«Во взрослом состоянии списывание превращается в мошенничество и коррупцию»

В большинстве российских школ и университетов списывание воспринимается как норма, в то время как в других странах нечестных студентов жестко наказывают. О масштабах проблемы списывания рассуждает старший научный сотрудник Института экономической политики имени Гайдара Иван Любимов в колонке для «Ведомостей».

Сравнивая отношение к списыванию в разных странах, Любимов опирается на исследование 2002 года под руководством Яна Магнуса, авторы которого опросили учащихся России, США, Нидерландов и Израиля: «Школьников и студентов просили численно, по заранее определенной шкале, выразить свое отношение к студенту А, списавшему у студента B, к студенту B, давшему списать студенту А, а также к студенту C, сообщившему об эпизоде списывания преподавателю». В результате оказалось, что в большинстве стран лучше всего относятся к «стукачу» — студенту С. И в США, и в Нидерландах чем старше были опрошенные, тем хуже они относились к студентам А и В — списавшему и давшему списать. В России же к студентов A и B воспринимали спокойно, а к студенту С относились заметно хуже, чем в других странах.

«Ключевой причиной такого различия в отношении к списыванию являются разные правила, регулирующие поведение школьников и студентов, — считает Любимов. — В более развитых странах в школах и университетах списывание жестко наказывается. В Нидерландах за попытку списать на экзамене студент сразу отчисляется из университета, а не отправляется на пересдачу или получает штраф в виде сниженной оценки. Кроме того, в том числе в школе и университете студенты знакомятся с культурой, порицающей обман и воровство. Ведь списывание является обманом преподавателей, родителей и одноклассников, а также кражей рейтинга: благодаря списыванию двоечники становятся троечниками, троечники — хорошистами». Конкурируя за места в рейтингах, ученики привыкают ценить свои усилия и негативно воспринимают одноклассников, которые используют нечестные методы борьбы.

В России нет культуры, порицающей нарушение правил, пишет Любимов. Даже преподаватели пассивно поддерживают списывание, считая, что» если студент сделал шпаргалку, то он хотя бы что-то выучил». В результате соревновательность в обучении почти полностью утрачивается: списывание воспринимается как простой путь пройти все процедуры, необходимые для получения диплома. Студенты и школьники, которые не считают списывание приемлемым, оказываются в меньшинстве.

Любимов предполагает, что привычка списывать формирует лояльное отношение к мошенничеству, которое впоследствии трансформируется в лояльность к коррупции. «Регулярное списывание лишь на первый взгляд кажется безобидной чертой юности. В результате различий в возможностях списывания, которые допускают образовательные системы, в разных странах формируются совершенно разные когорты выпускников, — поясняет экономист. — Те, кто привык списывать, разумеется, знают намного меньше тех, кто честно сдавал сложные экзамены. Это неизбежно сказывается на разнице в профессионализме врачей, инженеров, конструкторов или архитекторов. Кроме того, одни люди привыкают добиваться должностей и доходов за счет тяжелого труда и образования, в то время как другие полагают, что, как и путь к диплому, дорога к благосостоянию может быть сравнительно проста. <…>. Только во взрослом состоянии списывание приобретает другие, гораздо менее безобидные формы. Например, мошенничества и коррупции. Или списывания диссертаций, благодаря которому должности в университетах и чиновничестве достаются совсем не тем, кому следует».

8 сентября Министерство образования выступило с инициативой, согласно которой аннулировать научные степени за плагиат можно будет только по решению суда. Новый законопроект может стать серьёзным препятствием для деятельности «Диссернета» — сообщества, работающего над разоблачением мошенничества в сфере науки и образования.