Все хотят найти смертный медальон: как работают школьные поисковые отряды

Современных детей от событий Второй мировой отделяет уже 80 лет. Узнать об этой войне становится всё труднее. В эфире «Радиошколы» учитель школы № 2120 Надежда Степанова рассказала, как работать с исторической памятью современных школьников: в полях, лесах и школьном музее.

Я родилась в поселении Роговское, сейчас это часть Новой Москвы. В октябре 1812 года здесь был знаменитый Тарутинский бой — первая крупная тактическая победа русской армии после Бородинского сражения. Здесь же спустя 129 лет состоялась битва под Москвой: огромное количество наших солдат погибло, чтобы фашисты не продвинулись к столице. Сейчас в Роговском расположен мемориальный комплекс Кузовлёво.

Думаю, это место наложило на меня свой отпечаток. Я заинтересовалась поиском на местах сражений, а когда пришла работать в школу, решила создать там объединение, которого до этого в школе никогда не было. Так в 2015 году появился детский поисковый отряд и патриотическое объединение «Факел». Уже 9 лет мы участвуем в акции «Вахта памяти» — проводим поиски безымянных солдат, погибших в Великой Отечественной войне.

«Потрясающее чувство, когда уловил сигнал и нашел осколки боеприпасов»

Перед тем как выехать на поиски, дети проходят отбор и серьезное обучение. Для начала им нужно узнать о том, какие исторические события происходили в месте, в которое мы отправляемся. Также необходимы прикладные навыки, которым в школе, конечно, не учат. Например, нужно уметь:

• Работать с картами: во время поиска мы накладываем карты времен ВОВ на современные, ищем и обрабатываем воронки и траншеи.
• Работать с инструментами раскопок. Например, поисковым щупом — это длинный металлический шест, который используют вместе с металлоискателем. Опытные поисковики с помощью щупа могут отличить кости от камня, стекла или корня дерева.
• Различать виды боеприпасов и разбираться в видах копа: обычно копать нужно, срезая тонкие пласты земли, чтобы вдруг не повредить артефакты.

Всем этим навыкам дети обучаются на межрегиональных сборах, которые «Факел» проводит вместе с другими поисковыми отрядами и представителями МЧС «Лидер». На них взрослые поисковики делятся своим опытом, устраивают исторические викторины, проводят занятия и лекции. Все тренинги также проходят под контролем взрослых.

2,1 миллиона безымянных солдат

В отряд вступают дети от 11 до 18 лет, большинство из них — мальчики из кадетского класса, в котором я веду классное руководство. Ребята из других классов тоже интересуются, в том числе и девочки. Вести раскопки с лопатой разрешается только совершеннолетним, поэтому школьники чаще работают с архивами, наблюдают и занимаются перекопкой — важной частью поисков.

Когда обнаруживается боец, каждый кусочек земли вокруг этого места перебирается руками. Так мы ищем смертный медальон. Именно на них записывались личные данные бойцов, которые сейчас, спустя 80 лет, помогают опознать солдата и найти его родственников.

Отыскать медальон непросто: некоторые солдаты их не заполняли, считали плохим знаком. Но кто-то, наоборот, боялся в случае гибели остаться безымянным и оставлял в районе груди такую записку. Когда дети сами находят медальон — это очень трогательный момент и большая радость. Считается, что именно тот, кто раскопал жетон с именем, нашел бойца.

Даже если за вахту обнаружить бойцов не удалось, дети не расстраиваются, а возвращаются с большой мотивацией, ожидая новых поездок. Во время одной из «Вахт» мы не подняли ни одного солдата, но отыскали траншею, которую никто не мог найти уже 70 лет. Это место настолько заросло березками, что взрослым поисковикам в голову не приходило искать именно там. А дети случайно набрели — и догадались. Поэтому уезжали они, полные надежды, что в следующий раз точно вернутся, найдут и тогда еще один боец перестанет быть безымянным.

«Связь не работает, телефоны разряжаются»

Участие в поисках вместе с отрядом дает детям, как мне кажется, многое. Во-первых, это однозначно учит дисциплине. У детей даже в походных условиях сохраняется плотный график: мы рано просыпаемся, делаем зарядку, готовим дрова, варим кашу, потом выходим на раскопки.

Во-вторых, походы — для многих новый вид деятельности. Мало кто из современных школьников занимается такими вещами с родителями. Разбить лагерь, поставить палатку, организовать костер, набрать дров — нетипичные для современного ребенка навыки, но очень полезные. Когда мы возвращаемся из поездок, мы слышим много благодарностей от родителей, которые не ожидали, что их дети могут быть настолько самостоятельными.

В-третьих, в лесах, где идут раскопки, часто не работает связь. Телефоны тоже разряжаются довольно быстро. Первые дни у детей начинается подобие ломки, но потом они привыкают, появляется настоящее, не виртуальное общение, зарождается дружба. Я считаю, это тоже позитивный момент.

И самое главное — всё это помогает им узнать о нашем прошлом, о героях — не только из рассказов, но и вживую, буквально прикасаясь к истории.

Из артефактов, собранных во время поисков и полученных от взрослых поисковиков, мы организовали первый в школе музей. Экскурсоводами в нем выступают сами дети. Зная многое об исторических событиях из походов и поездок в музеи, они сами могут делиться этим с другими школьниками. Некоторые из выпускников связали свою жизнь с военной историей — очень радует, что им пригодились полученные знания и навыки.

Фото: сообщество школы № 2120 «ВКонтакте»