«Быть учителем — это же не круто». Молодой педагог — о престиже своей профессии

Наш блогер Антон Василенко уже рассказывал, что устроился работать в школу временно — на время обучения в магистратуре. Он ушел из школы в IT, но неожиданно понял, что преподавание — это его призвание. В своем новом посте Антон рассказал, почему он вообще когда-то задумался о том, чтобы стать педагогом.

Я учился в достаточно сильном лицее, интересовался гуманитарными предметами, но без особого рвения. Наши учителя много времени уделяли формированию речевой грамотности: детей часто вызывали к доске, просили пересказать пункт параграфа или другого учебного материала. Некоторым ученикам такой формат проверки знаний не нравился: ты выходишь и на тебя смотрят 25 человек, ждут твоего ответа. Но мне было комфортно и у доски отвечать, и участвовать в дискуссиях, я не стеснялся выражать свои мысли. Кстати, сегодня трудно представить реализацию такой практики в школе. Дети не любят говорить. А не любят потому, что не умеют. Разумеется, не все и не всегда.

В 10-м классе я выбрал предметы для будущей сдачи ЕГЭ: история и обществознание. Чем больше я самостоятельно изучал эти предметы, тем больше анализировал способы проведения урока учителем. Мне казалось, что где-то можно было по-другому сказать, где-то — задать уточняющий вопрос, а где-то, напротив, не заострять внимание на несущественных деталях. В общем, я начал представлять, что веду урок. И веду его иначе, по-своему. Не лучше или хуже, просто по-другому. Поэтому, еще обучаясь в школе, я не исключал того, что когда-то буду преподавать.

Когда я вышел с ЕГЭ по математике, встретил нашего классного руководителя. Она сидела на лавочке, ждала детей. Я подошел, мы обсудили экзамен, разговорились. Она спросила о планах на будущее — куда буду поступать, кем себя вижу. В школах по-прежнему есть проблемы с профориентацией. А тогда и подавно: большинство не знали, куда идти и что делать. Главное — предметы выбрать на ЕГЭ, а дальше видно будет.

Я ответил, что еще не определился. Думаю про юриспруденцию или истфак. Учитель меня выслушала и спросила: «А почему не хочешь пойти в педагогический?» Помню, начал юлить и уворачиваться от ответа, ведь педагогика — это что-то не очень крутое. Круто — это юриспруденция. Звучит! Людмила Александровна, тем временем, стала рассказывать, что педагогика — это вообще-то здорово. Что мужчин в школе недостаточно и в школах их ценят. Что из меня бы вышел неплохой учитель. Я послушал, покивал головой, но ничего не ответил. Однако слова учителя запомнил. Интерес к педагогике стал сильнее.

В итоге я все-таки поступил на исторический факультет ТГУ. На 4-м курсе меня ждала педагогическая практика. Я её ждал. А еще преподаватели в вузе (не все) были для меня примером: как объяснять материал интересно. Ощущение, что учить — это не круто, постепенно меня покидало. Все чаще я вспоминал тот разговор со своим классным руководителем.

Фото: Danil Nevsky / Shutterstock / Fotodom