«Все построения феминистской теории можно выразить одним детским вопросом: „Но зачем?“»
Мамы-феминистки — о воспитании детей
Матери-феминистки рассказали изданию Wonderzin о том, с какими стереотипами они сталкиваются, как воспитывают детей — мальчиков и девочек — и как справляются с влиянием окружающих. «Мел» приводит их монологи.

Ольга, дочери три года
Ольга считает, что и книги, и мультфильмы влияют на ребёнка — оттуда нередко берутся модели поведения, мысли и схемы действий. Большинство книг в их семейной библиотеке не о девочках-принцессах, а о простых героинях, которые к чему-то стремятся, делают выбор, отстаивают свою позицию.
«Тут оговорюсь: я не вижу ничего плохого в принцессах, но у ребёнка должен быть выбор — стать принцессой, маленькой учёной, юным инженером или балериной. Собственно, у мальчиков тоже».
Ольга, мама
По словам Ольги, проблем в детском саду пока нет. Воспитательница согласилась предлагать ребенку не только кукол и коляски. Дома ребенок играет в разное: у неё есть кухня, машинки, куклы, животные, пазлы, кубики, набор врача, инструменты, железная дорога. «Свою задачу мы видим в том, чтобы предложить дочери как можно больше вариантов, чтобы она поняла, чего хочет» — делится мама.
Ольга считает, что в какой-то момент ее дочь столкнется с «тыжедевочка» и со стереотипами, «но я хочу, чтобы она была готова к этому и знала, что это ненормально».
Юля, сыновьям четыре, шесть и шестнадцать лет
Юля рассказывает, что ее дети «притащили сексизм из сада». К примеру, установки о цветах: мальчики считают, что розовый — «цвет девочек».
«Проблема именно в том, как это говорится: „Фу, это для девочек!“ Меня возмущает, я говорю им: „Что это значит? Если ‚фу‘ — девочки хуже, что ли?“ Они теряются, потом отвечают: „Наверное, нет, не хуже. Просто мы мальчики, и нам это не подходит“».
Юля, мама
По мнению Юли, установки идут не от воспитательницы, а от других детей, которые слышат это от своих родителей. Мама считает, что больше всего сексизма в народных сказках. «Но мы их не читаем по разным причинам, в том числе потому, что они пугают моих детей. Я одно время переживала, что лишила сыновей наследия мировой культуры, а потом подумала: ну и что?»
Юля хочет, что ее дети были равными партнёрами в своей будущей семье: проводили столько же времени с ребёнком, как и жена, делали уборку. «Надо объяснять мальчикам, что в семье нет специального человека, который должен всех обслуживать».
Старшему ребёнку мама говорит: «Да, есть вещи, которые я делаю для тебя, но это по моей доброй воле». У детей Юли есть обязанности по дому: старшего она учит готовить и поясняет, что остальные члены семьи не обязаны обеспечивать наличие еды на кухне — если её нет, он может сам приготовить. Младшие убирают за собой игрушки.
«Вообще встраивать маленьких детей в работу правильно. Это сложно: проще сделать самой, чем научить ребёнка (он же сначала сделает всё не так!), но с девочками мы всё равно через это проходим. С мальчиками, мне кажется, надо делать то же самое. Какая между ними разница?», — отмечает Юля.
Хотите рассказать что-то интересное об образовании или обсудить воспитание детей вместе с редакцией, читателями, авторами и экспертами «Мела»? У нас есть группа в фейсбуке, где много интересных, полезных и смешных обсуждений. Присоединяйтесь!
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть





