполнять абсурдные задания, не задавая лишних вопросов: у нас нет времени на разборки, да и в ответ звучит обычно «так надо, это ваши обязанности!» У меня ощущение, что мы скоро будем сидеть в кустах напротив мусорных баков и ждать, когда же папа или мама из нашего класса вынесут из дома мусор, чтобы и там поковыряться.
И все же, как выглядит агент 007 в лице пожилой Мариванны? Хорошо, если у учителя есть своя страница в нужной социальной сети и он умеет там ориентироваться (а средний возраст педагогов у нас — 45-47 лет). Мало того, даже опытный пользователь не всегда в состоянии отыскать страницу нужного человека. А мы, напоминаю, имеем дело с детьми. Школьник найдёт выход в любой ситуации. Если ему не хочется, чтобы его нашли, он указывает ненастоящую дату рождения, регистрируется под вымышленным именем, а на аватарку ставит условного «котика». Ну что ж, давай, Штирлиц в очках и юбке, дерзай.
Безусловно, очень важно вовремя увидеть «тревожные звоночки» — посты суицидальной наклонности или призывы к насилию. Мне как родителю хотелось бы, чтобы мне сообщили нечто подобное о моем ребенке, если я этого не увижу. Но каким уровнем тревожности обладает ваша Мариванна? Поднимет ли она шум из-за цитаты в статусе «Что нас не убивает, делает нас сильнее»? Здесь ведь слово «убивать»! А если не поднимет, вдруг, этот ребенок кого-нибудь ударит завтра, и родитель пострадавшего озвучит эту цитату и скажет, что классрук не разглядела потенциального агрессора, дополняя знаменитым «Куда ваша школа смотрит?» Родители во многих случаях занимают позицию, плавно колеблющуюся от «не указывайте мне, как воспитывать моего ребенка» до «почему вы не следите за каждым его шагом? Это ваша обязанность!»
Если родитель еще может аккуратно держаться на расстоянии и следить за страницей своего ребенка, не вмешиваясь без надобности, при этом краем глаза замечать, что он там «тыкает» на телефоне, то учителю придется изощриться, чтобы сделать то же самое, а потом еще поразмышлять: нормально ли то, что он сейчас увидел, или это уже можно считать «подозрительным» и следует внести в отчет?
Все работает в обратную сторону: люди не терпят слежки, дети закрывают страницы или создают несколько — официальную и резервную
Группы, представляющие даже минимальную опасность, тоже, как правило. закрыты. История из детства: я была круглой отличницей, но в 9-м классе моя страница в одной всеми известной социальной сети выглядела далеко не образцом для подражания — статусы с английским матом, средний палец на фотографиях, публикации с грубыми песнями на «стене» и прочие «прелести», которые интересуют 15-летнюю девочку-подростка. Училась я все так же хорошо, но в интернете я не выглядела воспитанницей института благородных девиц. Куратор вызвала меня к себе в кабинет вместе с тремя моими одноклассниками, у которых были фотки с пивом на странице. Наши фотографии распечатали в надежде нас устыдить, во взгляде взрослых читалось осуждение. Одноклассники, увидев свои нелепые фото, засмеялись.
Единственный вывод, который мы сделали из всей этой ситуации и беседы, что надо удалить этого куратора из друзей. В ответ на «вы же гимназисты» хотелось сказать: «А вы — взрослая женщина, зачем вы все это читаете и смотрите?»
Прошло время, теперь я сама учитель. Мои ученики есть у меня в друзьях. Я вижу, что они публикуют, но понимаю, что это не на 100% они, как и все люди в интернете. И, признаюсь честно, я не мониторю их группы, которых может быть больше ста от «любителей картошки фри» до аниме, в котором я, увы, ничего не понимаю, а там сплошные битвы, мечи и прочая вакханалия. Будь я лет на 20 постарше, просмотр всего этого закончился бы в лучшем случае приемом валерьянки.
Но к образу в социальных сетях нужно относиться критически. А оценивать, где норма, а где — патология, должны люди с профессиональными навыками и навыками мониторинга, но никак не учителя.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Иллюстрация: BadBrother / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026















