Пушкина в школе превращают в набор неживых штампов. Как вернуть к нему интерес?
Все знают, что 6 июня — это день рождения Александра Пушкина, произведения которого мы изучаем чуть ли не все 11 лет школы. Потом, спустя годы, так и не понимаем, почему Пушкин — «наше всё». О том, как школа не объясняет, а только убивает интерес детей к главному русскому поэту, — учитель литературы Александр Закуренко.
Разговоры о Пушкине — это почти всегда набор штампов: «солнце русской поэзии», «наше всё», «энциклопедия русской жизни», «гений чистой красоты» и так далее. С ранних лет эти ярлыки вбивают в голову, вместо улыбки или слёз потомка арапа великого императора мы видим маску мумии.
Как вернуть Пушкину жизнь? Я бы начал в школе с биографии поэта: с его проказами, плохими оценками, гениальной переимчивостью, тягой ко всему французскому, резким взрослением, переходом от «Гаврилиады» к переложению молитвы Ефрема Сирина и отчаянному: «К чему стадам дары свободы// Их должно резать или стричь».
Рассказал бы, что Пушкин в лицее плохо знал точные науки, а потом, когда создавал журнал «Современник», первым в России публиковал обзоры о состоянии научной мысли в Европе.
Пушкин был гениальным учеником — учился у всех понемногу, но главное, что учился постоянно. Читал и выписывал все новинки литературы из Европы. Библиотеку отца прочитал ещё в детстве — на французском, а потом, желая прочитать в оригинале протестантского мистика Джона Беньяна, стал учить английский.
Пушкин непонятен вне контекста того, что происходило в стране после победы над Наполеоном. Пушкин — европеец, который писал русские сказки, и русский поэт, получивший прозвище в Лицее «француз». Пушкин — серьёзный историк, изучающий архивы пугачевского бунта.
Пушкин и Чаадаев ещё до спора западников и славянофилов нащупывают до сих пор болезненный для нас вопрос: отстали ли мы от цивилизованного мира или идём другим путём? Он включает Россию не в контекст европейской истории, а в контекст мировой.
Историческое чутьё поэта — урок нам. Либералы видят Россию на обочине мировой цивилизации, патриоты — впереди. Пушкин учит видеть и то, что позади, и то, что предстоит. Всё это важно синтезировать, чтобы понимать лучшее и худшее в нашей истории.
Сложно представить Пушкина в мире толерантности. Аристократ с чувством глубочайшего достоинства, но вдруг стихи няне, преклонение не перед выдуманным революционной интеллигенцией народом, а уважение к конкретному человеку.
Пушкин всегда на стороне личности и пишет «дар напрасный, дар случайный», ставя под сомнение ценность жизни. Верит в восстание («И на обломках самовластья») и бичует его в стихотворении «Клеветникам России». Пушкин — за свободу или против свободы? Пушкин — за Бога или против?
Ещё один забытый урок от Пушкина: человек всегда в пути. Ответы превращаются в штампы, если их не анализировать
Пушкин при всей своей спонтанности всегда аналитичен. Он понимает, что на вопросы о смысле бытия, человека и государства, личности и общества нет простых ответов в духе Белинского.
Возможно, самое сложное и важное для школы — увидеть в Пушкине мыслителя. Причём трагического, сложного, далеко не всегда находящего ответы. «Маленькие трагедии» — разве не о том, как человеческие страсти укоренились в самой природе человека и разрушают её? «Пир во время чумы» сейчас назвали бы антиутопией, которая предвосхитила и «Мы» Замятина, и «1984» Оруэлла. «Скупой рыцарь» появился раньше «Подростка» Достоевского и даже Маркса с его критикой капитала.
Наконец, громада «Евгений Онегин». Спросите кого угодно, как начинается это роман в стихах. Вам ответят «Мой дядя самых честных правил…». Нет. Роман начинается совсем с другого. Такое штампованно-неточное прочтение — приговор школьному изучению Пушкина и учителям, которые не обратили взор молодых читателей на предисловие к роману и эпиграф. В предисловии — ключ к прочтению романа, автокомментарий Пушкина к тому, как надо читать Пушкина. А в эпиграфе — обнажение приёма и стиля.
Литература начинается с текста, а не с учебников и критики. Изучая Пушкина, нужно читать Пушкина. И забыть раз и снавсегда о штампах. Если Пушкин велик — он захватит, если наше всё — раскроет, что мы из себя представляем.
Поэтому вопрос «что делать Пушкину в школе?» — это на самом деле вопрос «как нам мыслить в школе?»
До Пушкина надо расти, а прежде узнать о Тредиаковском и Ломоносове, Радищеве и Карамзине, Батюшкове и Чаадаеве, Жуковском и Вяземском.
Понять, что мысль Пушкина — это высокая мысль о самом болезненном: о смысле России и нас внутри неё. Помнить о милости к падшим, оставив суд экзаменаторам и сочинителям ЕГЭ. Пушкин учит свободе и милости и поэтому часто ошибается в оценке человека. Но ошибается в частностях, потому что помнит: человеку дана свобода и человеком может быть только тот, кто к этой свободе тянется. То есть радуется жизни, даже когда она тяжела, любит близких и постоянно учится.
