«Идиота кусок» и «Ах ты дрянь». Почему родители рутинно унижают детей

Почему взрослые люди стараются вести себя сдержанно друг с другом (даже если на самом деле сильно раздражены), но не стесняются спускать собак на детей — причем порой по пустяковым поводам? В чем причина того, что нам часто бывает легче повысить голос и даже оскорбить, чем просто поговорить? И как со всем этим справиться? Колумнист «Мела» Ксения Букша ищет ответы на эти и другие вопросы.
«Дрянь», «выродок», «идиота кусок»
В одном из своих интервью актер Сергей Бурунов рассказывал про новый фильм «Родня» и размышлял о советских, российских семьях и отношениях внутри них. Много говорил про свою семью, в том числе про свою мать, любимой фразой которой было «Сиди в говне и не чирикай». Фраза сама по себе достаточно невинная, даже ироническая. Она из хорошего анекдота про птичку, которая в морозный день попала в кучку лошадиного навоза. Отогрелась, зачирикала — пришел волк и съел ее. Мораль: сидишь в… навозе — не чирикай!
В общем, не такая плохая фраза, но все определяет контекст: мама говорит ее ребенку. Часто. Регулярно. Помалкивай, мол, ведь сам знаешь, что виноват. И это грубо, на иронию уже не спишешь.
Многие дети, родившиеся в 1970–90-х годах, постоянно слышали от родителей нечто подобное, а то и похуже. «Дрянь», «выродок», «скотина», «идиота кусок» и прочее — все это было в порядке вещей. Причем так выражались не алкоголики и опустившиеся люди, а обычные мамы, папы и бабушки в нормальных семьях. Ребенок был хорошо накормлен и тепло одет, его не били, но при этом запросто могли назвать свиньей или паршивцем. А некоторые и сейчас называют так своих детей. Почему?
Капля бензина в костер тревоги
Есть несколько связанных между собой причин этого явления. Во-первых, наши нравы, как ни крути, грубоваты. Обзываться и оскорблять друг друга у нас в принципе в порядке вещей. Вежливость практикуется ровно до первого выхода из себя. Не так сел, не туда посмотрел, высказал непонравившееся мнение — и люди спускают друг на друга собак, смело переходя на личности. Это происходит и в маршрутках, и в родительских чатах, и в комментариях на фейсбуке.
Во-вторых, ребенок полностью от нас зависим, он в нашей власти, а к тому же все время путается под ногами и может раздражать. Нет ни одной причины держать язык в узде. Если подчиненный не оправдал наших ожиданий, мы вряд ли скажем ему: «Урод, заседание когда было назначено?! На пять часов, придурок! Ты что тут понаписал, это что за каракули?!» А вот детям такое говорят запросто.
В-третьих, люди у нас находятся в постоянном стрессе. Жизнь у большинства трудная. Нервы на взводе.
Родительство становится дополнительным стрессом еще и потому, что любое отклонение от нормы воспринимается как нечто стыдное и страшное
Как он жить будет, такой нелепый и несуразный? И что подумает учитель, одноклассники, соседи? Люди постоянно смотрят на себя и своих детей чужими не любящими глазами, оценивают любую нежелательную мелочь — насколько она может помешать жить ребенку и не подумают ли о них как о плохих родителях.
«Ах ты дрянь!» кричат именно потому, что за ребенка стыдно и страшно. Лучше я тебе скажу, чем потом чужие люди! Любой пустяковый повод — капля бензина в костер тревоги.
Будь нормальным!
Есть правило: ребенок ведет себя хорошо, только если может. Это правило распространяется и на родителей. Мы ведем себя хорошо, если мы можем. Родитель, который оскорбляет и унижает ребенка, скорее всего, сам находится в стрессе, хотя, возможно, скрывает это и от самого себя. Главное тут не низкая культура общения, а именно эти постоянные непреходящие стыд и страх.
Мне вспоминается ужасная история из новостей, когда мать случайно забила насмерть своего любимого девятилетнего сына, больного ДЦП, но с нормальным интеллектом, из-за того, что он недостаточно хорошо учил стихи. Она не избивала его, а просто сильно рассердилась и толкнула, а болезненному ребенку этого хватило. Какие чувства заставили ее рукоприкладствовать? Да все те же самые: стыд и страх, паника: «Он не такой, недотягивает, как я ни стараюсь, как ни реабилитирую, он не хочет работать и не понимает, что от этого зависит его будущее».
«Идиот» и «дрянь» — это по сути дела вопль «Мне за тебя стыдно! Будь нормальным! Я хочу, чтобы ты был не хуже других и добился успеха!». Знакомо? Наверняка многим.
Что можно делать в такой ситуации? Только одно: несмотря на проблемы и стресс, пытаться расслабиться, отпустить себя, смягчить сердце. Многие перестают непрерывно исправлять и пилить ребенка, только когда он тяжело заболевает. Приоритеты резко становятся на свои места: страх за жизнь и здоровье сильнее, чем социальный стыд.
В наше время многие родители учатся сдерживаться в разговорах с ребенком: не применять крик, оскорбления, угрозы. Им будет легче делать это, если все время смотреть на ребенка только своими собственными любящими глазами, а не оценивающим взглядом условной соседки, учителя или других мам.
И нет, не лучше, если «мы сами» скажем ему все эти гадости. Пусть лучше их говорят чужие (хотя они, скорее всего, просто пройдут мимо и не обратят внимания), а мы воздержимся. В конце концов, любить ребенка — наша главная функция. Воспитывать могут и другие, а любить — никто, кроме нас.
Иллюстрация: Shutterstock / Jorm S
Популярные комментарии
Алина ВешкуроваНа самом деле работодатель не обязан никого брать на практику. Если за неё надо будет платить зарплату, то все студенты будут проходить практику на базе кафедры, потому что найти им другую базу практики будет сложно. Возможно у врачей и учителей другая история. Насколько знаю учителя и так часто работают в школе ещё во время обучения в вузе. Лучше развивать центры карьеры в вузах, они предлагают много вариантов оплачиваемой стажировки или частичной занятости
«Хватит использовать студентов как бесплатную рабочую силу»: как система образования ломает карьеру на старте
Сергей ГлушковСовременной школе уже ничего не нужно. Она мертва, еë убивали 34 года. Теперь родитель сам должен учить дитя в меру своего понимания. Как результат, — толпы бездельников и пустобрëхов, ставящих цель только " полëгкому срубить бабла»…
«Не как лучше для школы, а как это будет выглядеть при проверке»: учитель — о том, как школами управляют инструкции
Татьяна ИвановаНу хоть какие-то книги дети прочитают :) Ещё «Преступление и наказание» нужно промаркировать, чтобы учителям литературы жизнь облегчить!
Роман «Заводной апельсин» Энтони Берджесса включили в список книг с антинаркотической маркировкой





















