Казенная кровать и нетронутые игрушки: открылся онлайн-музей «Детский дом»

Фонд «Волонтеры в помощь детям-сиротам» с 2007 года работает над тем, чтобы каждый ребенок мог жить и воспитываться в семье. В фонде убеждены: у всех детей должно быть право расти дома, с близкими людьми, а не в сиротских учреждениях.
Поэтому фонд «Волонтеры в помощь детям-сиротам» при поддержке агентства Ruport создал виртуальный музей «Детский дом»: его посетители узнают, что можно сделать, чтобы дети вернулись в родные семьи или нашли приемных родителей, а детские дома остались в прошлом.
«Это онлайн-экспозиция предметов предметов последнего сохранившегося детского дома. Звучит здорово, не так ли? — написано на сайте музея. — Мы представили, что благодаря неравнодушным людям детские дома исчезли, а дети вернулись в родные семьи или нашли приемных родителей».
В виртуальном музее можно посмотреть на типичные для детских домов экспонаты, какими они были все прошлые десятилетия: одинаковые кружки, из которых не попьешь чай с родителями; душевые принадлежности с номерами вместо имен детей; табличка с надписью «Изолятор», куда отправляют ребенка, если он заболел, и где нет мамы, которая позаботится; альбомы, где есть фотографии с утренников, но нет семейных снимков.
На сайте музея можно почитать сочинения, которые пишут дети из детдомов: о чем они мечтают, что им нравится и кем они хотят стать, когда вырастут.
«Я уверена, что судьба большинства детей, которые сегодня находятся в детских домах, могла бы сложится иначе. Если бы вовремя помогли их родителям, если бы их подхватили и помогли выбраться из кризиса, если бы, напротив, вовремя заметили беду и насилие над ребенком в семье и устроили его к родственникам или в принимающую семью, детских домов в жизни большинства этих детей бы не случилось.
Сегодня начала реформироваться сама система детских домов, и коллективные учреждения с одинаковыми кружками и казарменной сутью должны уйти в прошлое. Если даже прямо сейчас мы не смогли сохранить ребенку семью или его никто не подхватил из родственников или принимающих семей — групповые формы ухода должны стать маленькими, уютными, вписанными в обычный жилые дома и наши жилые пространства, местами, где ребенок может недолго побыть, пока мы все же ищем ему семейное размещение.
Эти групповые дома или квартиры должны быть очень маленькими, а условия там — похожими на самые обычные, когда у ребенка есть возможность самостоятельно что-то делать: ходить в обычную школу, магазин, помогать в готовке, убираться, выбирать себе кружок вне стен этой квартиры или дома. А еще важно, чтобы такие квартиры или малые дома принимали всех детей, вне зависимости от диагноза и возраста.
Чтобы не разделяли братьев и сестер и чтобы не было повода создавать отдельные дома для детей с одним типом заболевания, потому что такой семейный детский дом — это не больница. Чтобы история про огромный дом для детей, устроенный как казарма, навсегда осталась в прошлом и стала бы достоянием музеев. Чтобы наши потомки с удивлением разглядывали эти экспонаты и не верили, что такое когда-то взаправду существовало», — рассказывает руководитель фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская.
Вы можете посетить музей, сделать пожертвование и получить на память билет. А главное — помочь сделать еще один шаг к тому, чтобы все дети в нашей стране могли жить и воспитываться в семьях.
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть







