«Гиперопека и сопровождение ребёнка бабушкой до самого вуза — плохо. Но гиперсвобода ещё хуже»
Как полное свободы детство породило поколение ненужных детей
Моей дочери три года. Мы живём в деревне, за двухметровым забором. На участке у нас бегают собаки: маленькая, большая и огромная. Но лишь недавно дочь впервые смогла одна выйти из дома, пройти шесть метров, завернуть за дом и там прибежать к папе. На собственном участке! За огромным забором!
Дочь не может выйти одна за калитку. Невозможно оставить её играть в песочнице и быстро сбегать домой за ключами от машины, хотя от песочницы до калитки три метра и ещё столько же — от калитки до дома. Когда дочь играет с собакой или делает из песка куличики и вдруг теряет нас из виду, она бросает все свои игрушки, как-то нелепо полуприседает и вся сжимается от страха. А когда видит, что мама или папа в двух метрах от неё, кидается радостно на шею и рассказывает, как испугалась.
У дочери есть друзья постарше: пяти-, шести- и даже восьмилетние. Никого из них нельзя оставить одного за участком. Тем более, в одиночку отпустить к соседям в гости.
В детский сад без родителей
А я в этом возрасте уже гуляла одна во дворе. Специально расспрашивала маму. С трех лет я играла с друзьями в песочнице, а мама изредка выглядывала в окно меня проверить. С восьмого этажа! Когда был готов обед, она звала домой и я сама приходила. На восьмой этаж пансионата коридорного типа. По пути мне часто встречались пьяные, были драки. В четыре года нас с подружкой посылали в магазин. А ближе к пяти я бегала за хлебом одна и стояла часами в очередях. И мы сами ходили в садик.
В неполные шесть меня отдали в школу, куда тоже добиралась без взрослых. Мы с подружками забегали друг за другом и вместе шли на уроки. Все жили в разных домах. После школы полдня гуляли. Я сейчас проверила по карте — от моего дома до школы нужно было идти 1,2 километра, пересечь одну четырехполосную, две двухполосные и одну железную дороги. Это ещё ерунда. Я знаю человека, который научился говорить в три года, а в четыре уже садился на даче на трехколесный велосипед и ехал два километра до поселкового магазина, потому что бабушке его нездоровилось и кто-то должен был делать покупки.
Я смотрю на свою дочь, которая за нашим двухметровым забором прямо сейчас вычесывает 50-килограммовую собаку и при этом строго следит, чтобы я сидела на веранде. Не могу представить, что завтра, например, этот ребёнок оказался один во дворе восьмиэтажных домов и сам поднялся по лестнице. Мне трудно вообразить, что через год мою девочку можно будет посадить на велосипед и отправить купить хлеба за два километра от дома.
И очень хорошо, что моей дочери не нужно гулять одной и красться через 14 лестничных пролетов, держась за стенку, пробираться к себе домой по тёмному коридору — для трёх лет это слишком. И для пяти. Даже для восьми!
Да, гиперопека и сопровождение ребёнка бабушкой до самого университета плохо. Но гиперсвобода — ещё хуже
Меня забавляют люди, которые гордятся своим детством, проведенным с ключом на шее: «Вот мы приходили сами из сада, забирались на табурет и разогревали себе суп. Сами ели, мыли посуду и убегали на весь день гулять». Эти люди на самом деле или не жили так, как описывают, или их психика вытеснила все травмирующие воспоминания. У меня есть одна такая родственница, она с нежностью вспоминает советское детство с ключом на шее. И забыла, что у неё красное пятно на пол-лица — обварилась супом, когда разогревала. Ещё она до 20 лет заикалась после встречи во дворе с бездомной собакой. Но считает, что в детстве хорошо жила.
Как у нас выросло поколение ненужных детей
Я тоже так жила: сама гуляла, сама открывала дверь ключом, сама обедала. И могу сказать, что ничего хорошего в таком детстве нет. Критикам чрезмерной опеки над детьми и противникам запрета оставлять малышей одних следует знать, что любой ребёнок тонко чувствует разницу между свободой и заброшенностью, между своей самостоятельностью и наплевательством родителей.
Моя мама много работала, ей приходилось уезжать на работу рано утром и возвращаться поздно вечером: автобус к нам ходил раз в полчаса-час и не всегда пассажиры помещались с первого раза. В шесть лет я приходила из школы одна, разогревала обед, ела, уходила гулять. И при этом всё время чувствовала себя в опасности.
Как бы ни был ребёнок хулиганист, как бы ни любил бегать по улице и не слушаться родителей, он чувствует, что странно — с трех лет играть одному посреди огромного двора. Хорошо, если ребёнок понимает, что у его мамы и папы нет возможности всё время заботиться о нем. В нашем дворе было две категории детей: первую составляли те, чьи родители допоздна работают. Вторые были детьми алкоголиков — то есть детьми ненужными. Те и другие днями бегали по улице, но первые знали, что мама скоро вернется с работы и сразу их обнимет. А вторые догадывались, что попросту всем мешают.
Главное чувство, которое навсегда остаётся с человеком, который в детстве проводил без взрослых слишком много времени, — ощущение своей ненужности
Или несправедливость мира, в котором маленький ребёнок должен целый день заботиться о себе сам.
«Сегодня ребёнку безопаснее находиться на улице, чем в 80-х»
Второе чувство — постоянный страх и тревожность. Сейчас принято говорить, будто раньше преступности не было, люди не запирали двери и детей никто не воровал. Это неправда! Преступлений против детей было много. Вероятно, даже больше, чем сейчас, потому что случаи таких преступлений никогда не выносили на публику и заминали. Ребёнка, которого крали с площадки, записывали как утонувшего; изнасилованного — как причинившего себе травму; убитого — умершим от гриппа. Убить или изнасиловать ребёнка тогда было не так страшно, как сейчас: искали преступников нехотя, судили закрытым судом и срок давали малый. О шокирующих масштабах преступлений не сообщали, поэтому взрослые ничего о них не знали.
А вот мы, дети, хорошо чувствовали опасность. Я помню из своего детства мужчин, которые приходили на детскую площадку и подолгу за нами наблюдали. Помню, как один мужчина несколько раз пытался угощать нас печеньем и конфетами. Как приходила неоднократно к нам во двор сумасшедшего вида женщина и просила нас, трех-четырехлетних, помочь ей донести в соседний двор сумки.
Залогом выживания ребёнка на улице были внимательность, настороженность и тревожность.
Кто не боялся дяденек с конфетами и котятами, тот погибал. Взрослым, конечно, мы особенно ничего не рассказывали об этих дяденьках. Да и не слушал никто всерьёз: тогда головы были промыты пропагандой ещё сильнее, чем сегодня, все были уверены, что живут в безопасной стране, где никогда «ничего такого» не было. А поговорите сейчас с теми, кому за 30 лет, — каждый расскажет о встрече в детстве с нехорошим человеком.
Я больше уверена: сегодня ребёнку безопаснее находиться на улице, чем в 80-х. Но я свою дочь даже с огромной собакой боюсь выпустить во двор. Мне достаточно представить, что она, оказавшись на улице, будет бояться, как когда-то боялась я. Другого аргумента против ранней самостоятельности мне и не нужно!
«Гиперопека опасна для ребёнка. Но недосмотр ещё опаснее»
Маньяки и педофилы это, конечно, крайности. Но маленький ребёнок, который остался без взрослых, оказывается под шквалом других рисков. Только в моем детстве, среди моих непосредственных знакомых, соседей, друзей, одноклассников были следующие случаи:
- гулял по трубам теплотрассы и попал под прорыв кипятка — два человека;
- искусала собака — несколько человек;
- загрызла собака — один человек;
- упал с дерева и сломал позвоночник — один человек;
- плавил на огне свинец и пролил на себя жидкий металл — два человека;
- таскал на пожаре расплавленный гудрон и обжегся — один человек;
- пострадал при пожаре от возгорания телевизора — один человек;
- был заперт ворами в ванной и просидел там, пока воры все не вынесли — один человек;
- сварил банку сгущенки, ткнул в нее ножом и обварил лицо при разрыве банки — один человек;
- изнасилован на пути из школы домой в начальных классах — один человек.
И это лишь случаи, которые я запомнила!
Чего только не было в нашем самостоятельном детстве. Мы подбирали трупы животных и хоронили их в парке. Бегали на городскую свалку смотреть бездомных. Воровали из грузовика дыни и были биты взрослыми чужими людьми. Гуляли вечером и по нам стреляли забавы ради пьяные милиционеры. Катались зимой с берега на санках и проваливались на середине реки в воду.
Хотела бы я своей дочке такого детства? Нет, нет и нет! Пусть лучше до 10 лет ходит за ручку
Гиперопека опасна, она может породить неприспособленного к жизни. Но недосмотр ещё опаснее, потому что может ребёнка убить вовсе, покалечить или на всю жизнь напугать. Кто возвращался в четыре года один домой и встречал в коридоре того же дяденьку, что приходил во двор вчера и позавчера, тот точно знает, о каком страхе идёт речь.
Ребёнку в первую очередь нужно чувство безопасности, а оно в наших условиях достигается только надзором взрослых. Мы были слишком самостоятельны. И лично для меня это стало тяжелой травмой. Детство должно быть безмятежным, ребенку не следует рано узнавать страх опасности, видеть трупы животных, быть покусанным собаками и сталкиваться с нехорошими людьми — он это всегда успеет.
Человек, который с трех лет выливает на себя кипяток, не станет в 25 лет более защищенным, чем тот, кто до 12 лет не гулял один и кому суп разогревала мама. Наоборот, у ребёнка без травмирующего детского страха будет более здоровая и устойчивая психика, чем у тонр, кто все детство с опаской ходил по тёмным лестницам. Если хотите научить человека плавать, объясните ему теорию, наденьте на него спасательный круг и поддерживайте на воде в первое время. Отпускать первоклассника одного в школу для прививания самостоятельности — всё равно что учить плавать путем выбрасывания в воду на середину реки. Большинство, конечно, выплывут. Но кто-то на всю жизнь затаит на родителей обиду. А кто-то и вовсе утонет.
То же самое с отказом от чрезмерной опеки. Большинство, конечно, выживет. Но кое-кого уведут с площадки и упакуют по частям в дорожную сумку. Опека не должна подавлять волю ребёнка, но обязана оградить его от беды. Отказ от постоянной опеки это не свобода, а оставление детей в опасности.
Фото: fotostrana.ru
Хочется спросить у автора, когда ж наступит тот момент, когда вы начнёте учить ребенка самостоятельности? Когда наступит момент, когда одной пойти в магазин станет необходимостью, а не просто прихотью?
Я лично не согласен с тем, что лучше до 12 быть абсолютно зависимым от родителей (просто потому что я не верю в то, что потом такой ребёнок вдруг научится быть самостоятельным и инициативным).
Пойти на весь день гулять, лазать по деревьям, играть в футбол, кататься на великах и тд. Если получил травму типа пореза, то промыл подорожник и приложил. Вечером обмазался зелёнкой и тд.
Сейчас я смотрю на сына своей тётки… И он просто под тотальным контролем. Часы с GPS, запись всех действия на смартфоне, онлайн школьный дневник.
Где ж у ребёнка то личное время и пространство, которое он может назвать «СВОИМ»?
ПС. Я при поступлении в ВУЗ видел 2 метровых лбов, которые понуро смотрели в пол, когда их матери, которые им по «пупок», заполняли за них документы. Или 20 летнике парни в армии, которые не могли ни пол помыть, ни кровать заправить, ни дырку в штанах зашить.
Честно, это было просто жалкое зрелище.
Вот Вы, Сергей, написали: жалкое зрелище. Жалкое — это когда человек пытается изобразить то, к чему не приспособлен. Если я говорю: не, это я не умею, вот жена — ас, давай ее попросим (схема, конечно). И я совершенно не чувствую себя униженным. Не унижена и жена: ей не было нужно высшее образование, зато принять гостя — это здорово, но я, естественно, должен дать денег, а в магазин сходить и приготовить — это пока мы с гостем беседуем по работе.
Как опекать ребенка до подросткового возраста, а потом отпустить гулять с друзьями? Или не отпускать? А как отпустить в 17-18 лет в другой город/страну учиться, например, после такого детства? Что ребенок сможет сам решить после такой гиперопеки? Странная ситуация: ребенок-ребенок-ребенок… бац! взрослый! Это как!
Гулять трехлетке одному во дворе больших домов — перебор, конечно. Но 6-летка, боящийся на СВОЕМ огороженном участке находиться без мамы на глазах — еще хуже, нмв.
Много раз нарывались на таких. Девочка у меня общительная и обидчивая, если провоцируют, треснет или закатит истерику, а тут мамаши и бабки тут как тут с воплями «Тресни» или даже «Сейчас я тебе сама тресну», или «Зачем таких нервных водят». Уже начала иногда на опережение говорить очень громко: «Не водись с такими, которые (дразняться, клянчат игрушки, не пускают на горку, говорят такие вещи)!», чтоб у базарных баб меньше шансов было.
Девушка, мне 40+, но никаких «нехороших людей» я в своем детстве не встречала!
Какой страх, вы о чем?.. Я помню, как однажды услышала на улице рев моей трехлетней троюродной сестренки, побежала — нашла ее, наваляла мальчику-обидчику, такому же дошкольнику, как и я, и привела сестренку домой к нашей бабушке. Прекрасно помню, что меня просто распирало от гордости — какая я молодец, и защитила, и успокоила, и привела домой. В 6 лет. Да, это был не город, а поселок городского типа, куда меня родители отправили на лето «свежим воздухом дышать». Но и в городе мы в этом возрасте (6 лет) уже гуляли одни во дворе своего и соседнего дома. И все были живы-здоровы, а несчастные случаи типа «упал с дерева — сломал позвоночник» и «гулял по стройке — упал в котлован» случались исключительно с, пардон, долбоебами, которые и во всем остальном вели себя как полные идиоты. Естественный отбор в действии.
Поэтому — на слово не верим. Нет статистики, потому что в СССР ее скрывали по таким преступлениям? Ок, тогда приведите данные, что ее действительно скрывали.
Автор, конечно, может привести обоснования своему заявлению? Поскольку оно явно противоречит п. 5 ст. 39 УК РСФСР 1960 г.
Ищите середину.
Но вот навыки Самообслуживания и Самостоятельности нужно приучать примерно с 3-5 лет. (Своим примером).
У меня есть знакомая семья, в которой Мать и Бабушка, до сих пор всё делают за ребенку, а этому Ребенку 17 лет.
Вот ответьте на вопрос: Должен ли Взрослый, здоровый человек читать по слогам? Вот и будет всем Ответ.
Всё должно быть в Меру. И сейчас у детей чаще всего нет Своего времени из-за ЕГЭ (даже в начальных классах), а если и появляется, то сидят в гаджетах и компьтерах.
Но своих детей я не прятала за забором. На Западной Украине приняты прозрачные заборы, там везде краса. И поэтому заор играл роль лишь сдерживающую, потому что рядом дорога была.
Во дворе песок, качели и куча соседских детей, которым больше играть было негде.
Я просидела с ними в «декрете» двадцать три года. И никогда об этом не жалела. Жаль было тех детей, кто до ночи гулял даже зимой и их никто не звал.
Все равно дом был покой, а в школе драки. Но сравнительно безопасно, потому что школа в трех минутах от дома была.
Надо обсуждать с Вашей девочкой что её пугает. Успокаивать. Отходить на десять минут от неё. Если у Вас забор сплошной неудивительно что ей страшно, там неведомый мир для неё. Гуляйте пешком, давая ей возможность отбегать от Вас.
Она научится. А пока она ещё кроха.
Плюс, вы не учитываете современных технологий. Обвариться до серьезных травм разогретым в микроволновке супом невозможно! Нормальный человек суп в микроволновке разогревает до 60 градусов — в кране с горячей водой температура выше. Или у вас дочь без присмотра до 12 лет даже рук мыть не будет? И да, если вы уж так гиперопекаете ребенка, что не можете оставить в огороженном периметре (!) с собаками (!) на минуту (!!!) — а ходить-то вы зачем ребенка учили? Опасно же. С высоты своего роста можно упасть и разбиться насмерть. Держали бы лучше в кроватке, так безопаснее.
Дальше из ваших описаний — восьмилетний ребенок, не могущий дойти до соседей по коттеджному поселку без сопровождения. Что из него вырастет?
Вы пишете «как мы боялись, бояться для ребенка плохо». Ваши дети тоже боятся. Только вы боялись реального, а ваши дети — чуши типа «мама скроется за углом». А если не боятся — то это ещё хуже. Страх — нормальная эмоция, человек должен бояться, абсолютно бесстрашный человек — смертник. А ваши дети его не знают. Вы не сможете всю жизнь продержать их в закрытом периметре с собаками. И не боящийся ребенок станет жертвой ровно потому, что бояться его не научили. Ни бояться, ни действовать разумно, не впадая в панику, когда страшно.
Мое мнение простое — на каждом этапе жизни ребенок должен иметь чуть-чуть больше свободы, чем он может «переварить». Тогда и только тогда ребенок будет сам чувстввать границу.
И ещё. Самое безопасное на Земле место — тюрьма особого режима «Белый Лебедь». Но туда никто не хочет попасть.
Был педофил, который стоял под окнами и показывал свое «хозяйство» всем, но тогда это было скорее смешно, чем страшно. А сейчас страшно. когда я стала взрослой, я понимаю, что они могут сделать.
Так что неправда, что дети боятся быть неопекаемыми, это взрослые боятся перестать опекать свое чадо, потому что взрослый понимает всю опасность.
И еще момент. Неопекаемые лучше приспособлены к жизни, они имеют интуицию, чуйку, которая позволяет принимать правильные решения моментально. Мой муж из опекаемых и горячо любимых маменькиных чад. Пытается всю жизнь оторваться от своего детства, и быть самостоятельным и пробивным. Но. Увы и Ах. Ему это не дано, за него все решения принимала любимая мама, она же решала все его проблемы и страхи. Зато сейчас, когда он вырос, страхи уже стали взрослее и страшнее, а мама уже не может их решить за него. Надо было иммунитет против жизни наращивать в детстве, потом уже поздно.
Детей надо учить самостоятельности, учить обращению с деньгами, общению со сверстниками и взрослыми. Начинать делать это надо в зависимости от того, в какой обстановке вы живете, но за год до школы начинать надо однозначно. Может и раньше.
Надо учить детей не бояться, а учиться безопасности и находить выход из положения.
Уверяю вас, если ребенок созреет и придет сам к этому, то вы не сможете не заметить этого момента. Но, пока сам не пришел к этому, до того ему будет трудно и страшно.
Как создать условия? Да просто доверить самому что-то решить самому, довериться, посоветоваться — не хочешь ли ты сам вот это? Это тебе будет интересно — и мне помощь и облегчение, благодарность. Он непременно оценит и доверие, и благодарность.
Сейчас моему внуку 10. В тёмное время года мы встречаем и провожаем. Но летом он ходил сам к бабушке, которая живет за две остановки, ходил пешком через железнодорожный мост. Правда с телефоном в руке. Ходит в магазин за продуктами, гуляет во дворе. Но тоже двор видно из окна и при нем телефон. И при этом горд и рад этой возможности быть самим. Но и никогда не выгонит маму, если она проводит или встретит. Естественно, без надрыва. Но я согласна с моей мамой, когда я взрослела. Она мне говорила — я не контролирую, я хочу знать и быть уверенной, что у тебя всё нормально. Поэтому часто звоню ей и рассказываю где я и что со мной. Это же не трудно. Просто забота о душевном спокойствии близкого человека, да и просто дружба людей, кому есть что обсудить)
И сына своего опекаю. Без перегибов, он у меня спортивный мальчик, но я недалеко если что и никогда не оставляю его одного, если боится
Ошибка выжившего — она такая.
Ошибка выжившего — она такая.
Проблема гиперопеки кроется не в том, что ребенка не отпускают одного гулять во дворе, а в том, что ему не доверяют даже подмести пол, т. к. проще и быстрее это сделать самой.
Если ребенка провожают в школу и не допускают к кипятку на плите — это не гиперопека, а забота о безопасности и здравый смысл. А вот не давать ребенку есть самому, выбирать что надеть, посмотреть или чем заняться — это гиперопека, либо просто освобождение себя от «лишних проблем и мороки», а то ведь заляпается, будет выглядеть странно, заставит заниматься тем, что неинтересно взрослому или отвлечет от важных «взрослых» дел…именно это делает из детей несамостоятельными.
Да, упасть можно на ровном месте и сломать руку, но если вы видите, что там «неровно» вы же сами будете идти осторожнее.
Главное — постепенное предоставление свободы, градация (само слово образованно от англ. постепенно -gradually).
Концовка его комментария напоминает афоризм: единственное место, где человек может чувствовать себя в полной безопасности — строжайшим образом охраняемая тюрьма.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения
