«Пока я жива, я не хочу переселять моих дочерей на кладбище»
Онкобольная мама четырех дочерей — о том, как помочь детям справиться со смертью родителя
Сьюзан Гюбар ведет рубрику «Жить с раком» в газете The New York Times. В своих колонках она описывает всё, через что проходит последние несколько лет после диагноза: от взаимоотношений с врачом до химиотерапии. Один из материалов Сьюзан посвятила тому, как она готовит к своей неизбежной смерти четырех уже взрослых дочерей.
Сьюзан не собирается превращать оставшуюся у нее жизнь в преждевременные похороны и заранее готовить семью к своей смерти. «Пока я жива, я не хочу переселять моих дочерей на кладбище. Меня раздражает сама идея превращать отведенное мне время в прелюдию моего отсутствия», — пишет Гюбар.
Чтобы подготовить дочерей к своему уходу и смягчить удар, Гюбар сочинила два письма. Получить их девочки должны незадолго до смерти матери.
«Даже учитывая, что я, скорее всего, никогда не узнаю, облегчат ли эти слова их одиночество, я предпочитаю думать, что облегчат»
Первое письмо она назвала «Что где». В нем описывается юридическая и финансовая сторона смерти: где найти адвоката, финансового советника, как разобраться с завещанием, все пароли от личных аккаунтов и так далее. Этим сухим списком Сьюзан хочет показать своим детям, что она покорилась судьбе. Второе письмо называется «Письма моим дочерям» и похоже скорее на личный дневник, чем на послание.
Сьюзан начала писать эти письма через год после того, как узнала диагноз. Она пишет их до сих пор, постоянно дополняя записи новыми воспоминаниями.
«В этом компьютерном файле я вспоминаю их шутки, музыкальные и спортивные достижения школьных дней, благодарю за многочисленные подарки, описываю их характер со дня их рождения или делюсь впечатлениями от нашего первого знакомства. Я смущаю их историями об оплошностях, которые мы совершили вместе, радую приключениями, которые мы переживали на кухне, и совместными злоключениями в поездках, напоминаю о праздниках, которые мы отметили вместе. Когда я пишу эти письма, я вспоминаю о том, как ценно наше прошлое», — делится Сьюзан.
Известно, что дети к 6-7 годам осознают факт конечности жизни, часто в одиночку, не делясь с родителями. С возрастом мысль о смерти в голове ребёнка эволюционирует, и как она будет развиваться во многом зависит от окружающей среды, от родителей. Подробнее о том, как говорить с детьми о смерти, читайте на «Меле» в материале Марии Калужской.
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть
