
Недавно наш блогер, журналист Анастасия Миронова, написала текст, почему она не хочет больше одного ребенка. Другой наш блогер, Ирина Любченко, подошла к теме несколько иначе: она объясняет, почему их семья не готова ко второму ребёнку.
Мой главный страх — обделить свою дочь. Чем угодно. Финансовыми ресурсами, потенциальной жилплощадью, моим временем, которое сейчас посвящено ее образованию, моей любовью.
Я единственная дочь в семье. Родители развелись, когда мне было пять лет, и я очень благодарна обоим за то, что других детей, кроме меня, они не завели. Что я получила: квартиру в тот момент, когда сама еще на нее не заработала, помощь с моим ребенком, потому что нет других внуков. Не получила из своего же списка ресурсов — безусловной любви. Без сравнений с братьями и сестрами. Просто потому что мои двоюродные сестры обходили меня в глазах моей мамы по всем параметрам. А она из многодетной семьи, и привыкла, что даже если тебе что-то не нравится, ты должна взаимодействовать с сестрами и братьями. Со всеми вытекающими.
Мой муж — младший сын в семье, есть еще старший брат. У обоих — огромное количество претензий друг к другу, в основном из-за родителей, которые постоянно их сравнивали. А еще старшему велели следить за младшим, а младшему — учиться у старшего (и наоборот, но такое было реже). В результате эти мужчины за 40 до сих пор с трудом налаживают отношения (налаживают — это вообще подвиг!). И уже делят ресурсы родителей. Не потому, что сами ничего не добились (с этим, к счастью, проблем ни у одного нет, иначе была бы просто катастрофа), а потому что с детства помнят, как «везло» то одному, то другому.
И до сих пор пытаются заслужить внимание родителей. Не ради прибыли. Ради внимания
У нас с мужем одна дочь. Муж сразу после ее рождения сказал, что других детей не хочет. У меня же иногда возникает (видимо, гормональное) желание снова быть беременной и возиться с малышом. Но я включаю калькулятор времени: в понедельник, вторник, пятницу и субботу у дочки две секции, в среду — три, в благословенный четверг — одна. А еще врачи (прививки, обследования, лечение), досуг, все это тоже требует временных затрат. Кроме этого, нужно еще время для личного общения с дочкой. А я ж еще работаю сама — типа того. Слежу за домом — готовлю, убираюсь, вот это вот все. Ну и как бы — хотя бы чуть-чуть — хочу личного времени.
Да, муж любит ребенка, проводит с ним время, может занять, пока я работаю, организовать быт, пока меня нет рядом. Но он то встречает ее не из того кружка, то забывает часть вещей, которые нужно сделать (или забрать). Критично ли это? Нет. Удобно ли? Тоже нет.
Могу ли я родить еще одного ребенка и не обделить свою дочь ресурами? Определенно — нет.
Хочу ли я еще одного ребенка? Да, я хочу снова ощутить жизнь внутри себя. Но у меня уже есть жизнь, за которую я отвечаю. Вряд ли даже материнский капитал мотивирует меня родить второго ребенка — но если бы при его рождении давали запас не денег, а времени, вот это была бы бомба.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Иллюстрация: Shutterstock (Ekaterina Epikhina)
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть





















