«Ты молишься за себя и во имя Бога или молишься, потому что так велено?»
История одной мусульманской семьи в «Книге месяца»

Каждый месяц литературный критик Сергей Сдобнов выбирает одну важную книгу. В октябре это «Место для нас» американки индийского происхождения Фатимы Фархин Мирзы — первая книга, изданная популярной актрисой Сарой Джессикой Паркер. Книга посвящена истории мусульманской семьи, которая живёт в Америке, соблюдает все правила мусульманской общины и не сомневается в их верности, пока из семьи не убегает любимый сын.
Уберечь мальчиков от греха
Амар, подросток-мусульманин, подходит к двери, за которой живёт Амира, его любимая девушка. Он пьян, накурен и знает, что совершает грех. В мусульманской общине мальчики не могут встречаться с девушками — это так же неправильно, как и пить алкоголь или курить травку. Дело усугубляется тем, что мама Амара копалась в его вещах и нашла переписку влюблённых подростков и их общие фото. После этого она пошла к маме Амиры и всё ей рассказала.
По законам ислама эти отношения надо прервать, а виноватой в любом случае останется девушка: «Девочки — не мальчики, как им говорили, девочки умеют сдерживать желания. И девочки должны делать всё, что от них зависит, чтобы уберечь мальчиков от греха».
Фатима Фархин Мирза десять лет писала роман о понимании внутри мусульманской семьи и обществе. Лейла вышла за Рафика по законам ислама, и только потом между ними возникла любовь. Её дочь Хадия вопреки традициям решила выйти замуж по любви. «Место для нас» начинается с детального описания свадебной церемонии, но главное событие — появление Амара, который, вопреки всем законам ислама, ушёл из семьи — искать свой путь в этом мире.
У вас есть только семья
Сама Фатима Фархин Мирза жила в Калифорнии в мусульманской семье, до 22 лет носила хиджаб. В «Месте для нас» писательница во многом рассказывает о собственном опыте самостоятельности. Её отец хотел, чтобы дочь стала доктором, а она бросила колледж и поступила на писательские курсы. Дети в её книге точно так же сталкиваются с традициями своей семьи и культуры, им предстоит сделать такой выбор, чтобы не потерять себя и связь с близкими.
Герои «Места для нас » — две сестры и брат. Они не ходят на вечеринки, девушки носят с девяти лет хиджаб, потому что так им сказал отец, а сами они пока не поняли своих желаний. Героини приходят в школу с непокрытой головой только после теракта 11 сентября, а белые американские дети бьют их брата Амара, приговаривая, что его бородатый отец-мусульманин похож на террористов из телевизора. Детям из мусульманской общины можно видеться с друзьями только в школе: «Отец часто повторял: „Нет никаких друзей. Есть только семья, и только семья никогда вас не бросит“».
Дети и родители не могут говорить друг с другом
«Место для нас» больше всего напоминает семейную исповедь, текущую, как горький мёд. Иногда писательница просто топит читателя в мыслях героев, которые размышляют над мельчайшими изменениями в себе. Мусульманские девушки начинают ощущать, что у них есть тело, при приближении мужчины: «Он видит мои тощие руки и ноги, мою кожу. И это шок — внезапное осознание того, что под слоями ткани у неё есть тело. Биение сердца. Барабанный бой».
Героини думают о своих предках, которые уехали из Индии учиться в Лондон, а потом жить в Америку. В этой книге особое значение приобретают воспоминания: почти все действия — внутренние монологи детей и родителей, которые не могут прямо поговорить друг с другом. По сути, воспоминания помогают героям заново почувствовать себя: «Я боюсь потерять способность чувствовать. Искренне чувствовать».
Мама в этой семье рассказывает детям о чёрных точках, которые появляются на сердце после греха. Одна из дочерей гадает, «будут ли у неё внутри чёрные точечки, если после среды она не наденет на голову шарф. Прошлым вечером она впервые услышала о точечках, которые собираются на сердце, как пыль. А если нежелание носить хиджаб приведёт к появлению точечки, будет ли появляться новая каждый день, когда она не станет его надевать?».
Правила придумывают окружающие
К концу книги впервые возникают долгие размышления отца и матери. Они просят прощения у детей, начинают сомневаться, правильно ли они их воспитывали. Но диалог возникает только после того, как сын сбегает из дома. Эта трагедия разрушает представление старшего поколения о важности идеальной, правильной семьи. Гораздо ценнее оказывается созависимость, невозможность представить свою жизнь без родных.
Пока взрослые и дети в этой книге следуют правилам и традиции, они всё чаще ощущают себя виноватыми, даже после мыслей о возможном нарушении правил: «Он чувствует себя виноватым за частое сердцебиение, виноватым за то, как отчётливо сознаёт, что они одни».
Правила придумывают те, кто нас окружают, перед ними надо выглядеть и вести себя верно. Дети в «Месте для нас» задают неудобные вопросы даже о религии — незыблемой части мусульманской культуры: «Ты молишься за себя и во имя Бога или молишься, потому что так велено?» Парадокс, но когда дети критикуют традиции, это не разрушает семью, а делает её устойчивее.
В этой книге почти нет внешнего мира, нас погружают в жизнь одной семьи, каждый член которой хочет сохранить тепло к другому, даже если для этого придётся измениться: отцу-мусульманину — прислушаться к дочери, а матери — попросить у любимого сына прощения за паническую любовь, которая повлияла на всю его жизнь.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
Анастасия ПавловнаДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения






