«Едут по Берлину наши казаки»: как и что рассказывать детям о войне

Сегодня День победы в школах и детских садах — это обязательные военные песни, фотографии, гимнастерки и пилотки. На улице — парады, полевая кухня, даже танцы. Наш блогер Юлия Рих размышляет, помогает ли это сохранить память о том времени, или для детей все это просто превращается в маскарад.
Наши дети живут в мирное время, войну они видели только в кино или в компьютерных играх. Для них война — это как пришествие Христа: было очень давно. Исторических связей все меньше (прабабушки и прадедушки почти все умерли).
Каким видят они День Победы? Например, в школу в этом году пришли волонтеры какой-то патриотической организации, фотографировали их в военной форме на милитаристском фоне. «Они фотографировали нас бесплатно, мама!» — рассказали мне дети. Но в родительском чате этот фан резко превратился в фото и магниты за 350 рублей. Кстати, волонтеров общественной поисковой организации «Лиза Алерт» с лекцией «Что делать, если ты потерялся» в нашу школу без направления от Министерства просвещения не пустили, а фотографы прошли без труда.
Дети разучивают военные песни, маршируют, рисуют рисунки. О том, чего они не знают, с чем их уже ничего не связывает. На улицах они встречают стилизованные под военно-полевые кухни с гречкой и чаем в пластиковых стаканах с ленинградской нормой хлеба.
Надписи на машинах «Можем повторить», «Спасибо деду за победу», «На Берлин» каждый год они появляются на множестве автомобилей! В городе, где я живу, есть многоэтажное офисное здание, которое стоит прямо напротив городской администрации. Все его 20 этажей в прошлом году были затянуты огромным военным плакатом: радостная молодая красивая девушка в военной форме с сигнальными флажками на фоне военной техники и надписью: «Едут, едут по Берлину наши казаки!» Раз в год наша киноиндустрия производит военно-патриотическое кино, где много стреляют и кричат.
Но всё это по-прежнему мало рассказывает детям о самой войне и значении Победы
А о том, что война — это кровь и смерть, никто не говорит. Вокруг только танцы и пляски. И тут вдруг читаю в сети прекрасные отзывы о фильме «Девятаев». Спрашиваю, а можно ли сводить впечатлительного, интересующегося историей десятилетнего мальчика на такое кино, не страшно ли? Уважаемые люди отвечают — можно. Мы идем.
Фильм основан на реальной истории летчика, попавшего в немецкий плен. Это история человеческой судьбы, подвига и силы духа. Он не совсем про войну, война здесь мощнейший фон, главное — личная история. Несломленного храброго летчика, преданного своей стране. В середине фильма мой тревожный и впечатлительный мальчик, вцепившись в подлокотники, прошептал: «Какой хороший фильм!» И, не отрываясь, досмотрел до конца.
Мы вышли. Я осторожно поинтересовалась: «Детка, а что ты чувствуешь…?» «Я только одно чувствую — восхищение!» Выходим из кинотеатра, вокруг май, солнце, тепло, но фильм не отпускает, решила копнуть глубже. «Понимаешь, — говорю, — война — это чудовищно. Смерть — бесповоротна. Со смертью одного человека навсегда меняется жизнь всей его семьи. И там сейчас, в Германии, где-то идет такой же мальчик как ты, чей прадедушка погиб на этой войне. И для его семьи это было реальной трагедией. И одно дело — верхушка нацисткой германии, которая развязала войну, а другое —немецкий народ, который также пострадал».
А ведь еще была вся Европа. По многим странам прокатилась эта разрушительная война. И зверства были со всех сторон, и страдания. Память о войне никак не может быть маскарадом. Это всегда тихая грусть, память о горе, которое постигло целые народы. Столько погибших, столько разрушенных семей, бедность, нищета, сиротство.
Я разрыдалась. Ребенок мой, который привык к магнитикам, танцам и веселым казакам, идет и не понимает: с чего это я вдруг? А я еще застала военные парады, на которые меня брал дедушка, когда ветеранам было лет по 60. На пенсии он возглавлял ветеранскую организацию и постоянно что-то выбивал для ветеранов: врачей, продукты, соцпособия, путевки. Девятого мая он надевал красивый костюм с планками наград, брал меня за руку, и мы все шли тихой колонной парада. После собирались в центре, они выпивали, что-то негромко обсуждали, и с простыми, подаренными прохожими цветами, расходились домой.
Это всегда был день памяти, который как-то незаметно в последние годы превратился в маскарад с активной торговлей военной символикой и громкими праздниками на площадях, где упускается главное — память о потерях, страдании, вдовах, сиротах, голоде и страхе.
Моя прабабушка потеряла мужа в середине войны. В один день из молодой женщины она стала вдовой с пятью детьми на руках. Бабушка моя была старшим ребенком в семье, в начале войны ей было 14. Когда принесли похоронку, побоялись идти сразу к жене, и отдали похоронку старшей дочери-подростку. Чтобы отнесла она.
— А прабабушка что? — спрашиваю.
— А она легла к стене и несколько дней не вставала, — ответила бабушка.
— А вы дети как же?
— Ждали, когда она придет в себя.
И она пришла, вырастила, выкормила пятерых детей, никого не потеряла, дождалась многочисленных внуков и правнуков, прожила длинную жизнь, была всеми нами любима и никогда не вышла замуж.
Я не хочу, чтобы по Берлину ехали наши веселые казаки. Не хочу, чтобы мы могли повторить, не хочу, чтобы условного деда благодарили за победу и не хочу, чтобы мои дети жили в мире таких ценностей. Война искалечила нашу страну. Война — зло. Память о ней — часть нашей истории. Ее глубокое горе.
Я назвала своего младшего сына в честь воевавшего дедушки. Он был достойнейшим человеком, мы все его очень любили и всегда помним. Он умер 32 года назад. Он никогда не рассказывал нам, детям, о том, что пережил. Только награды остались. Но это никогда не мешало нам понимать каким-то нутром, какой ад ему пришлось пройти в свои 17 лет.
А кино «Девятаев» — отличное. Мощное, правдивое, настоящее, с правильными эмоциями для этого всенародного дня памяти.
Светлая память павшим.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: Shutterstock / breakermaximus
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения











