Дети-сироты были живыми контейнерами для вакцины. Как врачи боролись с оспой — и победили ее
Дети-сироты были живыми контейнерами для вакцины. Как врачи боролись с оспой — и победили ее
Дети-сироты были живыми контейнерами для вакцины. Как врачи боролись с оспой — и победили ее

Дети-сироты были живыми контейнерами для вакцины. Как врачи боролись с оспой — и победили ее

Екатерина Иосифова

31.10.2023

Победа над оспой стала одним из главных достижений XX века, но точечная борьба с болезнью велась и раньше. Одной из первых стран, где ввели массовую вакцинацию от оспы, была Испания и ее колонии. Помогали защитить население не только вакцины, но и дети-сироты, ставшие живыми контейнерами для вируса.

Погибал каждый третий из 10 заболевших

Неизвестно, когда мир впервые столкнулся с вирусом натуральной оспы (лат. Variola — буквально «сыпь» или «гнойник»). Ее характерные симптомы заметны даже после смерти — кожа больных всегда усыпана папулезными высыпаниями или шрамами от них. Судя по древнеегипетским мумиям, болезнь знали и до нашей эры. Описания похожего на натуральную оспу заболевания встречаются в папирусах, датируемых 3730–3710 годами до Рождества Христова. Вирусную ДНК Variola также выделили из останков европейцев, датированных 600–1050 годами н. э.

Первая масштабная и задокументированная эпидемия заболевания прокатилась по Китаю еще в IV веке нашей эры. Оттуда оспу занесли в Корею, Японию, Индию — болезнь стала известна всему Ближнему Востоку. Она была настолько распространенной и свирепой, что в некоторых национальных культах, например в Индии и Корее, даже появились отдельные божества и духи, символизирующие оспу.

Постепенно, вместе с развитием торговых путей, болезнь распространилась на всю Европу, а к XVI веку вместе с колонистами добралась и до Америки, где от нее умерли миллионы индейцев. Оспа всегда была суровым заболеванием: от нее погибал каждый третий из 10 заболевших (30%). Особенно от болезни страдали беременные женщины и маленькие дети до 5 лет.

Индеец науа страдает от оспы (эпоха завоеваний испанцами Центральной Мексики). Фото: Florentine Codex / Wikimedia Commons / Public domain

Долгие века врачи пытались избавить людей от заболевания, но приблизиться к решению проблемы удалось лишь к концу XVIII века — тогда человечество впервые применило вакцину от оспы.

Кто и когда придумал термин «вакцина»

В VIII веке н. э. в Индии стали практиковаться вариоляции — своеобразное подобие прививок от вируса Variola.

Делалось это довольно просто: здоровому человеку делали надрез на коже и с помощью иглы с ниткой заносили оспенный гной из пузырька с носителем вируса. Иногда гной переносили на марле, губке или даже на монете, прижимая зараженный предмет к ноздре прививаемого. Предполагалось, что заразив человека небольшой дозой вируса, врачи могли обезопасить его от более жесткого течения болезни.

Однако это не всегда срабатывало — люди могли тяжело болеть и даже умирать после вариоляций. К тому же даже после успешно перенесенной вариоляции сохранялся риск повторно заразиться оспой. Помимо прочего, вакцированные были заразны, и порой из-за них начинались новые эпидемии.

Но за неимением альтернатив вариоляция долгое время практиковалась в Азии и Африке, а к XVIII веку пришла в Европу и Америку.

Такую прививку сделала даже Екатерина II, тем самым популяризовав вариоляции в России

Разгадка природы вируса, необходимая для создания вакцины, была интуитивно обнаружена врачами в середине XVIII века. Современные ученые склонны считать, что вирус натуральной оспы произошел от какого-то вируса, который поражал животных: вируса коровьей оспы, оспы обезьян или оспы верблюдов. Кто был прародителем, неизвестно, но именно Cowpox virus (вирус коровьей оспы) проложил путь к победе над болезнью.

В середине XVIII века врачи обратили внимание на коровью оспу: доярки и кавалеристы, часто заражавшиеся при работе с животными, вирус переносили легче и притом получали иммунитет к натуральной оспе. Сразу несколько врачей из разных стран занимались изучением коровьей оспы, но самое объемное и исчерпывающее исследование первым опубликовал английский врач и натуралист Эдвард Дженнер, который 30 лет изучал коровью оспу.

В 1796 году Дженнер провел публичный опыт прививания коровьей оспы

В присутствии других врачей и публики он взял гной из-под коросты зараженной доярки и нанес его на ссадины на руке 8-летнего мальчика. Ребенок заразился, но перенес болезнь всего с двумя гнойниками, возникшими на тех местах, куда Дженнер «подсадил» оспу. Через полтора месяца тому же мальчику подсадили гной натуральной человеческой оспы, но она уже никак не проявилась.

Эдвард Дженнер делает прививку 8-летнему ребенку в 1796 году. Фото: 
Ernest Board / Public domain

Два года спустя Эдвард Дженнер опубликовал исследование с описанием эксперимента, указав, что коровья и натуральная оспа — очень близкие по строению формы вируса, поэтому перенесение одной сообщает невосприимчивость к другой. Он также дал рекомендацию врачам применять метод «рука — рука», то есть брать для инъекций жидкость из пустул (пузырьков сыпи) уже вакцинированных людей. И первым ввел термин «вакцина», образовав его от латинского слова vacca, что переводится как «корова».

22 мальчика для перевозки вакцины

К 1800 году вакцинация уже была обязательной в английской армии и на флоте. Вслед за Британской империей и в других странах стали практиковать массовое прививание. Одним из первых монархов, который начал в своей стране кампанию по борьбе с оспой, был король Испании Карл IV. В 1803 году он приказал военному врачу Франсиско Хавьеру де Бальмису доставить вакцину в испанские колонии в Южной Америке, где бушевала эпидемия.

Довезти вакцину «живой» было непростой задачей. В пробирке она жила всего 12 дней, а путь до колоний предстоял неблизкий. Поначалу врачи пробовали сушить препарат на шелковых нитях, запечатывать вакцину между медицинскими стеклышками, но время и жара быстро уничтожали материал. Казалось, что из этой ситуации нет выхода, но глава экспедиции Франсиск Хавьер де Бальмис, посоветовавшись с личным врачом короля, нашел неожиданное решение.

Поскольку вирус можно было передавать с помощью метода «рука — рука», нужно было всего лишь взять с собой на корабль несколько человек, которые бы по ходу пути передавали вирус друг другу, сохраняя его активность. В качестве «живых контейнеров» Бальмис решил использовать детей и «позаимствовал» из сиротского приюта 22 мальчиков в возрасте от 3 до 10 лет. Настоятельница приюта тоже участвовала в миссии — она была медсестрой и сиделкой для детей, среди которых был и ее собственный 9-летний сын.

Отплытие корвета «Мария Пита». Начало экспедиции Франсиско Хавьера де Бальмиса. Фото: Francisco Pérez / Wikimedia Commons / Public domain

Каждые 10 дней Бальмис по цепочке вакцинировал сирот одного за другим, чтобы вакцина дожила до пункта назначения. Но когда корабль причалил к первому пункту в Пуэрто-Рико, оказалось, что испанцев опередили датчане, владевшие колонией на соседнем острове. Они уже предоставили вакцину местным, и Бальмис мог ехать дальше. Казалось бы — меньше работы и траты времени.

Но, с другой стороны, появился риск: пока Бальмис составит все отчеты и дойдет до следующей точки пути, вирус заснет в организмах детей, и сироты уже не смогут передать его дальше.

Иными словами, у мальчиков истекал «срок годности»

Бальмис не растерялся и попросил местную власть выделить ему «про запас» нескольких пуэрториканских сирот. Так к 22 испанским детям добавился еще десяток новых подростков, благодаря которым через несколько месяцев удалось вакцинировать 12 тысяч жителей Венесуэлы. Бальмис обучил своеобразному методу вакцинации местных врачей, затем там организовали передвижные пункты вакцинации на кораблях и отправили их в Перу, Эквадор и Колумбию, а сам врач отправился на Филиппины.

Сирот, которые прибыли с Бальмисом из Испании, оставили в Мексике вместе с настоятельницей их приюта. Известно, что детям выплатили гонорар за участие в миссии, но их дальнейшая судьба осталась неизвестна. В Мексике Бальмис взял 26 новых мальчиков в возрасте от 4 до 14 лет, но уже не сирот — их добровольно приводили родители, чтобы получить деньги. Вместе с этими детьми Бальмис вакцинировал жителей Манилы, Макао и Кантона (Гуанчжоу).

В 1806 году Франсиско Хавьер де Бальмис отправил Карлу IV письмо, в котором отчитался о выполнении миссии, и отправился в родную Испанию. На обратном пути мексиканских ребят, как и обещали, вернули домой родителям, а Бальмис успел заехать в Китай и на остров Святой Елены, где тоже провел вакцинацию. По примерным подсчетам, за пять лет путешествий по колониям Бальмис с командой успешно привил от оспы около 300 тысяч человек. Изобретатель вакцины Эдвард Дженнер, узнав об этой экспедиции, сказал: «Я не думаю, что в анналах истории есть пример столь благородной и обширной филантропии».

В память о подвиге, который совершили дети, в испанском музее Domus установлен мемориал со стеллой в честь каждого ребенка, участвовавшего в экспедиции Бальмиса. Еще один арт-объект, посвященный детям-сиротам, находится неподалеку от музея в порту Ла-Коруньи.

Когда ушла оспа

Полной победы над оспой удалось достичь во второй половине XX века, когда сотрудники международных организаций здравоохранения стали ездить по странам и проводить массовую обязательную вакцинацию модернизированными вакцинами. Для сохранения их активности люди — и тем более дети — уже не требовались.

Последняя вспышка натуральной оспы случилась в Сомали в октябре 1977 года, после чего в 1980 году на Ассамблее ВОЗ официально объявили о ликвидации оспы. До сих пор натуральная оспа остается единственным по-настоящему «побежденным» вирусом, живые образцы которого можно найти только в лабораториях.

Фото на обложке: Ernest Board / Public domain; Francisco Pérez / Wikimedia Commons / Public domain

Комментариев пока нет