«Хоть ты нас не бросишь?». История приёмной мамы пятерых детей
«Хоть ты нас не бросишь?». История приёмной мамы пятерых детей
«Хоть ты нас не бросишь?». История приёмной мамы пятерых детей

«Хоть ты нас не бросишь?». История приёмной мамы пятерых детей

Как устроена жизнь в семейной деревне — альтернативе детским домам

От редакции

2

26.11.2018

В России более 20 лет работает проект «Детских деревень SOS». Это альтернатива детским домам, где сироты и дети, которые остались без родных, живут в семейных домах вместе с приёмными родителями. Шесть таких деревень работают в России, их строят ещё в 135 странах мира. Ко Дню матери «Мел» пообщался с приёмной мамой Ларисой, которая одна воспитывает пятерых детей из разных семей, о том, как устроена жизнь в такой деревне и как она справляется.

Дети обычно называют меня мамой

Сейчас со мной живут пятеро детей — две сестры, два брата и ещё один мальчик, которого по рекомендации клинических психологов пришлось разлучить с братом из-за психологической несовместимости. Обычно каждая приёмная семья в проекте воспитывает пятерых-семерых детей. Мы стремимся сохранить семьи, но в этом случае ребята просто не дали бы друг другу нормально вырасти. Такое редко, но бывает.

За время программы я воспитала десятерых детей. Одну девочку усыновили американские родители. До 2014 года мы считались не опекунами, а воспитателями в детском доме, пусть и негосударственном. Сами мы, конечно, так не считали — семья есть семья. Но детей из детского дома можно усыновить, а сейчас, когда мы официально стали приёмными родителями, нельзя.

Лариса с приёмными детьми

Детей распределяют по приёмным мамам, когда те выпускают воспитанников, которые достигают 18 лет. Приходишь в офис, а тебе сообщают: «Поздравляем, у вас будет ребёнок». Когда мы теряем статус опекунов, всё равно продолжаем общаться. Они часто звонят и интересуются, как дела, приезжают в гости, иногда уже с внуками. Конечно, не всем ребятам интересно с нами общаться, всё-таки мы не родные мамы. Но всех детей надо уметь отпускать, когда приходит время.

У меня нет ощущения, что я для них воспитатель. В первый день они обычно спрашивают: «Как к вам здесь обращаются?», — и потом все называют мамой

Наши психологи даже иногда ругают меня, что я воспринимаю всё близко к сердцу. Однажды мы поссорились прямо в День матери. Всё закончилось тем, что я накрыла им на стол, а сама ушла. Возвращаюсь, а они встречают на пороге, заводят на кухню — та вся сверкает: «Мы её для тебя помыли, с праздником, мама».

Каждую неделю у нас тренинги с психологом

Я сама из Вологодской области, по образованию педагог и всю жизнь проработала в школе. Десять лет назад у нас реорганизовывали школы, мою собрались закрыть, а поскольку я одна воспитывала дочь, стала искать работу. Случайно увидела в интернете объявление, что в строящуюся Детскую деревню в Вологде ищут мам. Я не очень понимала, что это, но отправила резюме: эта идея взяла меня за душу. Вологодскую деревню в итоге не успевали построить в срок, и нам предложили поработать там тётями — это женщина, которая помогает маме и иногда заменяет её. Но оказалось, что в подмосковной деревне две мамы выходили на пенсию, и нас пригласили их заменить.

Детская деревня SOS в Подмосковье

Перед тем, как взять детей на воспитание, мы три месяца учились в Школе мам, где нам объясняли, что чувствует брошенный ребёнок, какие страхи он переживает. Также мы практически каждую неделю проходим тренинги, посещаем групповые и индивидуальные супервизии, где обсуждаем с психологами наши семейные вопросы. Это помогает взглянуть со стороны на ситуации, с которыми мы сталкиваемся в общении с детьми.

По ночам дежурю у кровати детей, которых избивали дома

Когда начинаешь работать с приёмными детьми, всегда думаешь, что как только возьмёшь ребёнка на руки, обнимешь и прижмёшь к груди, он тут же растает и вы будете жить душа в душу. Не тут-то было! Мало того, что дети оторваны от привычной среды, они ещё и психологически надломлены. Кто-то недоедал, и ты не можешь оторвать их от холодильника, кого-то в прошлой жизни били, и ты по ночам сидишь у кровати, потому что ребёнок кричит во сне.

Когда брошенный ребёнок попадает в приёмную семью, он испытывает внутренний конфликт

С одной стороны, ему страшно, он не понимает, что ждёт его в новом месте. С другой, он очень скучает по своим родителям: какими бы плохими с точки зрения государства они ни были, для него они всегда хорошие. Эти чувства выражаются по-разному. Кто-то сперва ведёт себя тише воды, ниже травы, и ты думаешь: какой хороший ребёнок, выполняет всё, что ты просишь, со всем соглашается, а через год у него начинается истерика. Они поначалу не понимают, что мы им здесь добра желаем. Это понимание приходит с возрастом.

Бывает и обратная ситуация, когда агрессия, с которой первое время ребёнок отвечает тебе на всё, что бы ты ни делал, постепенно сходит на нет. Он должен понять две вещи: что уже не вернётся к родителям и что в приёмной семье ему ничего не угрожает. Тогда он свыкается с новым образом жизни и начинает осваиваться в тех условиях, которые ему предлагают.

Поэтому, когда мы знакомимся с ребёнком, я стараюсь их на какое-то время отпустить, а не занимать разговорами. Помогаю устроить бытовую жизнь. Ребёнок, как правило, сам тянется к тебе, когда обживется.

Настоящая мама больше не придёт

Братья, которых я сейчас воспитываю, попали ко мне совсем маленькими: им было четыре и семь лет соответственно. Их мама умерла, а отца найти не могли. До сих пор помню, как их привезли в детскую деревню. Я подумала: «Господи, какие хорошенькие!». Согласилась взять их, несмотря на то, что они были такими маленькими. Первый вопрос, который мне задали братья, был: «Хоть ты нас не бросишь?». Маленьким детям трудно объяснить, что мама умерла. Смерти для них не существует — они считают, что мама их бросила.

Они тоже очень боялись, но быстро привыкли ко мне, и три года мы жили душа в душу. Тяжелее всего было, когда старшему мальчику исполнилось 11 лет, и он постоянно угрожал уйти к бабушке. Бывало, соберёт вещи и сядет около двери. Я говорю, уходи, что ты ждёшь? Что тут ещё скажешь? А он отвечает: сейчас поем и пойду. Так никуда и не уходил. Через год он съездил в летний лагерь на несколько недель, вернулся и сказал: «Куда я от тебя уйду, мама: у меня такое чувство, будто ты меня родила».

Девочки живут со мной больше восьми лет, у них погиб отец. Из четырёх сестёр двух я уже выпустила, одна уйдёт через несколько месяцев, когда ей исполнится 18 лет. Она учится в колледже и будет жить в общежитии: хочет быть самостоятельной.

Четыре года из восьми, что девочки живут со мной, они ждали, когда биологическая мать восстановится в правах и заберёт их

Они постоянно общались по телефону, и им было сложно прижиться в приёмной семье. Каждое воскресенье к девяти утра они выходили к воротам детской деревни и ждали там по полдня, когда она приедет в гости, как обещала по телефону. Никто не приезжал, и они возвращались ко мне.

Представляете, какие тут начинались эмоции? Считается, что детям нельзя говорить правду. Но я смотрела на это четыре года и не выдержала — сказала им, что она не приедет и ждать её не нужно. А их мать попросила, если она всё-таки соберётся в гости, предупредить об этом меня, а не детей, чтобы не давать пустых надежд. Прошло полгода, пока старшая дочь не сказала мне: «Знаешь, мы поняли, что ты права и она нас не заберет».

В магазин за одеждой — сами, гаджеты — только днём

Первую половину дня дети проводят в школе, потом обедают и уходят на кружки, к психологу или делают домашнее задание. Я уже привыкла следить за всеми одновременно: шучу, что у меня глаза на затылке, поэтому я знаю, кто чем занимается. В свободное время они спокойно пользуются гаджетами, но на ночь я всегда их забираю, а утром раздаю обратно. Технику покупаю либо за свои деньги, либо за пособия от спонсоров. Естественно, только на день рождения.

Одежду они всегда покупают себе сами: составляют список, потом получают от меня деньги, отправляются в магазин, а уже дома мы смотрим, что они привезли. Конечно, это вызывает у них шок: «Как это, я сам?». Сначала они и спортивные костюмы за три тысячи привозили, и пальто за семь, и удивлялись: «Что ты мне так мало дала? Я только пальто купила». Теперь они понимают, сколько что стоит, и всегда советуются, присылают из магазина фотографии вещей, которые им нравятся, по телефону. Девочка на днях покупала себе домашние тапки и долго возмущалась, что они стоят так дорого.

Каждое воскресенье мы проводим генеральную уборку. Если вдруг в это время ребятам куда-то надо сходить, они отпрашиваются, и я их отпускаю, потому что знаю, что они всё сделают, когда вернутся.

Читайте также
Комментарии(2)
Как хорошо, что находятся люди, готовые делиться своим теплом, любовью и заботой с брошенными детьми! Низкий поклон вам!
Читаю со слезами на глазах! Как хорошо, что есть такие замечательные мамы!
Больше статей