«Мужчины так не ходят». Что случилось в иркутской школе, где мальчика с «хвостом самурая» не пустили на уроки

В начале сентября в иркутской школе случился скандал: шестиклассника Матвея не пустили на уроки из-за неподобающего внешнего вида, а именно длинных прядей, завязанных в хвост. Ученика закрыли одного в кабинете психолога. Маму мальчика Асю возмутили действия администрации школы: она рассказала о ситуации в СМИ. Мы попытались воссоздать полную картину случившегося.

Что случилось?

2 сентября шестиклассник Матвей пришел в МАОУ N47 в школьной форме: на нем были брюки темно-синего цвета, однотонный пиджак, белая рубашка и галстук. Передние пряди волос ученика были собраны в хвост. Такая прическа называется «хвост самурая».

Директору школы и педагогическому составу не понравился внешний вид Матвея. «Я уже уехала по своим делам, как вдруг мне позвонил ребенок по WhatsApp. Я удивилась. Подняла трубку, но голос был не моего сына, а какой-то разъяренной женщины. Потом поняла: это социальный педагог с претензией, что в школу моего сына не пустят, потому что он неподобающе выглядит — у него не мужская прическа», — рассказала «Мелу» мама Матвея.

Ася попросила социального работника отправить ребенка на уроки. И сказала, что подъедет в школу со всем разобраться после окончания занятий: «Через 10 минут Матвей написал мне, что находится в кабинете психолога, его там оставили на весь учебный день. Он пытался меня успокоить: „Мама, не переживай, все будет нормально“. Учителя заходили к Матвею, диктовали задания и уходили. Даже не оставляли никаких распечаток».

К концу учебного дня Ася приехала в школу, ее сына выпустили из кабинета психолога лишь к последнему уроку физкультуры. К тому моменту резинка с волос уже была снята. «На протяжении 20 минут социальный педагог доказывал мне, что стрижка [у ребенка] не мужская, что мужчины так не ходят», — рассказала Ася.

Женщина видела устав школы на сайте. Там написано, что мальчикам не разрешается носить экстравагантные причёски. Но, по ее словам, это достаточно абстрактное понятие: «Для меня экстравагантная причёска — это ирокез. Или волосы фиолетово-зеленого цвета».

После этого маме было рекомендовано перевести ребенка в ту школу, которая гораздо свободнее в требованиях. Потом еще пришла завуч и добавила, что завтра на уроки Матвей сможет пройти только через кабинет директора. Ася ответила, что приедет вместе с сыном.

Когда Ася и Матвей вышли из школы и сели в такси, ребенок нагнулся к маме и тихо спросил:

— Кто такие транссексуалы?

— А почему ты спрашиваешь, мой хороший?

— Да вот приходил мужчина, попросил меня подойти к нему — я подошел. Он нагнулся надо мной. Его лицо было красное, бордовое. Он спросил: «Ты что, транссексуал?» Я ответил, что не знаю. Потому что никогда не слышал такое слово. А он сказал: «Снимай свою резинку, мужики так не ходят».

Ася объяснила сыну, что транссексуал — это человек, у которого внутренний пол не совпадает с внешним: «Представь, что есть мальчик, но он внутри чувствует себя девочкой». Матвей примерно час занимался своими делами, а потом снова подошел к маме и спросил: «Ну разве я транссексуал? Я же просто попросил завязать хвостик, чтобы челка не падала на лицо».

Позиция мамы

На следующий день Ася с Матвеем вновь пришли в школу. Хвостик был снят, челка убрана за уши. Но директора это не устроило, она сказала, что ребенку нужна новая стрижка.

«Я дала понять директору, что я этого так не оставлю. Звонила в департамент образования, они никак не отреагировали. Я была в панике. И сказала, что привлеку СМИ. Даже не потому, что это произошло с моим сыном. А потому что я не позволю 12-летнего ребенка с неокрепшей психикой мало того что отчитывать перед всеми, так еще и судить, кто мужик, а кто нет. И тем более называть ребенка транссексуалом».

Также Ася уточнила, что во всей этой ситуации ее задевает и другой момент

Во время разговора Матвея с завучем работник школы обвинил шестиклассника в том, что он якобы стал записывать их разговор на телефон. Хотя, по словам Аси, ее сын этого не делал:

«Я еще по этому поводу не поднимала вопрос, но он [завуч] брал у него телефон из рук и проверял, есть ли у него что-то. Но это тоже как бы отвратительная ситуация — в том плане, что это личная вещь ребенка и ребенок не снимал. Он не настолько у меня низок в своем проявлении, чтобы ещё снимать этого человека, который так к нему отнесся. Он знает, что в этом вопросе ему помогают родители, потому что конфликты между взрослыми должны решаться между взрослыми и никак не отражаться на детях».