Вот главный урок Пушкина в школе.
главная проблема литературы в школе — впихивать большой лопатой в голову подростку то, что не для подростка писано. я не считаю подростков идиотами, но отсутствие личного опыта и непонимание реалий, идущее от раздельного преподавания литературы и истории (а также русского и иностранных языков), делает практически невозможным осознание глубины конфликта в любом произведении русской классики.
из всего курса русской литературы я искрене полюбила только Куприна — и то только потому, что читала его для себя, а не по программе
Вот в этом и состоит задача — чтобы не было скучно, нужно, чтобы каждая строчка становилась вопросом, проблемой, которую решить можешь только ты, а не ЛОтман.
Заставить и научить любить Пушкина (да и другого писателя) в школе, конечно, нельзя. Но вы правы в том, что хорошо бы больше рассказывать — о биографии, об эпохе, о становлении. Обязательно найдутся ученики, которым будет интересно, которые будут слушать. Кто-то захочет и сам узнать побольше.
Вот и Пушкин блокируется в его актуальной части — в той, где протест, причём как обязательная часть полноты жизни, как красота природы и наслаждение обществом противоположенного пола и прочий гедонизм.
Вот в этом абзаце вся правда, которую некоторые не желают принимать за должное. Навязывают школьникам, как надо понимать тексты Пушкина. А то, уже отменили здравый смысл и правила русского языка. Поэтому всенародное отвращение к Пушкину, и к этой литературе по принуждению, которая в априори не нужна в обычной жизни никому, чтобы к этой грязи прикасаться.
Популярные комментарии
Виктория ИльинаЧто, на мой вгляд, произошло с современными детьми? Сегодня мы гораздо лучше умеем выявлять особенности развития детей. То, что раньше оставалось незамеченным или объяснялось словами «ленится», «невоспитанный», «не хочет учиться», сейчас может получить профессиональную оценку и поддержку. Поэтому создаётся ощущение, что таких детей стало резко больше. Необходимо также признать, что современная информационная среда серьёзно изменилась. Ребёнок сегодня живёт в потоке информации, который невозможно сравнить с тем, что было 20–30 лет назад. Одновременно выросли требования к скорости освоения знаний, объёму информации и самостоятельности школьника. При этом школа далеко не всегда успевает адаптироваться к новым условиямю Однако, на мой взгляд, главная причина проблемы лежит глубже. Изменилось отношение общества к школе и образованию. Для многих детей и родителей знания перестали быть безусловной ценностью, а школьные требования стали восприниматься скорее как формальность или препятствие. Одновременно снизился уровень дисциплины, родительского контроля и готовности ребёнка выполнять сложную, не всегда интересную работу. Нельзя сбрасывать со счетов и цифровую среду: компьютерные игры, гаджеты, социальные сети дают ребёнку быстрые эмоции и мгновенную обратную связь, тогда как учеба требует терпения, концентрации и усилий. В результате школе приходится конкурировать не только с внешними развлечениями, но и с изменившейся культурой детства.
Почему раньше дети спокойно сидели на уроках, а сейчас у половины класса либо СДВГ, либо РАС — и они всем мешают?
Александр КомнатныйЯ ни разу не комментировал статьи, но эту прокоментирую. Я ученик, учусь в 9 классе сельской школы. Наш класс, нельзя посчитать порядочным. Но, я скажу на основе личного опыта — дисциплина в классе будет, только когда дети будут боятся. ЛИБО, вы будете прям очень интересно вести предмет. А это редкость. Короче, если вы действительно хотите дисциплины — вам нужен обычный страх. Вы не должны говорить: «Всё, остаётесь у меня ещё на один урок», а потом не оставлять ещё на один урок. Ведь тогда, дети поймут — ничего вы им не сделаете. А вы должны делать. О вас должны ходить страшные легенды, и половина из них должна быть правдой. Тогда, у вас на уроках будет дисциплина. НО, важно — вы не должны ругать за неправильные ответы. Это точно. Ведь, есл вы будете орать из-за неправильного ответа, дети на ваших уроках вообще слова не скажут, а это тоже плохо. Нет, ругать вы должны только за дисциплину. А ещё — не бойтесь заваливать учеников двойками, а может даже колами.
Ученики срывают уроки и не слушают учителя. Как вернуть дисциплину за 4 шага- Ольга
Что значит стукачество? Я считаю так: если тебя никак это не касается, то об этом рассказать должны участники. Макисмум, что должен сделать ребенок — рассказать об этом родителям, чтобы взрослые люди уже решали надо ли доводить ситуацию до сведения школьной администрации. А если ребенка избили, унизили или регулярно оскорбляют, то он имеет полное право и даже должен рассказать об этом взрослым: учителю и родителям. Потому что дети сами не разберутся — это все миф, что они могут и должны разобраться сами. Может именно это учительница и имела в виду, когда говорила, что дети должны ей все рассказывать? А родители сделали из мухи слона?
Учительница поощряет стукачество в классе. Стоит ли запрещать ребенку доносить на других?
