«Отец ударил меня по левой руке, потому что рисовать надо правой». Советское детство девочки-левши

Ребёнок-левша сегодня ни у кого не вызывает удивления: каждый пятый российский школьник, по статистике, пишет левой рукой. Но так спокойно к этой теме относились не всегда. Наш блогер, учитель русского языка и литературы Ирина Иванова, рассказала о своём детстве и статусе левши.

Первый вариант, грязная левая рука, ручка с буквой L, специальные ножницы — это всё про левшей. Забегая вперёд, скажу: левшой быть сложно. Я левша. Меня пытались переучить. Не получилось. «Мой ребёнок — левша, — прошептала мама, заливаясь от стыда, отдавая меня в школу в 1993-м. — Что мы с ней только не делали!» — с болью в глазах продолжала она.

Я отстаивала право рисовать той рукой, какой мне удобно, лет с трех. Это было в 80-х. Быть левшой тогда — это роскошь и даже дерзость. Мне не привязывали руку к стулу, но каждый раз отец ругался, когда заставал меня за рисованием. А рисовать я очень любила. Отец ругался громко, один раз даже ударил по левой руке, потому что рисовать нужно правой.

Утирая крупные и частые слезы от боли, я пыталась понять, что со мной не так. Пыталась переложить фломастер в правую руку, как требовал отец. Фломастер предательски падал, но я изо всех сил старалась его держать.

Рисовать я в итоге перестала, стала читать. Когда читаешь, руки не нужны. Я перечитала все детские книжки в доме. И мне, конечно, захотелось писать. Но как это делать, чтобы никто не ругался? По ночам, конечно, украдкой, чтобы никто не видел.

Потом случилось чудо: мама поступила в училище культуры на библиотекаря. Вернувшись с очередной сессии, она твердо заявила отцу, что левшей нельзя переучивать. И тем более — наказывать. Не поверите, это был самый счастливый день моего детства — мне официально разрешили рисовать и писать левой рукой! Через 2 часа дом был завален рисунками и переписанными стихотворениями Есенина.

Конечно, я всё ещё замечала чувство неловкости в глазах родителей, когда кто-то из посторонних обращал внимание на мою леворукость. В такие минуты я старалась не компрометировать родителей и прекращала всякие письменные занятия. Родители благодарно вздыхали.

На собеседовании перед поступлением в 1-й класс маме пришлось раскрыть карты и признаться, что я не такая, как все — я левша. Не скрою, это звучало как приговор. Отстояв своё право быть левшой в семье, я поняла, что в школе мне предстоит очередное испытание.

Помню, на собеседовании меня попросили перечислить буквы алфавита, сосчитать до 10, сказать, чем треугольник отличается от квадрата. «А можно вместо этого Цветаеву прочитать? — неуверенно спросила я у своего будущего учителя. — Цветаева про август пишет красиво, а я 1 августа родилась. Можно?»

Учительница тогда сказала маме: «Действительно, она у вас не такая, как все. Только дело не в леворукости». Я так и не поняла тогда, в чем все-таки дело, но четко уяснила одно: писать левой рукой теперь можно всю жизнь!

В очередной раз я удивила учителя, когда меня первый раз в 1-м классе вызвали к доске решить пример. Я хорошо помню этот момент: очень страшно, сзади на тебя смотрит весь класс, слева — учитель. Я дрожащей рукой беру мел в правую руку и решаю пример, записывая ответ. Это произошло рефлекторно.

«Ира, ты пишешь правой рукой?!» — воскликнула в недоумении учительница

Я смотрела, как двигается мел в моей правой руке, и не могла поверить. Я писала на доске мелом ровным и аккуратным почерком — точно таким же, как левой рукой ручкой в тетради. «А если попробовать мел переложить в левую руку?» — предложила поэкспериментировать педагог. Я подчинилась, но мел выпал из рук и раскрошился, так же предательски, как фломастер падал из правой руки.

Больше меня не трогали. Я хорошо окончила школу, с отличием — университет, с легкостью — аспирантуру, за 12 минут защитила кандидатскую диссертацию. В тетради я по-прежнему пишу левой рукой, на доске — правой. Мои ученики сначала удивляются, а потом привыкают.

Казалось бы, самое время закончить эту историю. Остался последний момент. «Мой ребёнок — левша! — с гордостью сказала я в 1-м классе учителю своего сына. — Он не такой, как все».

Фото: liderina / adobe stock