«Священное Писание, не филькина грамота». Критик рассказала о вреде крылатых выражений

На любую точку зрения в любом споре найдется пословица, поговорка или цитата. Часто она заменяет полноценные аргументы, что особенно комично, когда выражение вырвано из контекста или иным образом утратило исторический смысл. Журналист и критик Екатерина Барабаш написала для«Газеты.ru», почему не стоит злоупотреблять крылатыми выражениями.

Рассказ Барабаш начинает, пересказывая дискуссию в фейсбуке: «Многодетная одинокая мать попросила у какого-то фонда помощи — ей отказали, намекнув, что у них на очереди семьи гораздо более неблагополучные. Женщина обиделась и написала открытое письмо в адрес фонда, где упрекнула его в несправедливости и излишней избирательности».

За этим последовали споры, в которых героиню истории неоднократно попрекали крылатыми фразами. «Никогда и ничего не просите. Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас. Сами предложат и сами все дадут», — пишут комментаторы, важно ссылаясь на Михаила Булгакова, и не осознавая, что цитируют позицию персонажа-олицетворения дьявола, которую автор сформулировал, зеркально изложив христианское «просите, и дано будет вам».

Похожа ситуация с крылатым выражением «красота спасет мир», напоминает Барабаш. Это позиция князя Мышкина, еще и в изложении Ипполита Терентьева. «И потом, на протяжении всего романа, Достоевский шаг за шагом доказывает, что Мышкин был не прав. И красота, значит, мир спасти не сможет», — пишет автор.

Абсурднее всего пример с «цитатой» Геббельса: «Когда я слышу слово „культура“, я хватаюсь за пистолет», — которая, естественно, не имеет отношения к главному пропагандисту нацизма.

Барабаш объясняет: «В 1933 году немецкий драматург Ханс Йост издал пьесу „Шлагетер“. Действие происходит в 1920 году. В стране безработица, инфляция, нищета. На улице жестокий мороз. Рождественский вечер. Возле театра стоит нищий мальчишка, босой, в лохмотьях. Никто не обращает на него внимания. Нарядные люди идут мимо мальчика в театр, беседуя о великой культуре великой Германии. Когда они выходят после спектакля, на снегу лежит замерзшее тело ребенка. Персонажи переступают через него, продолжая высокоумную беседу. „Теперь, когда я слышу слово ‚культура‘, я хватаюсь за пистолет“, — завершает свой рассказ герой пьесы, вспомнивший ту историю».

Еще одна красивая фраза, которую многие называют своим «кредо» — «не верь, не бойся, не проси», которая, вообще-то, лежит в основе арестантского уклада, и впервые популяризована за пределами зон и колоний Варламом Шаламовым в «Колымских рассказах». И здесь проникновение тюремной лексики в нашу жизнь только начинается.

«Новое поколение наверняка уже не знает, что такие слова, как „беспредел“, „тащиться“, „разборка“, „перетереть“, „фуфло“, „базар“, „западло“ и множество других, — все это типичные примеры криминально-тюремной лексики. Когда интеллигентная учительница говорит малышам-первоклашкам „Кончайте базар!“, она и не догадывается, что говорит с подопечными по фене — блатной лексике», — пишет Барабаш.

От фени — к Библии. Автор вспоминает любимую поговорку режиссера Никиты Михалкова: «Всякая власть от Бога». «И сразу хочется сжаться, устыдиться — все-таки, знаете ли, Священное Писание, не филькина грамота. Сколько раз Михалков произносил эту цитату, с каждым разом все больше чувствуя ее важность. И слушатели согласно кивали головами, и спорить было некому», — пишет Барабаш, после чего напоминает читателю реальный контекст выражения: «Во-первых, Павел имел в виду, что сама по себе власть придумана Богом во избежание хаоса в созданном им мире. Во-вторых, если взять славянский перевод Писания, наиболее близкий к греческому, „Несть бо власть, аще не от Бога“ — то это значит „То не власть, что не от Бога“. Если власти предержащие не следуют божьим заветам, то и не власти они вовсе. И таким властям подчиняться не следует».

Автор припоминает и классические «обрубленные» пословицы: «В здоровом теле здоровый дух — редкая удача»; «Истина — в вине, здоровье — в воде»; «Первый парень на деревне, а в деревне — два двора»; и, конечно же, «Кто старое помянет — тому глаз вон, а кто забудет — тому оба». Все они закрепились с противоположным смыслом.