30 слов из русских народных сказок, которые ставят нас в тупик

Если Пушкин в своих произведениях сознательно использовал устаревшие слова и их не так много, то в русских народных сказках счёт идёт на десятки. Мы взяли один из самых популярных сборников — «Русские народные сказки» Афанасьева — и разобрали непонятные сегодня архаизмы.

В сказке «Мизгирь» («паук») сообщается, что «в тёплые лета сделалась такая соморота, в мире тягота: стали появляться комары да мошки, людей кусать, горячую кровь пропускать». Согласно «Словарю русских народных говоров», «соморóта» — это суматоха, кутерьма; но там же есть и слово «сомора» — трава.

В сказочных текстах часто упоминается «гóрница» — неотапливаемая комната, располагаемая в верхней части крестьянского дома; происходит от слова «горний» — верхний.

Младший брат, отправляясь ночью караулить горох, берёт с собой воз «лык», то есть повозку, наполненную лыком — разделённой на слои и узкие полосы корой из молодой липы, ивы и некоторых других деревьев.

В сказках иногда речь идёт о «наречённом» муже, брате или зяте, то есть том, кого официально объявили, признали таковым.

Герой в сказках нередко использует «кушáк» — деталь преимущественно мужской одежды, широкий пояс, сшитый из ткани; используется для обвязывания или обматывания вокруг талии.

Купца в сказке просят выпить на «посошóк», то есть употребить последнюю рюмку спиртного напитка перед дорогой, в которую отправлялись с длинной тростью, именуемой посошком (посохом).

Представители чужого мира (Кощей, Баба-яга) при приближении к ним Ивана-царевича нередко говорят: «Фу! Русской коски (то есть кости, косточки) слыхом не слыхать, видом не видать»; они ощущают запах живого человека, оказавшегося в их, мёртвых, владениях.

Баба-яга в сказках для своего передвижения использует «стýпу» — металлический или тяжёлый деревянный сосуд, в котором толкут что-нибудь коротким тяжёлым стержнем с округлым концом, называемым пестом.

В ряде сказок используется приветственная формула «гой еси», что значит «будь здоров!», «будь жив!»; восходит к слову «гоить» — жить, здравствовать; «еси» — это устаревшая форма глагола «быть» во втором лице единственного числа.

В некоторых сказках курица или кот живут вместе с «кочетком», то есть петухом.

Стрелец выменивает у купцов диковинки в обмен на невидимого слугу Шмата-разума, но потом сбегает благодаря слуге; обманутые купцы говорят, что он «маклак» — врун, плут.

Морской царь сообщает Ивану-царевичу, что у него есть триста «скирдов», то есть триста больших продолговатых стогов (сена, пшеницы или соломы) или сложенных по особому способу снопов хлеба для хранения их под открытым небом.

Ведьма превращает девушку в зверя Арысь-поле, то есть в рысь.

Жёны старших братьев, наблюдая за тем, как Царевна-лягушка выпекает хлеб, пытаются повторить её действия, в результате у них получается «кули-мули», то есть непонятно что.

Хитрая лиса, доедая мед, завуалированно называет его «поскрёбышек» — остатки, собранные со стенок посуды. Это же слово используется для обозначения позднего или последнего ребёнка в многодетной семье.

Лиса пробирается на двор и пытается залезть на «насéсть» — специальную перекладину в курятнике, на которую куры садятся для отдыха и сна.

Необдуманный поступок лисы, высунувшей хвост из норы, приводит к тому, что собаки её вытащили и «закамшили», то есть задавили.

Действующим лицом некоторых сказок является «бирюк», то есть волк. Но вообще, как отмечается в «Словаре русских народных говоров», слово это может использоваться и для обозначения других животных (например, медведя, барсука, быка).

Колобок, встречая на пути животных, поёт им песню о том, что он «по сусéку метён» — в этой ёмкости, используемой для хранения муки или зерна, старуха и собрала остатки муки для его приготовления.

Ерш обращается к рыбам: «А вот послушайте, что я буду баять», то есть говорить, рассказывать, толковать.

В одной из сказок козёл получает характеристику «козлище-мрасище», что, по-видимому, связано со словом «мрась» — ничтожество, дрянь, негодяй.

Волк-дурень идёт ночью «уписывать падлу», то есть вынужден довольствоваться падалью.

Курочка снесла яичко в «куте», то есть в углу напротив печи в избе, в котором зимой держали кур.

Курочка, спасающая подавившегося зёрнышком петушка, приходит за помощью к «лáянам» — жителям деревни Лáи, расположенной на реке Лая, впадающей в Северную Двину; они дают ей «уголья» (уголь) для кузнецов.

«Ершишко-кропачишко», который «склался на дровнишки со своим маленьким ребятишкам» — это беспокойный, неуживчивый ёрш.

Мышь в сказке «Терем мухи» получает прозвище «хмыстень», то есть воришка.

Страх на обитателей реки Шексны наводит зубастая да «торовáстая» (то есть слишком бойкая) щука, которая съедает рыбу.

Никита Кожемяка использует «сохý» — древнее сельскохозяйственное приспособление для неглубокой пахоты земли.

Старик, забравшийся на небо, видит там «жерновцы» — небольшую ручную мельницу, состоящую из двух камней-дисков (жерновов), между которыми зерно смалывается в муку.

Плачущих из-за разбитого мышкой яичка старика и старуху встречает «просвирня» — женщина при церкви, которая пекла просвиры (просфоры), то есть особые хлебцы, используемые в богослужебном таинстве евхаристии (причащении).