«Температуры нет? А зачем звоните?»: как лечат детей в Голландии и откуда берётся их загадочный иммунитет

«Температуры нет? А зачем звоните?»: как лечат детей в Голландии и откуда берётся их загадочный иммунитет

35 350

«Температуры нет? А зачем звоните?»: как лечат детей в Голландии и откуда берётся их загадочный иммунитет

35 350

Наш блогер Виктория Хогланд живёт в небольшом городке в Нидерландах и воспитывает двух дочерей. В этом году в издательстве «АСТ» у Виктории вышла книга «Голландские дети спят всю ночь», в которой она подробно рассказывает, как беременеют, рожают и воспитывают детей в этой стране. Публикуем отрывок про первый приём педиатра и отношение к прививкам в Голландии.

Я уже рассказывала о загадочной нидерландской медицине. «Лечить не станут, но и умереть не дадут», — шутят экспаты в очереди к врачу. Есть такое. Нам, привыкшим к длиннющим рецептам «а вот еще для горлышка, а этим иммунитет поднимем, а пробиотики на всякий случай пропишем и муколитики не забудем», странно слышать от домашнего врача, что наша хворь, скорее всего, «пройдет сама». И не верите, зачастую она действительно проходит.

Сравнивать мне не с чем: как это все происходит в России, я не знаю. Сама я родилась в Ташкенте и слышала от мамы, что участковая педиатр, массивная узбечка, сверкая золотыми зубами, сердито ей выговаривала: «Почему это вы ее все время купаете? Ну и что, что лето, тридцать пять в тени и нет вентилятора! От купания она кашляет! Прекращайте это дело! От грязи хуже не будет!»

Детство же прошло в Новом Уренгое, где зимой в минус сорок залогом здоровья считалось Правило Двух Шапок: одна шерстяная, вторая меховая, обе на резинке. На резинке были и варежки, тоже двойные. И ключи от дома. Короче, на Крайнем Севере к детям, по-моему, накрепко привязывали весь их нехитрый скарб. А самих их, обмотанных шарфами и обвязанных разнообразными пожитками, приматывали по утрам к санкам, чтобы развезти утром в детские сады. И если нерадивый папа недостаточно качественно укреплял конструкцию типа «живой куль», то анекдот про мужика, тащившего пустые санки с криками «Держись, сынок, скоро дома будем!», приобретал пугающую актуальность. Поэтому весь мой голландский опыт не носит какого-либо оценочного характера.

Плановые осмотры у педиатра проходят в так называемом Consultatie Bureau. Впервые мы пришли туда, когда ребенку был месяц.

Коринн раздели, взвесили, измерили рост и окружность головы, записали в ее файл. Потом велели с голым ребенком на руках ждать врача. Не одевать ни в коем случае!

С собой, оказывается, надо было взять теплую пеленку или плед, которых у нас, конечно, не было. Сидели мы с закутанным в памперс и зимний конверт ребенком под дверью (а на дворе середина января, и даже в теплой Голландии было совсем не тепло) около получаса. Я, мягко говоря, понервничала, но все кончилось хорошо. Правда, Коринн не спустила такого к себе отношения и мстительно написала на медлительную тетеньку, чем заслужила мое тайное материнское одобрение.

«Дам вам один совет, — пишет колумнист Санне Портман, — никогда не задавайте врачам в Consultatie Bureau лишние вопросы. Вообще, просто слушайте и кивайте, закрыв рот. Поспешные заключения о слишком медленном/быстром росте, странном взгляде новорожденного, направления к логопедам, неврологам, физиотерапевтам…»

Санне не одинока; множество голландских мам закатывают глаза, услышав об очередном совете, поступившем оттуда. Мне не близка эта позиция. Ничего не вижу криминального в том, чтобы специалист лишний раз проверил моего ребенка на соответствие разным статистическим показателям. Ну и потом, журналистка просто никогда не была у моего районного терапевта из города Санкт-Петербург. Вот от кого ты выходил в полном понимании, что тебе крышка, потому что все жизненные показатели давно устремились к нулю и держатся пока что только на голом энтузиазме.

Так что голландские медсестры («Мы немного беспокоимся о показателях Коринн. Хорошо ли развивается ее мозг? Нет, не волнуйтесь, рефлексы в порядке. Но головка маловата. Хотя, возможно, наша ассистент неправильно ее измерила») вряд ли способны нарушить мое материнское спокойствие.

До пяти месяцев мы ходили в Consultatie Bureau ежемесячно, там же делали прививки.

К слову, в Голландии число семей, которые принимают программу вакцинации, составляет от 90 до 97%

Это ниже уровня 95%, который Всемирная организация здравоохранения считает безопасным. Правительство год назад запустило ряд информационно-разъяснительных кампаний, а также детально исследовало причины отказа. Как правило, оставшиеся 10% — либо истово верующие, либо приверженцы только супернатурального образа жизни.

Моя подруга Лера решила детей не прививать, основательно погрузившись в тему. «Когда родились дети, мы стали изучать вопрос прививок. Смущала неясность в вопросе побочных эффектов, а также то, что прививки делают коктейльно, то есть вводят сразу несколько штаммов болезнетворных бактерий. Мы несколько раз приходили к местным педиатрам, интересовались: может, реально разработать какую-то индивидуальную программу? Одна из врачей в итоге сказала нам следующее: если ребенок до года остается дома и не ходит в садик, то около 35% прививок, которые делают до года, ему уже не нужны. А если он не ходит в садик до 4–5 лет, то этот процент возрастает до 65%. Поэтому мы решили в итоге от прививок отказаться. Педиатры отнеслись к этому спокойно, никакого давления не было».

Информационная кампания 2018 года ставила своей целью предоставить родителям объективную достоверную информацию о прививках, сообщает Dutch News.

«К счастью, большинство родителей предпочитают прививать своих детей. Но растет количество тех людей, которые этого не делают. Я очень серьезно отношусь к их опасениям и сделаю все от меня зависящее, чтобы предоставить им достоверную информацию, на основе которой они смогут принять решение. Все чаще мы слышим, что родители, которые думают, что дети должны иметь возможность „естественного“ иммунитета от болезней, или которые считают, что прививки вызывают аутизм, являются жертвами неточной информации, которая распространяется, в частности, через социальные сети», — сказал представитель Министерства здравоохранения Нидерландов Паул Блокхейс.

Информации действительно более чем достаточно. На сайте, посвященном государственной программе вакцинации, подробно расписаны все прививки, возможные побочные эффекты, часто задаваемые вопросы и озвучены наиболее часто встречающиеся сомнения. «В период с 1953 по 1992 год благодаря вакцинации удалось предотвратить от 6 до 12 тысяч детских смертей», — утверждают нидерландские медики.

Голландская программа вакцинации предусматривает прививки от двенадцати заболеваний. Это дифтерия, коклюш, столбняк, полиомиелит, свинка, корь, гемофильная палочка, гепатит Б, краснуха, менингококк, пневмококк и вирус папилломы человека.

Не обходится и без движения антипрививочников, не такого шумного, как в России, но тем не менее как-то функционирующего

Организация Stichting Vaccinvrij настаивает на том, что каждый родитель вправе засомневаться в качестве вакцин, безопасности прививок и минимуме побочных эффектов. Основательницей движения является Доор Франкема, жительница Амстердама, в прошлом физиотерапевт, а ныне натуропат и специалист по альтернативной психотерапии.

Также в инициативную группу входят: в прошлом педагогический работник, а ныне домохозяйка Венди, исследовательница мультикультурного менеджмента Аннагрит и еще несколько женщин. Нидерланды как раз и хороши, конечно, свободой слова и относительной свободой действий, потому никаких холиваров на эту столь горячую для постсоветского пространства тему я не наблюдала.

Отказываются от прививок и некоторые религиозные общины. Так называемые de reformatorische gezindte (встречаются разные переводы: «протестанты-реформисты» или даже «протестантские фундаменталисты») часто не вакцинируют детей и не обращаются за медицинской помощью, ссылаясь на концепцию «божественного предопределения». Именно одна из этих общин стала причиной эпидемии кори в стране в 2013 году. Члены общины ведут достаточно изолированную жизнь, поэтому дети в таких группах не получают даже «пассивной иммунизации», которая происходит при контакте с вакцинированными носителями вируса.

В целом в педиатрии здесь действуют те же правила, что и во всей местной медицинской системе: никаких сильнодействующих препаратов без явной необходимости и максимальное использование заложенных природой ресурсов. Врачу, например, звонить стоит, только если температура зашкалила за 38,5.

Когда Коринн было три месяца, мы никак не могли справиться с кашлем. Зашла на пару официальных медицинских сайтов. Сделать что-то с кашляющим ребенком до года вряд ли получится, сочувствует мне Министерство здравоохранения. Если вам очень надо, можете купить детский сироп от кашля, но… доказательств, что он поможет, у нас нет. Ч — честность.

В итоге позвонили-таки доктору. Она удивилась: температуры нет? А зачем звоните? Капаете в нос солевой раствор? Вот и капайте

Гуляйте побольше. Купайте. Про капли в нос я уже сказала, да? Больше ничего не нужно. Через полторы недели кашель прошел. Зато пришел счет на 25 евро за телефонную консультацию…

Голландский иммунитет давно пора заносить в список местных достопримечательностей наравне с дамбами и тюльпанами. Это какая-то национальная черта. Помыть голову, сесть на скутер и поехать в плюс пять без шапки в школу? В системе ценностей моей мамы это сродни публичному впрыскиванию себе штаммов черной оспы, только вероятность печального исхода еще выше. Мороженое на морозе? Сон в холодной комнате без одеяла? Специальное заражение детей ветрянкой? И так далее и так далее.

«Так называемые ветряночные вечеринки я не одобряю. Нидерланды — страна, которая точно может позволить себе качественную вакцинацию, — говорит педиатр Евгений Комаровский, — лучше организовать ребенку встречу с ослабленным вирусом в виде вакцины, чем заражать его в полную силу». К слову, прививку от ветрянки сделать можно у домашнего врача, но уже в частном порядке. Она не входит в государственную программу.

В последний наш визит (после которого нас отпустили на три месяца) я порадовалась, что Коринн — любительница поспать по утрам. Так что, даже если ночь была неспокойной, у нас с ней всегда есть шанс прихватить пару часиков утром и поспать до девяти.

«Какой ужас, — покачала головой педиатр, — ребенок просыпается в девять! Это же очень неудобно! Давайте подумаем, как ее переключить часов, скажем, на шесть утра?» Представив, как предложенное нововведение переключит, а точнее окончательно замкнет мою иногда искрящую нервную систему, я схватила голого ребенка, засунула его в чужую коляску и, пробормотав, что меня ждут на срочном-пресрочном афспраке, понеслась к выходу.

Чтобы сообщить об ошибке, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
К комментариям
Подписаться
Комментариев пока нет