«Плакуратура», «макароны по-скотски» и еще 19 слов, придуманных детьми

Из чего приготовить макароны по-скотски? Чем занимаются в плакуратуре? Как поживают деда Таня и баба Толя? Собрали для вас 21 пример, когда дети коверкали, путали и неправильно понимали слова — но в этом всегда присутствовала логика. А у вас такое было?

Кухня: суп харчок и макароны по-скотски

• Когда была маленькая, суп с фрикадельками я называла супом с крокодилками, а макароны по-флотски макаронами по-скотски. Вслед за мной так стала говорить вся семья.
• Как-то пристал к маме с расспросами о том, что такое «суп хрен чё». Оказалось, я имел в виду харчо.
• У меня тоже были трудности с харчо. Я его называл «суп харчок» и никогда не хотел его есть — думал, что бабушка харкает в этот суп во время приготовления (ну, для вкуса).
• В детстве обожала мармелад. И когда меня спрашивали в магазине, чего мне хочется, ответ всегда был одинаковый: «Червяки, посоленные сахаром». Вообще не понимала, почему мама и продавец смеются.

Взрослые темы: плакуратура и молочница с рогами

• В детстве называл прокуратуру «плакуратурой». Думал, что туда люди приходят горько плакать, чтобы влиятельные дяди сжалились и решили их проблемы. Логично же!
• Меня наталкивала на безумные фантазии фраза «защита диплома». Я думал, что для защиты студент выходит в центр аудитории, ставит на подставку диплом, на который все преподаватели тут же бросаются, чтобы порвать его. Задача студента — не допустить гибель своей работы, толкать и бить преподавателей. Причем на это всё в качестве зрителей смотрят его одногруппники — хлопают, ликуют, улюлюкают. Если диплом порвать удавалось, то студенту вместо его прежней одежды выдавали какие-то тряпки и обноски — и он становился бомжом. А вот если студенту удалось защитить диплом, из соседней комнаты выходил его первый начальник и давал ему работу — такую пластмассовую коробку с надписью «РАБОТА».
• Когда была маленькой, по телевизору крутили рекламу средства от молочницы, где за девушкой постоянно ходила коза (как воплощение недуга). Естественно, я этой аллегории не понимала. В нашей деревне была бабушка Оля, которая держала козу — старую, упрямую и бодливую. Несмотря на сложный характер козочки, мы покупали молоко, которое она давала. Как-то мы пришли к бабушке Оле вернуть бутылки, и я, добрая душа, решила посочувствовать старушке: «Баба Оля, молочница замучила вас, наверное».
• Во времена дефицита мама периодически ходила за покупками в закрытый (т. е. ведомственный) магазин. Я ломала голову: как она туда попадает, если магазин закрыт. Мой детский разум объяснял это так: товары выставлены на витрине, и их можно как-то заказать, а потом из магазина выходит тетя и отдает заказ.

Метро: Виленин и мерененные женщины

• В детстве неправильно читал надпись в вагонах метро: «Места для инвалидов, лиц пожилого возраста и пассажиров с детьми». Читал я ее почему-то так: «Места для инвалидовлиц пожилого возраста и пассажиров с детьми». «Инвалидовлиц пожилого возраста» я себе представлял вредными тетками с клюками, которые вечно ругаются на маленьких детей.
• То же самое, только «Уступайте места инвалидам, пассажирам с детьми и мерененным женщинам». Не знала, кто такие «мерененные женщины», — но уступать так уступать.
• Когда переехали в Москву, стал донимать папу вопросом о том, кто такой Виленин. Мне говорили, что я Виленина придумал, не существует такого человека. Но на «Парке культуры» ведь было написано: «Метрополитен имени Виленина»!

Семья: мамин хахаль и богиня Исида

• У меня есть бабушка по имени Татьяна и дед по имени Анатолий. Когда была маленькой, вместо «баба Таня и деда Толя» говорила «деда Таня и баба Толя». Нет, а зачем жениться, когда у вас имена одинаковые почти?
• Когда был маленьким, постоянно слышал от мамы, что «нужно сходить на рынок за окорочками». Наблюдая за тем, из чего готовятся суп и второе, я понял, что окорочка (или, как мне тогда казалось правильным, окорочки) — ноги. Причем любые ноги, кому угодно принадлежащие. Мама как-то пришла с работы поздно и выглядела очень уставшей. Мне так ее стало жалко, что я потащил ее в гостиную и заставил сесть в кресло со словами: «Мамочка, отдыхай, а то вдруг у тебя окорочки отвалятся».
• Дочка вместо «иди сюда» раньше говорила «исида». Я ее называла «богиня Исида моя».
• Однажды сказал при отце своей матери: «Мам, мам! А где хахаль?» Я так тогда коверкал слово «сахар», а отец не знал этого и, мягко говоря, удивился.
• Вспомнила: у родителей был друг и коллега дядя Шамхал, которого я, маленькая, называла дядя Нахал.
• У меня слово «племяш» менялось то на «пельмеш», то на «бульбаш».
• Дочь думала, что индоутка называется «недоутка»: слова созвучны (можно вроде бы расслышать именно так), и детская логика тут ни обо что не спотыкается. Это ведь как бы утка, но не совсем обычная. Недоутка получается.

Школа: гневник и счет до сороки

• Дневник у меня в детстве назывался «гневник». Я справедливо полагала, что родители в него смотрят и гневаются на плохие оценки ребенка, отсюда и название.
• Лет до 16 я думала, что «подлинник» — не оригинал, а копия. Потому что «подлинный» — все равно что «подлый», то бишь неправильный, неискренний. Так что, когда услышала от учителя фразу «подлинные доказательства», сразу подумала, что он плохо разбирается в теме, раз ссылается на что-то неточное, вторичное.
• В первом классе всем хвасталась, что умею считать до сороки. Мне тогда казалось, что если есть «до десяти», «двадцати» и «тридцати», то должно быть и «до сороки».

Иллюстрации: GeekClick / Shutterstock / Fotodom