«Просто не забывайте говорить со своими детьми»: логопед и книжный обозреватель — о формировании словарного запаса

Детские книжки — это отдельный жанр литературы и, по мнению блогера «Мела», логопеда и книжного обозревателя Алёны Кравчун, часто недооцененный. В новом блоге Алёна рассказывает о том, как простые книжки-картинки формируют словарный запас ребенка.
Я люблю рассказывать о детских книгах. Я люблю чтение как процесс и люблю чтение как навык, развивающий мышление. Часто во время написания книжных обзоров я сталкиваюсь с проблемой: мне кажется, мне не верят.
Сейчас я поясню. Я смотрю на книги по-разному: как на инструмент формирования социального кода и ролевых моделей, как на фан и развлечение, как на образец визуального и эстетического искусства, а еще как на инструмент речевого развития.
Есть такие детские книги, для самых маленьких, в которых акцент сделан на новых словах. Это могут быть визуальные словари или виммельбухи, стихи о фруктах или ягодах, и все они мной очень любимы. И при этом получают меньший отклик от читательниц, чем, например, книги об эмоциях.
Я же хочу показать, что словарный запас — это не только и не столько красивая речь, а образ жизни
И перед тем, как мы обратим свой взгляд на наших детей и на тех, кто изучает развитие детской речи, давайте послушаем того, кто владел своим словарем так же филигранно, как лучшие танцоры мира — своим телом. И я говорю, конечно, об Иосифе Бродском.
«Тревожит меня другое: человек, не способный к членораздельной речи, не способный к адекватному словесному выражению, прибегает к действиям. Поскольку словарь действий ограничен, так сказать, нашим телом, человек непременно прибегнет к насильственным действиям, расширяя свой словарь оружием — там, где должен был встать эпитет».
Слова — валюта общения, как обозначил Стивен Пинкер. Общий код человека с другими людьми, код сопричастности к определенным ценностям. То, как мы используем и выбираем слова, и то, какие слова говорит наш собеседник, дает нам понять, насколько близки нам его взгляды на мир.
Словарный запас человека становится базовым фильтром, аккуратность и точность использования слов — причиной продолжить или прекратить общение. Слова имеют значение.
Словарный запас ребенка, как и взрослого, наращивается тремя способами.
1. Узнавание новых слов. У ребенка это умение происходит на основе языкового и когнитивного обобщения. Сходство — это основная сила гипотетического общего механизма обучения. И сходство существует в нашем разуме, а не во внешнем мире.
Кот рыжий, кот черный, кот маленький или большой, кот Мяуля и кот Матроскин — это всё именуется одной обобщающей формой, словом «кот».
У детей на раннем этапе это обобщение работает чуть иначе, на предметную соотнесенность слова влияют и сама ситуация, и жест, и интонация, слово имеет расширенное значение.
Постепенно значения слов уточняются, а слова приобретают всё более сложные структуры обобщений (обобщение однородных предметов, родовые понятия, как игрушки или посуда, более абстрактные системы обобщения).
2. Словотворчество и словообразование. Это лексический уровень языка, который представляет собой совокупность лексических единиц, которые становятся и результатом действия, и механизмом словообразования.
Понимание механизма использования этих элементов — тоже вариант обобщения, но языковой.
Сюда относится всё словотворчество детей, придуманные смешные словечки в их речи, которые, кстати, иногда очень точно отражают определенный смысл. Так, мой сын обогатил всю нашу семью словом «уютнышко», соединив слова «уютно» и «гнездышко», теперь это слово прочно закрепилось в словарном запасе моих близких как обозначение уютного и комфортного местечка, желательно с одеялком, в котором можно отдохнуть.
3. Использование контекста при узнавании новых слов. Этот способ достаточно условный, так как соотносится с первым пунктом, но я его обозначу отдельно и позже вернусь к причине такого намеренного акцента.
Представьте: вы читаете предложение, в котором не знаете слово. Насколько легко вам будет понять его примерное значение? Если это единственное незнакомое слово, то, скорее всего, достаточно легко. Чем больше слов будут непонятны, либо если их значение (одно из значений) окажется для вас не совсем четким — суть мысли потеряется.
Чем больше слов вы знаете, тем легче вам узнавать новые именно за счет контекста. Вот то, на что я хочу обратить ваше внимание.
Чем больше и точнее словарный запас ребенка, тем легче он понимает и обрабатывает всю информацию.
Как видите, обогащать словарный запас ребенка можно при помощи книг и собственной речи, активного досуга с ребенком, разнообразными социальными связями и развернутой сферой собственных интересов, которые ребенок может наблюдать.
Нет, я не буду навешивать на вас потребность в развивашках. Просто не забывайте говорить со своими детьми, читать им книги, рассматривать окружающий мир. И расширять собственный словарный запас.
Обложка: Rawpixel.com / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026








