Можно ли сегодня говорить «инвалид». 9 книг о языке и лингвистике, которые сделают вас умнее

Почему некоторые языки так похожи друг на друга и по каким признакам можно определить заимствования? Как меняется язык и почему использовать слово «инвалид» сегодня некорректно? Обо всём этом (и не только) вы узнаете из книг о языке и лингвистике, написанных ведущими учёными.
1. «Происхождение языка», Светлана Бурлак
Издательство «Альпина нон-фикшн»

В 1866 году Парижское лингвистическое общество наложило запрет на любые исследования, затрагивающие вопросы происхождения языка: проблема считалась неразрешимой. Но в последние десятилетия этой темой вновь серьёзно занялись в научных кругах, и она даже стала популярной.
Чтобы ответить на вопрос, как вообще появился человеческий язык, данных одной лингвистики недостаточно. Светлана Бурлак, лингвист, профессор РАН, доктор филологических наук, собрала в своей книге данные о происхождении языка из разных областей: лингвистики и нейрофизиологии, антропологии и археологии, когнитивной науки, генетики и других. И выдвинула свою гипотезу.
В 2019 году вышло уже второе издание: с момента выпуска первой книги в 2011 году было сделано много открытий о происхождении языка, все они учтены в новой книге.
2. «Почему языки такие разные», Владимир Плунгян
Издательство «АСТ-пресс»

Только представьте: в мире существует от пяти до семи тысяч языков — точное число назвать сложно, так как чёткой границы между диалектом и языком нет. Какие-то из этих языков похожи (и это, кстати, совсем не значит, что они родственные), какие-то — сильно отличаются.
В книге «Почему языки такие разные» лингвист Владимир Плунгян отвечает на многие вопросы: как языки появляются и исчезают, чем, собственно, отличаются друг от друга, как они друг на друга влияют. Интересно, например, что слово «шапка» было заимствовано русским языком из французского (chape), а позже французский язык заимствовал слово chapka из русского — в значении «тёплый головной убор на меху „русского образца“».
3. «Из заметок о любительской лингвистике», Андрей Зализняк
Издательство «Русский мир»

Великий лингвист, академик Андрей Зализняк создал «Грамматический словарь русского языка», рассказал нам, что написано на берестяных грамотах XII века, стал автором множества исследований по истории русского языка. И, конечно, всегда опирался на научные факты.
В книге «Из заметок о любительской лингвистике» он разбирает любительские теории о происхождении слов (сегодня таких «теоретиков» называют «лингвофриками»), основанные на догадках. И рассказывает, чем такие рассуждения отличаются от профессиональной лингвистики.
4. «#Панталоныфракжилет», Мария Елифёрова
Издательство «Альпина нон-фикшн»

«Но панталоны, фрак, жилет — всех этих слов на русском нет». Название этой книги говорит само за себя: она о заимствованиях. Сегодня, когда говорят о заимствованиях, чаще всего имеют в виду иностранные слова в русском языке, и главный спор, который тут обычно возникает, — это ужас и деградация или всё-таки абсолютно нормальное явление?
Филолог-англист Мария Елифёрова в своей книге задалась совсем другими вопросами: что такое заимствования вообще, почему они возникают в языке и почему же им так упорно сопротивляются.
5. «Русский язык на грани нервного срыва», Максим Кронгауз

Заимствования — не единственное, за что тут и там периодически ругают русский язык. Сленг, жаргонизмы, мат — поводов обвинить язык в «нечистоте» находят много. Лингвист, профессор НИУ ВШЭ и РГГУ Максим Кронгауз выступает в книге не только как учёный, но и как обыватель. Например, он сам не любит слова вроде «блин», «реально», «по жизни», но напоминает, что язык не может оставаться неизменным, когда вокруг меняется всё: «Глупо говорить о его засоренности, глупо вообще пенять на язык, коли жизнь у нас такая. И надо быть терпимее и помнить, что слова суть отражения».
6. «Честное слово», Ирина Левонтина

Задумывались когда-нибудь, какую роль в оборотах вроде «А я такая говорю…», «Ну и он такой сидит и молчит…» играет местоимение «такая» («такой»)? А о том, почему мы в последнее время употребляем прилагательное «возрастная» вместо «пожилая» или «старая»?
Ирина Левонтина, учёный-лингвист, ведущий научный сотрудник Института русского языка им. В. В. Виноградова РАН, специалист по судебной лингвистической экспертизе, внимательно следит за изменениями в языке. И с юмором фиксирует их в своих небольших рассказах: «Надо же, а мы-то всё думали, что же такое с годами происходит с кожей вокруг глаз. А она, оказывается, созревает. Ну, тогда ладно».
Это уже третья книга Ирины Левонтиной с такими эссе: в 2011 году вышла книга «Русский со словарём», а в 2016-м — «О чём речь».
7. «Либеральный лексикон», Ирина Левонтина, Алексей Шмелёв
Издательство «Нестор-история»

Что такое «права человека» и «свобода», «демократия» и «справедливость», «плюрализм и «толерантность»? Ирина Левонтина, о которой мы писали выше, вместе с известным лингвистом Алексеем Шмелёвым отвечает на эти и другие вопросы в книге.
Обратите внимание: это не словарь, а книга, в которой в свободной форме описывается история слов и выражений либерального лексикона через конкретные случаи употребления. Книга адресована всем, кто хочет говорить правильно, — независимо от политических взглядов.
8. «Как называются женщины», Ирина Фуфаева (2020)

Последние несколько лет тема феминитивов в русском языке — одна из самых обсуждаемых. Пока одни активно употребляют в речи слова «авторка», «иллюстраторка» и «кураторка», другие обижаются на вполне привычные «поэтесса» и «художница».
Лингвист Ирина Фуфаева говорит о феминитивах, конечно, в первую очередь с точки зрения языка: рассказывает об их истории, суффиксах и напоминает: грамматический род — совсем не то же самое, что пол, а феминитивы не ограничиваются названиями профессий.
9. «Мы так говорим. Обидные слова и как их избежать», Мария Бобылёва

Эта книга — продолжение онлайн-проекта «Мы так не говорим» издания «Такие дела». Темы, которые поднимает в своих материалах издание, известны: в основном это истории о людях, которые сталкиваются с теми или иными социальными проблемами.
Но как говорить о таких людях и не обидеть их? Корректно ли сегодня использовать такие слова, как «инвалид», «колясочник», «бомж»? (Спойлер: нет.) Автор издания Мария Бобылёва обратилась к лингвистам, психологам, активистам и создала своеобразный словарь корректной лексики. Мария подчёркивает: у книги нет цели кому-то что-то навязать, но есть цель предложить читателям задуматься о том, как мы говорим и как к этому относятся другие.
Популярные комментарии
ОльгаМы никогда не лечились никакими противовирусными препаратами. Только сбивали высокую температуру, много пили, витамин С + препараты от насморка и кашля или больного горла в случае присоединения бактериальной инфекции, что иногда бывает. Но это уже отдельная история. Со временем сын начал болеть все реже, а сама болезнь протекает быстрее. Надо вырабатывать и укреплять свой иммунитет, а не использовать костыли заранее.
Что возмутило педиатров? Разбор новых рекомендаций Минздрава по лечению ОРВИ у детей
Ольга СтарцеваНе имеет учитель никакого права на что то свое личное в пределах класса!!! Ни на эмоции, ни на ошибки! Ошибка учителя это испорченная жизнь ребёнка! Вы хотите сказать, что учитель имеет право испортить жизнь ребенку, что ли??? Все эмоции и ошибки должны быть за пределами школы!!!
Что пора запретить взрослым и разрешить детям: директор школы — о том, с чего начать учебный год
Никита ЛымарьМне кажется, что зарплата педагогов должна быть не ниже МРОТ за 18 часов. Стимулирующие, стаж и северные — это должно быть поверх. То есть, если учитель работает на 18 часов уроков, то у него примерно столько же времени однозначно будет на подготовку к урокам. Хотя, честно, на подготовку иногда приходится тратить явно больше времени (видимо, тут надо считать больше не как подготовиться к одному уроку, а ко всей теме). В Карелии учителя сверх нагрузки и с классным руководством получают неплохо (но зависит от района). У учителей начальных классов нагрузка явно больше получается, чем 18 часов, от этого и зарплата выше. Но, на мой взгляд, учителя предметники вообще должны получать больше, но больше сил вкладывать в подготовку. Наполняемость классов в 30 учеников — это сейчас ненормально, с учётом того, что слабых учеников в классе слишком много. Оптимальнее было бы в классах учить по 20-22 ученика. Я говорю со стороны, потому что прихожу проводить мероприятия в классы — часто просветительские, как викторины или квесты. И очень заметно, что в массе качество «соображаемости» среди учеников снижено примерно на 55-60%, знания где-то есть, но инструкция к их использованию отсутствует. Даже знания уровня начальной школы не у всех старшеклассников можно найти. С учителями есть разговор, как повысить эффект от мероприятий, но учителя настолько уставшими иногда выглядят (иногда просто ленивыми), что приходится «идти на жертвы». Отсюда и сам уровень образования страдает
«Питаемся скромно: не хватает на рыбу, мясо». Учителя — честно о зарплатах, нагрузке и о том, что хотят изменить в школах







