Переводчик Google сумел перевести предложения между парами языков, которым его не учили
Нейросетевой переводчик Google удивил разработчиков своей способностью переводить предложения между парами языков, которым его не обучали. Об этом сообщает телеграм-канал «Технологии, медиа и общество».
Создатели нового алгоритма перевода на основе нейросети Google Neural Machine Translation обучали его на примерах трёх языков — английского, японского и корейского. Нейросети продемонстрировали примеры перевода между английским и японским и между английским и корейским. Разработчики решили проверить, сможет ли нейросеть переводить с корейского на японский и обратно, если её этому не учили. Предположение учёных оказалось верным: алгоритму удалось сгенерировать осмысленный перевод между новыми для него парами языков. Это явление учёные назвали «zero-shot translation».


«Насколько нам известно, это первый раз, когда такой тип обучения сработал для машинного перевода», — сообщают в блоге компании Google. Разработчики предполагают, что алгоритм не использовал для промежуточного перевода английский, а создал в процессе обучения свой собственный язык-посредник.
В сентябре специалисты по искусственному интеллекту Google сообщили о создании системы машинного перевода Neural Machine Translation (NMT), основанной на технологии глубокого обучения нейросети. Новый алгоритм учитывает значение не только отдельных слов, но и предложений в целом. Благодаря этому перевод становится ближе к человеческой речи. В компании пообещали что новая разработка уменьшит количество ошибок службы перевода Google Translate минимум на 60%. Сейчас система работает для восьми языков.
Всего Google Translate поддерживает 103 языка и переводит более 140 миллиардов слов каждый день. Как пишут в блоге компании, переход на GNMT позволил значительно улучшить качество перевода для языков, на которых его испытывали. Но введение этой системы для всех 103 поддерживаемых языков может представлять большие трудности.
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе




