Дать ребёнку пять или оставить его на руках у мамы. Молодой педиатр из России — о работе в клинике США

Варвара Яроцкая уже писала нам о резидентуре в педиатрической клинике Нью-Йорка — она поступила туда этой осенью после окончания медицинского факультета в России. Вторая колонка Вари — не о том, как живет американский госпиталь, а о маленьком человеке в нем. И это сразу и про пациента, и про молодого врача.

Чтобы стать хорошим врачом, нужно иметь железную дисциплину и работать над собой каждый день — как над врачебными, так и над личностными качествами. Неся огромную ответственность за пациентов или будучи начальником более младшего медицинского персонала, невероятно важно сохранять спокойствие и внутреннюю уверенность в самых неожиданных ситуациях. А это значит, что все время нужно быть готовым принять решение, от которого зависит жизнь другого человека.

Концепция принятия решения мне кажется одной из основополагающих в медицине. Надо уметь принимать взвешенные и быстрые решения — с учетом собственных знаний и опыта, применяя их в конкретной ситуации с каждым пациентом.

Для меня в резидентуре наиболее сложный, но при этом и обучающий опыт — ротация в неонатологии (отделение выхаживания новорожденных. — Прим. ред.). Это и острые ситуации, например реанимация новорожденных в родильном зале или операционной после кесарева, или оказание неотложной помощи в реанимации. И последующее ведение более стабильных малышей — наблюдение за их ростом, питанием и развитием до выписки домой.

Эта профессия дает огромную отдачу. Дети в большинстве случаев очень быстро растут, приобретают новые навыки и даже за то недолгое время, что они проводят в отделении, сильно меняются.

И работа врача в данный момент может повлиять на всю последующую жизнь и развитие ребенка

Так как это работа в интенсивной терапии, нужно обладать серьезными знаниями физиологии перинатального периода, фармакологии, акушерства, неврологии и инфекционных болезней. А еще это мультидисциплинарная работа — чтобы помогать малышам, нужна коллаборация с врачами других специальностей.

На обходе в отделении, за которое я отвечаю ночью, я, помимо насущных проблем каждого ребенка, больше всего внимания уделяю питанию. Сколько грамм малыш набрал за день, сколько грудного молока или смеси может съесть, нужна ли орогастральная трубка для питания или ребенок может самостоятельно пить молоко.

Частая проблема — обследование детей при инфекционных болезнях у матери, таких как ВИЧ, гепатит В, туберкулез, сифилис, венерические заболевания или вирусы, например цитомегаловирус. Все эти инфекции мама может незаметно передать плоду во время беременности, и в итоге ребенок может лишиться слуха или получить тяжелую патологию зрения. Другая частая проблема — ребенок, рожденный у матери с диабетом, часто в новорожденном периоде эти дети страдают от крайне низкого уровня сахара в крови. Более тяжелые случаи обычно связаны с врожденными пороками развития, генетическими синдромами, тяжелыми инфекциями и сепсисом, последствиями тяжелых родов — и они всегда очень индивидуальны.

Такие ситуации бывают страшными и сложными, но история каждого пациента нас многому учит

Бывают дни в клинике, когда каждый следующий кейс интереснее предыдущего, про каждого пациента нужно что-то еще обязательно почитать, изучить какие-то нюансы. В такие дни с каждым часом чувствуешь свой рост как врача.

В педиатрической клинике в Нью-Йорке мы принимаем пациентов со всего света, они говорят на разных языках, а это означает абсолютно разные культурные обычаи, убеждения, традиции. Это может касаться как диеты и образования, так и взгляда на развитие ребенка, его воспитание, вакцинацию, лечение и так далее. И врачу тут очень важно иметь широкий кругозор, с пониманием и уважением относиться к опыту каждой семьи.

Иногда сложно оценить всю ситуацию — потому что из-за языкового барьера прямая коммуникация невозможна, приходится звонить специальному медицинскому переводчику. И хотя эти люди проходят особый тренинг и отлично переводят, мне кажется, некоторое искажение и утечка информации все равно неизбежна. Хорошо, что сами дети чаще всего понимают и чувствуют взрослых без слов.

По сравнению с теми днями, когда я только начала резидентуру и совершенно не понимала, как себя ведут дети разного возраста, сейчас у меня уже выработались некоторые навыки поведения.

Я знаю, когда ребенку дать пять, чтобы расположить его к себе. Когда попросить маму держать малыша у себя на руках во время осмотра. Как поговорить с ребенком, который только пошел в школу. А есть еще подростки — и ситуации, когда мне нужно «выставить» родителя из комнаты во время приема, чтобы обсудить всякие подростковые штуки и проблемы.

Обучение в резидентуре хорошо тем, что ты работаешь не только с огромным числом пациентов, но и с другими врачами и резидентами. Имея такое разнообразие учителей и ролевых моделей, каждый доктор может выработать свой стиль, перенимая и учась у коллег разным резонирующим с его характером и поведением идеям.

Например, каждый врач имеет свою степень консервативности и толерантности к риску. Кто-то предпочитает проактивное лечение пациентов, кому-то по душе консервативный подход. Будучи резидентом и видя на практике, как разные врачи принимают решения, ты постепенно выстраиваешь у себя в голове картину собственного стиля лечения.

В практике общего педиатра в США мне нравится подход к пациенту, когда во внимание принимают не только его здоровье, но и многие другие сферы жизни. Это значит, что врач обязательно выясняет нюансы развития — физического, эмоционального и психологического, в разных социальных ситуациях и при разной степени тревожности родителей.

Иногда можно увидеть и классические случаи из учебника — чесотку, кишечных паразитов, болезнь рука — нога — рот. Другие случаи более редкие, про них интересно почитать статьи или описания из практики других коллег для того, чтобы разобраться, что вообще происходит с пациентом.

Но основная часть работы участкового врача здесь —разговоры о диете, упражнениях и весе

Очень здорово и приятно, когда через несколько месяцев после даже короткого разговора с мамой на приеме ребенок выглядит куда лучше и мама с гордостью рассказывает о новых пищевых привычках и изменениях в образе жизни.

Я не думала раньше, что такое удовлетворение приносит увидеть результат своей работы, даже если это совсем короткая консультация о здоровом питании и выдача маме распечатки о диете ребенка.

Иногда родители воспринимают в штыки или как упрек любое упоминание этой темы. В таких ситуациях важно проявлять мудрость и эмпатию и разрулить ситуацию так, чтобы в итоге родителям или ребенку удалось внедрить новые привычки в свою жизнь.