В Новосибирске кардиохирурги спасли маленького мальчика со сложнейшим пороком сердца — ребенку провели 5 операций одновременно
В Новосибирске кардиохирурги прооперировали маленького мальчика со сложнейшим пороком сердца. Об этом рассказали в Национальном медицинском исследовательском центре имени Е. Н. Мешалкина.
Пациент — редчайший обладатель зеркально расположенных внутренних органов (и сердца в том числе). Часть венозной системы у мальчика оказалась не развернута, из-за этого сформировался тяжелый порок: вены, несущие кровь к сердцу, впадают в него в аномальных местах. Кроме того, у ребенка только одна полость предсердия и одна полость желудочков сердца вместо двух.
Ребенка признавали неоперабельным, но в возрасте восьми месяцев, после длительного наблюдения в Москве, он поступил в Центр Мешалкина. «За одно вмешательство бригаде сердечно-сосудистых хирургов в составе Юрия Кулябина, Алексея Архипова, Наталии Ничай удалось воссоздать Паше нормальную анатомию сердца — фактически выполнить пять операций в одной», — рассказали в клинике.
Специалисты разделили сердце на камеры, закрыли дефект межжелудочковой перегородки и создали заново межпредсердную перегородку. Они также переместили аномально впадающие вены в правильную полость, преобразовали единый внутрисердечный клапан в два полноценных, устранили сужение выходного отдела левого желудочка и коарктацию аорты.
По словам врачей, такая коррекция — большой риск, при котором нет путей отступления на случай, если после операции организм не справится с радикальными изменениями. Мальчик успешно справился с послеоперационным периодом. Однако спустя полтора месяца незрелые клапанные створки начали рваться под напором правильно организованного кровотока. Хирурги повторили пластику митрального клапана.
Ребенку решили поставить индивидуальный механический протез клапана, однако ждать его пришлось несколько месяцев. Все это время ребенок рос в Центре Мешалкина под контролем кардиологов. После успешной имплантации нового клапана и семи месяцев непрерывной госпитализации врачи смогли выписать подросшего и окрепшего ребенка домой «с уверенно работающим сердцем».
кадр: meshalkin.ru
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе






