
Один из самых больших вопросов русской грамматики, сравнимый со спорами о слове «кушать» и безжалостными битвами за права буквы Ё. Но по этому вопросу всё же есть более или менее общее мнение (так говорить нельзя) и современное альтернативное (очень даже можно).
Мнение № 1. Традиционное
В большинстве современных словарей русского языка глагол «извиняюсь» фиксируется с пометой «разговорное». Обычно в защиту этой версии приводится два простых аргумента:
- «Извиняюсь» — это «я извиняю себя», то есть говорящий как бы сам себя за что-то прощает, никак не вовлекая в этот процесс того, кому он это говорит.
- «Извините» — это форма высказывания, обращенного к собеседнику. Это звучит более вежливо, потому что говорящий просит собеседника его простить.
«Грамота», отвечая на вопрос о правильности или неправильности формы «извиняюсь», цитирует книгу «Язык революционной эпохи» лингвиста Афанасия Селищева, который в 1928 году писал: «Со времени войны (1914 г.) в России вошел в широкое употребление словесный знак вежливости-извинения „извиняюсь“ (извиняюс)» — и приводил пример, как этот глагол использовали классики русской литературы — Гончаров, Достоевский и Чехов: «Извиняюсь в речи Гончарова, Достоевского и других находилось в сочетании с другими словами в предложении и имело обычное реальное значение, — значение выражения извинения, искреннего, иногда глубокого раскаяния».
Про современное ему значение глагола «извиняюсь» Селищев писал так: «Совсем не по своему реальному и формальному значению теперешнее извиняюсь: оно употребляется отрывочно, вне сочетания с другими словами, служит формальным словесным знаком, произносимым при определенных обстоятельствах, — знаком, мало соответствующим этим обстоятельствам: полного значения просьбы здесь не выражается».
Мнение № 2. Современное
Альтернативная точка зрения на этот, казалось бы, решенный вопрос приводится в книге «В начале было кофе» филолога Светланы Гурьяновой, которая считает, что «и „извиняюсь“, и „прошу прощения“, и „приношу извинения“ по сути — перформативы, то есть высказывания, эквивалентные действиям. Этим они отличаются от обычных слов, которые просто описывают действительность. Чаще всего перформативы, как вы уже заметили, — это глаголы в форме первого лица единственного числа настоящего времени (то есть отвечающие на вопрос „(я) что делаю?“). Поэтому использовать „извиняюсь“ в этой функции для языка вполне естественно и закономерно».
Фото: © Sharomka / Shutterstock / Fotodom

Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения









