«Эта школа — живой организм, но его истребляют»: что привело к голодовке учителей в Уфе

«Эта школа — живой организм, но его истребляют»: что привело к голодовке учителей в Уфе

3 382
3

«Эта школа — живой организм, но его истребляют»: что привело к голодовке учителей в Уфе

3 382
3

За 60 лет работы у Уфимской детской художественной школы так и не появилось своего помещения. Их директора уволили по принципу «не подчиняется — надо убрать». В знак протеста педагоги и родители провели недельную голодовку (и готовы продолжать). Рассказываем историю противостояния преподавателей и городской администрации.

Детская художественная школа имени Кузнецова № 1 открылась в Уфе в 1960 году. Это была трехкомнатная квартира на улице Мира. Первый директор, Наиль Гарифович Вагапов, построил ее сам: оборудовал классы, купил в долг мольберты и стулья, составил учебные программы. Уже тогда было понятно: помещение для школы слишком тесное, но энтузиазма это не убавило. Уже в 1962 году открылось вечернее отделение, и школа переехала на цокольный этаж жилого дома. В 1970-х в ней учились около 600 человек, преподавателям приходилось работать в четыре смены. И снова встал вопрос о нехватке места.

В 1977 году художественная школа вместе с детской музыкальной школой и музыкально-хоровой студией переехала в отдельное здание на улице Нежинской и заняла там три этажа. Через несколько лет музыкальная школа начала расширяться и превратилась в Уфимскую детскую школу искусств. В 1989-м сотрудники художественного отделения устроили первую голодовку, чтобы отстоять свое право снова стать самостоятельной организацией. В голодовке участвовал весь коллектив. Сработало: школу отделили, только оставили ей всего один этаж и два кабинета. В 2013 году директором был назначен Сергей Николаевич Андреев. А в 2019 году у него начали отбирать оставшиеся помещения.

«Методы у них простые: не подчиняется человек — надо убрать»

У школы, которая существует уже 60 лет, так и не появилось собственного здания. Даже помещения, в которых сейчас проходят занятия, съемные: собственником здания является муниципальная Уфимская детская школа искусств, а ДХШ № 1 просто арендует несколько классов — четвертый этаж и два кабинета на первом, в которых проходят занятия декоративно-прикладным искусством и скульптурой (по нормам СанПиН их можно проводить только на первых этажах). В ноябре 2019-го первый этаж попросили освободить. Но если прекратить эти занятия, не получится выдавать свидетельства выпускникам. Если не выдавать свидетельства, школа лишится лицензии.

Член Союза художников России Рамиль Хайруллович Мустаев, который преподает в ДХШ № 1 уже 37 лет, так комментирует эту ситуацию:

— На сторону школы искусств встала и администрация Орджоникидзевского района Уфы, и городское управление культуры. Они давили на Сергея Андреева, требовали передачу этих классов, угрожали ему. Но он не отдал, и за это его решили наказать. Методы у них простые: не подчиняется человек — надо убрать. Они сделали это с помощью якобы выявленных финансовых нарушений: устроили «заказную» проверку, обнаружили «перерасход» бюджетных средств. «Нарушением» вдруг стал тот факт, что в детской школе учатся взрослые, хотя мы практиковали это с 1962 года! Это закреплено и в уставе, и в лицензии.

Официально мы «организация дополнительного образования детей и взрослых». А начальник управления культуры Уфы просто убрал слово «взрослых» и выявил нарушение

Педагоги ДХШ № 1 и представители родительского комитета не раз писали обращения в администрацию района, ходили в правительство Республики Башкортостан, и лично к заместителю премьер-министра. Но мирным способом ситуацию исправить не получилось.

28 марта 2020 года закончился контракт директора Сергея Андреева, и городская администрация не стала его продлевать. Преподаватели написали письмо Владимиру Путину. Но вечернее отделение школы все равно закрыли, начали назначать других директоров: без профильного образования и без понимания специфики работы. Первой была Эльмира Рафаиловна Сафина.

 — Она растратила бюджетные деньги, хотя часть из них собирают родители, — говорит представитель родительского комитета Елена Абушахмина. — Расход этого бюджета обычно обсуждали с нами, но старые традиции нашей школы для нее, видимо, ничего не значили. Еще был сделан «ремонт», которого никто не заметил, а застать ее в школе было практически невозможно.

— Второй директор, Альберт Хабибуллин, окончил аграрный университет и курсы повышения квалификации, которые дают ему право преподавать рисование в 1–4-х классах, а не в художественной школе, — продолжает Рамиль Мустаев.

— Третий директор, Оксана Кузнецова, выжила из кабинета секретаря, и та на некоторое время даже потеряла от стресса зрение. Этот момент стал отправной точкой — мы написали письмо с требованием уволить Кузнецову, иначе — голодовка. Было заседание, на котором педагоги и родители высказали требования к администрации Орджоникидзевского района:

  1. Уволить нынешнего директора Оксану Мухаметжановну Кузнецову и вернуть Сергея Андреева.
  2. Разделить договор аренды и оставить два класса на первом этаже.
  3. Вернуть вечернее отделение.

Первое требование пообещали выполнить, остальные — нет. Поэтому на следующее утро преподаватели и представители родительского комитета объявили голодовку. Педагоги голодали в школе, родители — дома.

«Если честно, не представляю, как мужчины вытянули целую неделю. Они бойцы»

Каждый день педагоги приходили в школу и до обеда находились на рабочих местах. Им нужно было готовиться к международной выставке, на которую прислали 4 тысячи детских работ. Договорились, что будут пить только воду. Отказ от еды был официальный, они написали запрос в больницу, к ним прикрепили медицинского работника, который должен был контролировать состояние протестующих. Правда, вместо ежедневных посещений он появился всего два раза.

Преподаватели рассказали, что у всех была легкая головная боль, небольшая слабость, ощущение небольшой заторможенности мышления, потому что мозг не получал питательных веществ. Первые три дня сильно хотелось есть, а потом организм постепенно перестроился и аппетита практически не было. Казалось, что воды достаточно.

— Я голодала несколько дней, всю неделю не выдержала, — рассказывает представитель родительского комитета Елена Абушахмина. — Голова кружится, руки и ноги дрожат, сил нет. Детей нужно возить на занятия, а за руль садиться страшно. В первый день есть не хотелось вообще, но вечером начала сильно болеть голова. На второй день есть тоже не хотелось, но я чувствовала, как теряю концентрацию внимания. Если честно, не представляю, как мужчины вытянули целую неделю. Они бойцы.

Сначала в голодовке приняли участие 11 человек, но некоторые не выдержали и вышли через несколько дней. Глава района трижды вступал в переговоры с протестующими, но выполнять требования не соглашался.

— Все помещения, которые нам предлагали, не соответствовали нормам СанПиН, а значит, не подходили для проведения занятий, — говорит Рамиль Мустаев. — А две школы в одном здании — как коммунальная кухня: кто-то взял чужую кастрюлю, у кого-то пропали макароны — и понеслось. И снова цикл: нет занятий — нет аттестата — нет лицензии.

Раз мы уже голодаем, нам не нужны пустые разговоры. Голодовка не может случиться на пустом месте. Нас до этого просто довели

На седьмой день участники голодовки провели пикеты у Дома Правительства, требуя вернуть Сергея Андреева на должность директора. Каждый стоял по 10 минут, но с главой республики Радием Хабировым увидеться так и не удалось.

Активистка Алла Яковлева помогла передать обращение со всеми требованиями в правительство Республики Башкортостан. За прекращение голодовки чиновники обещали передать письмо главе республики Радию Хабирову.

— Отдельное помещение мы просим с 1989 года, — продолжает Елена Абушахмина. — Куда мы только не писали, но толку ноль. Документов сейчас накопилось, как три тома «Войны и мира». И это действительно борьба. Все, что можно было сделать мирным путем, мы сделали, осталась крайняя мера, которая сработала 30 лет назад. В этот раз она тоже дает плоды, и кажется, что проблемы у нас решаются только радикальными мерами.

И ведь просьба не глобальная: просто создать нормальные условия для обучения детей. Эта школа — живой организм, который отлично функционирует, а они просто истребляют его

Сейчас голодовка прекращена, но окончательно или нет — пока неясно. Учителям и педагогам сказали, что их письмо от 5 ноября на имя главы республики Радия Хабирова передано заместителю премьер-министра Азату Бадранову, который пока на больничном. Рамиль Мустаев говорит: «Сколько придётся ждать, мы не знаем, а время идёт. Если будут откладывать решение вопроса, будем активизироваться. Возможно, пикетирование возобновится. Но пока наши требования не выполнены».

Фото: Shutterstock / Chamille White. Иллюстрация: Shutterstock / Steinar

Чтобы сообщить об ошибке, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
К комментариям(3)
Подписаться
Комментарии(3)
Всеми силами поддерживаю борьбу коллектива художки и родителей за свое здание. Сама все детство провела за мольбертом. Ничего более прекрасного не представляю себе. Абсолютно обоснованные требования преподавателей и родителей. Кто дал право неучам манагерам принимать решения по существованию храма искусства? И не пора ли их этого права лишить?
Приглашайте центральное ТВ, пусть покажут сюжет и правильно изложат ситуацию.
Да, нужно обратиться в федеральные СМИ, придать всё происходящее огласке! Тогда быстро все зашевелятся, и здание выделят :)
Больше статей