«Среди моих одногруппников есть атеисты и агностики»: студентка РГСУ — о том, зачем она пошла учиться на теолога
В июне 2017 года в России состоялась защита первой диссертации по теологии. Интернет-газета «Бумага» поговорила со студентами-теологами из разных вузов России, которые рассказали, как проходит их обучение и что они думают о современных действиях РПЦ. «Мел» приводит рассказ студентки 4-го курса РГСУ Екатерины Славченко.
По словам Екатерины, на теологию она поступила случайно: «Как только я сдала школьные экзамены, начала думать над тем, куда поступать. В интернете по чистой случайности наткнулась на направление теологии, о котором раньше вообще ничего никогда не слышала, и поступила. Там обещали широкопрофильное гуманитарное образование и возможность трудоустройства не только в сферах культуры, но и в духовной сфере, в органах государственной безопасности. И это оказалось правдой».
«Мне кажется, на теологии преподают действительно качественно. Ведь в нашей культуре всё завязано на православии, и поэтому мы можем проследить какие-то особые исторические процессы, зная основы нашей религии. Да и остальные предметы нам дают в полном объеме. Таким образом мы видим общую картинку общества и культуры», — считает Екатерина.
«В отличие от всяких духовных академий и семинарий, у нас делается упор на то, чтобы человек имел представление об основах веры. И при этом у нас нет какого-либо навязывания православия. Конечно, хорошо бы посещать храмы, чтобы понимать какие-то лекции: например, устройство иконостаса или проведение богослужения. Но заставлять верить вас никто не будет. Среди моих одногруппников, например, больше неверующих людей: атеисты, агностики, люди в поиске. У нас есть мальчик, который даже думает над тем, чтобы принять ислам. И им комфортно учиться, потому что это образование не о вере, а о религии».
Екатерина Славченко
Себя Екатерина считает к верующим, но не к фанатичным: «Я не считаю, что людям нужно рассказывать, как жить, как молиться и как поститься. Я хожу в храм, когда ощущаю в этом надобность, потому что это в моей душе. Здесь я не учусь верить, а занимаюсь наукой».
В будущем Екатерине хотелось бы вести основы православной культуры в воскресной школе: «Думаю, детям сейчас важно адекватно объяснять, что такое религия. А может вообще пойду учиться дальше, выучу испанский и стану переводчиком: нам хорошо преподавали языки».
«Я считаю, что теологию в России нужно развивать. К некоторым действиям Русской православной церкви у меня, например, двоякое отношение, а у кого-то по этим же вопросам однозначная позиция. Нужно, чтобы мы имели возможность встретиться и всё обсудить с научной точки зрения», — говорит Екатерина.
Истории ещё двух студентов теологов читайте в интернет-газете «Бумага».
Ещё больше интересного и полезного про образование и воспитание — в нашем телеграм-канале. Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить!
Поэтому нужно в 21 веке строить новую религию на базе науки и исторического опыта человечества, а не цепляться за догмы, которые не всегда сообветствуют условиям современной жизни.
Но делать это нужно очень осторожно. Стараться не обидеть настоящих верующих. Иначе разрушить старое мы сможем, — не построив нового. Поэтому, по моему личному убеждению, — нужно строить церковь Разума. И тогда к вам потянутся нетолько люди, но и представители современных конфессий, которые смогут найти свое мечсто в новой церкви Разума.
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть
