6 странных правил, которые вводят в ступор и не укладываются в голове

Правила русского языка очень разные. Вчера было верно так, сегодня вот так, а послезавтра, возможно, опять всё изменится. В свежем выпуске «Грамотности на „Меле“» мы собрали не частые ошибки по одной теме, как делаем обычно, а орфографические правила, которые нас (немного) раздражают.

Правильно: цена — 99,99 рубля
Первое странное правило: существительным управляет дробная часть: 3,4 метра (три целых четыре десятых метра), 5,9 рубля (5 целых девятых десятых рубля), 9,5 процента (девять целых пять десятых процента) и так далее. Тут можно долго спорить, как правильно. Потому что читаем «девяносто девять рублей девяносто девять копеек» или «девяносто девять и девять рублей». Ну никак не рубля. При этом по правилам на письме всё выглядит именно так. Какой выход? Перестать придумывать такие странные цены!

Правильно: мой ребёнок — суперумный
Есть такие «приставки», которые плохо смотрятся в сочетании с другими словами. Отдельно — прекрасно! Но стоит соединить одно с другим, как сразу становится неуютно. Вот кому взбредёт в голову писать «суперребёнок» или «медиаменеджер» слитно? Только лингвистам и тем, кто время от времени читает справочники русского языка перед сном. Запомните: слова, которые начинаются со слов «супер» или «медиа», всегда пишутся слитно, без исключений. Срочно выкорчёвывайте пробелы и дефисы: суперигра, суперкрасиво, медиапродукт, медиафайл и так далее.

Правильно: плей-лист, фуд-корт, чек-лист
Мы уже писали про иноязычные слова, которым не нужны дефисы. Причём говорили, что «фудкорт» давно пора писать слитно. До сих пор так считаем, но словари упорно сопротивляются. В последней редакции орфографического словаря Лопатина все эти слова пишутся через дефис, хотя в письменной речи популярнее слитные варианты. По запросам в гугле находится больше 24 миллионов у «плейлиста» (по словарю это неправильный вариант) и 719 тысяч — у «плей-листа»; полтора миллиона результатов по слову «чек-лист» и 364 тысячи — «чеклист»; 499 тысяч у «фуд-корта» и 524 тысячи — «фудкорт». Выбор за вами.

Правильно: по приезде я всё сделаю
Предлог «по» в значении «после чего-либо» сочетается с предложным падежом: по приезде, по прилёте, по приходе, по возвращении, по прибытии, по окончании. С дательным падежом он тоже употребляется, но в определённых случаях. Допустим, если указывает на поверхность или пространство. Ну, вы с остальными примерами точно разберётесь сами, как только разберётесь с предложным падежом.

Правильно: машина напрокат, а еда навынос
С наречиями всегда неразбериха. Есть миллион (ну ладно, меньше!) наречий, которые почему-то пишутся слитно, и столько же тех, которые пишутся раздельно. Опять же, надо просто запомнить и ненавязчиво намекать любимым кафе и сервисам, что вы, вообще-то, слегка ошиблись. «Навынос» — значит с возможностью унести что-либо с собой. Обычно мы так говорим о еде и напитках, купленных в кафе, с которыми хотим выйти на улицу. По словарю это наречие пишется в одно слово. Но в этом, на самом деле, есть логика: еда — «какая?» — «навынос». Вряд ли мы имеем в виду, что еда «на что-то или куда-то выносится». То же самое с наречием «напрокат».
Опять же, есть случаи, когда «навынос» из наречия лёгким движением становится существительным с предлогом («обратите внимание на вынос знака за скобки»). Ещё одна мелочь: если берём машину напрокат, то сдаём её обратно уже в прокат. Хитрый и беспощадный русский язык.

Правильно: до скольких вы работаете?
Последнее странное правило, или «Осторожно: шок-контент!». У слова «сколько» нет падежной формы «скольки». Если его просклонять, будет: сколько, скольких, скольким, скольких/сколько, сколькими, скольких. Чтобы узнать, когда что-то закрывается, грамотно спрашивать: «До скольких работает ваше кафе?» Причём ударение всегда падает на «О»: до скОльких. А спрашивая, когда лучше прийти, можно использовать именительный и дательный падеж: «Во сколько собираемся?» и «Ко скольким вы нас ждёте?»

Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе


















