«Проверки качества образования теперь обращаются не на результаты работы, а на её процесс»
Контроль качества образования перестал оценивать знания и умения выпускников. Важен только процесс: работа преподавателя с бумагами и «пошаговое» описание того, чем он занимается. Об этом в своём фейсбуке написал профессор Европейского Университета в Санкт-Петербурге Иван Курилла. «Мел» публикует его текст полностью.
Лет 15 назад в университеты пришла новая тогда мода — система контроля качества. Она появилась где-то в Европе и попала в Россию при изучении европейского опыта накануне присоединения страны к Болонскому процессу. Некоторые университеты создавали специальные отделы контроля качества, приглашали специальные фирмы проводить внешний аудит таких систем…
Суть идеи была в том, чтобы контролировать не результат работы, то есть, для университета, не научные результаты и качество выпускников (не так важно, определять это качество через знания и умения или через компетенции), — а процесс. То есть авторы перенесения системы контроля качества из какого-нибудь серийного фабричного производства в образование исходили из того, что качественное образование должно соответствовать каким-то стандартам в каждой своей детали.
Но дело в том, что нет. Существуют, конечно, общие «лучшие практики» и существует, наверное, набор практики, от которых всем стоило бы отказаться. Но в остальном детали обучения отличаются в одном хорошем университете от другого и у одного хорошего преподавателя от другого тоже хорошего.
Приезжавшие делиться опытом внедрения систем контроля качества европейцы с солидным видом рассказывали, где и как они поставили компьютеры, чтобы запустить проверки коллег.
Через пару лет (может быть, чуть побольше) системы контроля качества стали отмирать (кажется, само министерство образования перестало требовать от университетов чего-то подобного), и многие хотели вздохнуть.
Но тут заработали новые подходы Рособрнадзора. Оказалось, что это ведомство внимательно отнеслось к наработкам «контроля качества» («а что, так можно было?») и сделало их сутью своей деятельности. Проверки качества образования («образовательных услуг») теперь обращались не на результаты работы, а на её процесс. Причем процессы измерялись не, скажем, присутствием проверяющего на занятии, а его работой с бумагами. От преподавателя начали требовать описывать свою работу «пошагово», — причем каждый шаг должен был быть описан специальным бюрократическим языком и соответствовать придуманным бюрократами «нормам».
Дальнейшее мы знаем.
Честно говоря, мне кажется, Рособрнадзор надо просто закрыть. Закрыли же Роснаркоконтроль?
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026