Позиция школы

Редактор «Мела» пытался дозвониться в МАОУ N47, чтобы узнать мнение директора. Но на другом конце провода сказали: «Надежды Геннадьевны сейчас нет. Идет совещание городское, встреча с губернатором. Она на этом совещании». На вопрос «Когда тогда можно с ней пообщаться?» ответили, что сегодня уже времени не будет, а с завтрашнего дня в школе начинается проверка. На официальный запрос, который редакция отправила в школу, ее администрация пока тоже не ответила.

Тем не менее директор школы Надежда Тютрина всё же ранее дала комментарий «Комсомольской правде»: «Выгонять с позором его [Матвея] никто не собирался, и уж тем более состригать волосы не просили. Ребенку предложили просто распустить косичку и причесаться, но он отказался. Тогда ученика отвели в кабинет психолога. Там к нему приходили педагоги и давали задания. Все шесть уроков он занимался, но только отдельно от одноклассников. То есть от учебного процесса он отстранен не был. Никакой закон мы не нарушили».

О том, что кто-то из педагогов назвал мальчика транссексуалом, она сказала: «Никогда бы в жизни он не позволил себе такое оскорбление. Мы в этом твердо уверены. Педагог лишь сказал: „Убери резиночку и иди в класс“. Не исключено, что ребенок мог сочинить это. И если это так, получается, учителя оклеветали».

Как дела обстоят сейчас

Сейчас Матвей ходит в школу, но в напряжении. Одноклассники его поддерживают, девчонки пишут: «Держись, тебя же не запрут больше, тебя же пустят». Из других параллелей подшучивают: «О, теперь знаменитость!» «Как такового буллинга нет, но он чувствует, что на него смотрят, шушукаются», — говорит его мама.

По словам Аси, школа сейчас с ней вообще никак не общается. Но ей известно, что там еще больше ужесточили требования к внешнему виду. Провели родительское собрание и попросили всех подписать новые бумаги.

Сейчас ситуацию под контроль взяла прокуратура. В МАОУ N47 проходит проверка.

Что об этой ситуации думают эксперты

Психолог Марина Быкова:

Ребёнок, безусловно, напуган, так как не видит в этой ситуации логики. Школьники принимают все слова учителей близко к сердцу, и мальчик может подумать, что совершил что-то неправильное, но непонятно что. Важно обсудить с ребёнком ситуацию без оскорблений в сторону школы в целом. В жизни встречаются разные люди с разным мнением, и не все из этого нам нравится.

Подростковый возраст — время, когда мы принимаем на себя разные оценки и учимся отстаивать границы. В каждой организации, будь то школа, больница, банк или офис, есть свои правила. Нам приходится подчиняться им, но они никак не определяют нашу личность. Для защиты от повышенного внимания нужна уверенность в себе. Даже если было нарушение устава школы, переход на личности неприемлем со стороны человека любого возраста.

С мальчиком следует поговорить о слове «транссексуал», которым его назвал кто-то из учителей

Важно объяснить значение этого слова, рассказать, что это, вообще-то, не обзывательство и не ругательство. В современном обществе существует множество видов самоидентификации, но ни один из них не может являться ярлыком. К тому же вопросы половой идентификации не определяются внешним видом и являются личным делом каждого.

Юрист Анна Пойлова:

Я считаю действия школы незаконными. Согласно ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» (№ 273-ФЗ), школы имеют право устанавливать требования к внешнему виду учеников. В частности, это касается требований в отношении школьной формы, то есть одежды. При этом в данной статье отсутствуют требования к внешнему виду обучающихся. Соответственно, ярко выраженного запрета в законе нет. Учащиеся имеют право носить прическу, которую хотят.

В школе может быть принят устав или иные документы, регулирующие нормы поведения учащихся. В данном случае в школе в Иркутске приняты Правила внутреннего распорядка муниципального автономного общеобразовательного учреждения Центра образования № 47 города Иркутска.

В Правилах отсутствует запрет носить «длинные волосы мальчикам». В частности, в п. 7.2 Правил указано, что «дисциплина в ОУ поддерживается на основе уважения человеческого достоинства учащихся. Применение методов психического и физического насилия не допускается». Но на самом деле завуч попытался оскорбить ребенка, называя его транссексуалом, — если такая ситуация и впрямь имела место. Такой метод является непедагогичным и требует санкций со стороны государственных органов. Действия школьного психолога тоже были направлены на унижение и оскорбление школьника.

Ребенок не нарушил закон и правила школы. Более того, были нарушены его конституционные права на право выбора. Нестандартная прическа — это личное дело учеников.

Однако то, что школа разговаривала с учеником без присутствия законного представителя, законно. Ребенок должен обсуждать конфликтные ситуации в присутствии родителей или законного представителя. Но если родители не смогли присутствовать, ребенок имеет право самостоятельно рассказать о случившемся ответственным в школе лицам.