В «ленивый день» можно филонить: история школьного эксперимента

Финский теле- и радиоканал YLE в проекте «Школьная мастерская» следит за развитием проектов Маркуса Хумалоя (Markus Humaloja) из младшей школы Веромяки (Veromäki) и Пекка Пеура (Pekka Peura), преподавателя математики из гимназии Мартинлааксо (Martinlaakso). Проекты похожи идеей: это отказ от традиционного вида преподавания и передача ответственности за свое обучение ребенку. О проекте Маркуса они рассказывают в блогах «Мела».
Маркус разрабатывал свою модель школьного обучения несколько лет, и в прошлом году ему удалось ее осуществить вместе с командой коллег-педагогов в составе 4 человек.
Ученики четвертого класса приходят в школу в понедельник и получают задание на неделю. Что и когда они должны делать, дети решают сами. Ограничено только время пребывания в школе. От традиционного образования остались только тесты и несколько уроков в неделю, на которых обсуждают совместную деятельность и насущные вопросы.
Основные фишки подхода
- нет соревнования. Каждый занимается своим делом, иногда советуется с учителем.
- не нужно ждать или спешить. Каждый ученик двигается в своем собственном темпе. Кто ушел вперед, могут углубить свои знания, остальные своевременно получают помощь учителя.
- нет необходимости сидеть часами в классе. Дети распределяются сами по школьному пространству: кому-то удобно сидеть на полу в классе, а кому-то на диване в коридоре, кто-то уходит в библиотеку, «тихую комнату», на лестницу.
- ученик сам составляет и сам отвечает за свое расписание. Например, в «ленивый» день можно пофилонить, а если полон энергии, можно сделать и побольше.
- у учителя больше времени помогать ученикам, которым сложно планировать или сосредоточиться на своей работе.
- ученик может реализовать любой проект, который ему интересен и является разумным и творческим.
- свобода подразумевает ответственность.
- групповая работа в проектах приветствуется, а иногда просто необходима. Группы сами оценивают свою работу и работу других групп. Роль учителя в основном поддерживать оценку.
- ответственность за свое обучение мотивирует детей. По наблюдениям учителя, дети стали больше работать для своего обучения, чем при традиционном подходе. Работая «на себя», дети часто ищут и применяют информацию самостоятельно.
- эта модель обучения способствует развитию творческих навыков у детей. Ученик сам ищет способ учиться, который для него будет лучше, чем тот, что предлагает учитель.
- «Самооценка — кровь этой системы», — говорит Маркус Хумалоя. Обучаясь самостоятельно, ребенок должен овладеть навыком оценки своих способностей и навыков. Прежде чем что-то начать, ученик должен знать, сможет он это сделать или нет. Это нужно понять и принять. Если навыков недостаточно, нужно уметь обратиться за помощью к учителю. Четвероклассники отлично с этим справляются. Например, перед тем как вернуть учителю выполненное задание или контрольную работу, дети прогнозируют свою оценку. Последний результат — из 23 учеников у 17 оценки самого ребенка и учителя совпали.
- детям больше не нужны традиционные учебники и тетради. Они создают свой собственный учебный материал на основе того, что они узнали: дети заполняют электронные дневники и тетради. Выполненная работа предоставляется в виде видеороликов, постеров, аудиозаписей и веб-сайтов. Это стало уже привычным.
- разностороннее использование информационных технологий — важная часть нового типа обучения. По словам учителя, дети сделали большой скачок вперед в этом направлении. У всех учащихся есть персональный ноутбук. Тем не менее ребенок может использовать в своей работе то, что он хочет: бумагу, краски, электронную почту, графический редактор и т. д. Дети могут делать задания как в электронном, так и в бумажном виде.
Кажется, что все прекрасно, идея замечательная, но тем не менее, кроме всеобщего внимания и интереса, эта модель обучения вызывает споры.
В гостях были и министр образования, и министр финансов. На интернет-форумах идет оживленная дискуссия. Маркус с тремя своими учениками представлял свою модель обучения в Лондоне на ярмарке образовательных технологий.
Ну и как же тут не обойтись без образа учителя в детстве? Кстати, моя дипломная работа бакалавра психологии так и называлась — «Образ учителя в представлениях участников образовательного процесса». Так вот, Маркус особенно тепло вспоминает школьные годы, когда он ходил в пятый и шестой классы. Тогда у них сменился учитель, и более молодой учитель-мужчина стал вести уроки в более свободном режиме, примерно так же, как и происходит в его классе сейчас.
Маркус вспоминает: «Мы воплощали в жизнь задуманное нами, могли сами планировать. Сначала быстро делали то, что было положено по программе, а затем занимались тем, что было нам интересно. Это очень мотивировало нас на учебу. От этого осталось очень хорошее послевкусие, которое я испытывал на протяжении всех школьных лет. Да и сейчас испытываю».
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: Kalevi Rytkölä / Yle
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе








