Как сказки сделали Корнея Чуковского любимым детским писателем, но испортили ему жизнь
Как сказки сделали Корнея Чуковского любимым детским писателем, но испортили ему жизнь
Как сказки сделали Корнея Чуковского любимым детским писателем, но испортили ему жизнь

Как сказки сделали Корнея Чуковского любимым детским писателем, но испортили ему жизнь

Алина Терехова

8

12.03.2018

Корней Чуковский в окружении детей, 1959 год / Изображение на обложке: РИА Новости (Семенов)

Корней Иванович Чуковский — ярчайший пример того, что сейчас называют self-made. Он родился в 1882 году, звали его в то время Николаем Корнейчуковым, а отчества у него не было, потому что он был незаконнорожденным ребёнком. Мать была прачкой и сутками стирала белье. А в 16 лет его исключили из гимназии по закону о «кухаркиных детях», который запрещал учиться детям низкого происхождения.

Будущий писатель расклеивал афиши, а на обратной стороне старых объявлений (другой бумаги у него не было) писал философский трактат.

«Я был в то время очень сумбурным подростком: прочтя Михайловского, Спенсера, Шопенгауэра, Плеханова, Энгельса, Ницше, я создал свою собственную „философскую систему“ — совершенно безумную, которую я проповедовал всем, кто хотел меня слушать. Но никто не хотел меня слушать, кроме пьяного дворника Савелия, у которого я жил, и одной девушки, на которой я впоследствии женился».

С этой девушкой, Марией Гольдфельд, Чуковский проживёт вместе больше 50 лет, до самой её смерти в 1955 году. У них родится четверо детей — Николай, Лидия, Борис и Мария (Мурочка).

Портрет Корнея Чуковского кисти Ильи Репина, 1910 год

Тогда, в конце XIX века, он перебивался случайными заработками — например, шпаклевал крыши в артели маляров. Но прежде чем закрасить жестяную поверхность, писал на ней мелом английские слова. Английским он занимался по самоучителю, купленному на барахолке. В книге не хватало страниц — к примеру, раздела фонетики, и Чуковский сидел на крыше, декламировал стихи и фразы с несусветным акцентом.

К слову, любовь к простому физическому труду сохранилась в нём с тех времён на всю жизнь. Дети вспоминают, что заборы он красил по Тому Сойеру — с таким азартом, что всем непременно хотелось взять кисть в руки.

Увлечение английским языком пригодилось ему уже в юности. В 1901 году Чуковский стал писать заметки в газету «Одесские новости» и сменил своё имя на псевдоним. А в 1903 году как единственный англоговорящий сотрудник издания поехал корреспондентом в Лондон. Всё свободное время Чуковский проводил в библиотеке Британского музея.

Полтора года спустя он вернулся в Одессу, но ненадолго — в 1905 году переехал в Петербург. Со своими лёгким нравом, эрудицией и талантом он скоро сошёлся с известнейшими людьми столицы. Чуковский работал фанатично. Всегда над несколькими вещами одновременно. Публиковал критические заметки в газетах и журналах, редактировал собрание сочинений Оскара Уайльда, переводил Уолта Уитмена, писал книгу и статьи о Чехове, исследовал творчество Некрасова — около четверти его стихов известны нам благодаря Чуковскому.

Осип Мандельштам, Корней Чуковский, Бенедикт Лившиц и Юрий Анненков. 1914 год

Кроме того, он выступал с публичными лекциями на литературные темы. Лидия Чуковская вспоминала, как отец взял её на одно такое выступление в Петербург (семья жила в пригороде), но вместо обещанных развлечений, оставил её на несколько часов в коридоре гостиницы, а сам заперся в номере и исправлял места лекции, которые показались ему вдруг слабыми.

Дети Чуковского

Когда Чуковский работал, то требовал абсолютного покоя: «От нас, детей, требовалась теперь одна-единственная дружеская услуга: провалиться сквозь землю».

Это не мешало детям обожать отца безгранично: «Серьёзной угрозой из его уст считали мы в детстве одну: „Не возьму с собой“. „Завтра не возьму с собой“. Куда не возьмёт? Это уже и не важно. С собой не возьмёт, вот куда. Оставит дома. Расстанется».

В Куоккалу, маленький финский посёлок близ Петербурга, Чуковский впервые приехал в 1907 году. Сначала недолго там гостил, потом снимал домик на всё лето, а вскоре перебрался туда окончательно. Почти с самого приезда в Куоккале он подружился с Репиным, который в 1912 году одолжил ему денег на первую (и единственную) покупку собственного жилья, дачи «Золотой рог». Впрочем, дети Чуковского обиделись бы, если бы их назвали дачниками. Они считали себя местными: знали все тропинки, понимали финский язык, в любую погоду бегали купаться и выходили на лодке в море. Грести их научил сам Чуковский — недаром провёл детство в Одессе. Он часто ходил с детьми на веслах и под шум волн читал стихи.

Корней Чуковский (слева) в студии Ильи Репина в Куоккалу, 1910 год

Лидия Чуковская вспоминала: «Он шёл к людям и звал людей к себе, как зовут на спектакль, на лекцию, на выставку, на диспут… Идти же в гости чайку попить и посудачить — к этому он был неспособен. Дом наш был для него прежде всего рабочее место, где он терзался трудом: не удаётся, не удаётся, не удаётся — какие уж тут гости? отчаянье! — показалось наконец, что удалось, вот тебе и именины. Тогда лыжи, или море, или лодка, и дети, и костёр на берегу, и люди. Слушатели: проверить, в самом ли деле удалось? и скорее в мастерскую Репина — взглянуть, как продвинулся портрет Короленко, или, по соседству, к Ценскому, или к тому же Короленко: послушать написанное ими, почитать своё. Вот и праздник!».

Английский язык, смелость и карточные игры

Английским языком Чуковский тоже занимался с детьми сам. Задавал шестилетней Лиде и девятилетнему Коле учить слова, а потом составлял из них абсурдные предложения и давал переводить. «Старая дева, объевшись замазкой, упала в пруд. Бурный южный ветер гнал её прямо на скалы. Но в эту минуту прилетела ласточка и клювом вцепилась в её волосы». Дети были в восторге. Слова были выбраны неслучайно: вскоре они попадались детям на страницах английских книг, предложенных отцом.

У Чуковского была привычка между делом спрашивать, что значит то или иное английское слово. И наоборот, просить назвать английские эквиваленты русских слов. А потом изменить их время или число.

К школьным успехам и неудачам своих детей он был практически равнодушен. Считал, что преподаватели, в большинстве своём, не могут увлечь, а без живого интереса ученье бесполезно. Когда выяснилось, что Лидии с трудом даётся математика, он просто стал решать задачи за неё. Зато когда Николай заинтересовался географией, Чуковский привозил ему из города карты и атласы и сам сидел над ними с не меньшим увлечением, чем сын.

Чуковский играл с детьми в шашки и шахматы, ставил пьесы, строил из песка крепости, загадывал загадки и заставлял придумывать свои. Устраивал соревнования — кто выше прыгнет, кто дальше пройдёт по забору, лучше спрячется. Превращал в приключение и уборку письменного стола, и поход за водой к колодцу на участке Репина (они должны были двигаться очень тихо, чтобы не мешать художнику, но выходило, будто «крали» воду).

Корней Чуковский с дочкой Мурой, 1925 год

Всей душой он ненавидел только одно развлечение — карточные игры. Они ассоциировались у него с мещанской Одессой, из которой он вырвался с таким трудом и которую как-то в письме другу назвал «фабрикой пошляков». Однажды, вернувшись раньше обычного из города, он увидел, что Лида с Колей играют в «пьяницу». «Если бы он застал нас за изготовлением фальшивых ассигнаций, гнев его не мог быть более бурным. Не смягчило его даже то, что мы сами нарисовали всех королей и валетов», — вспоминала Лидия Чуковская.

Отец учил детей смелости — под его руководством они забирались на самые высокие деревья.

Однажды, когда на них из-за забора выскочила огромная собака, Чуковский вместе с детьми опустился на четвереньки и стал громко на неё лаять. Собака убежала, поджав хвост

Не удивительно, что первое произведение для детей, поэма «Крокодил», тоже родилось в игре, почти случайно. Он ехал с больным сыном в поезде, пытался развлечь его стихами и импровизировал под стук колёс. Два года спустя, в 1917, сказка была опубликована в детском приложении к журналу «Нива».

Обложка книги «Крокодил», 1927 год

Детский сказочник

В годы после революции Чуковский работал в англо-американском отделе издательства «Всемирная литература». А чтобы прокормить большую семью, вёл занятия для желающих писать стихи: «Забуду ли те осенние месяцы, когда вместе с беллетристкой Даманской я вёл на станции Разлив по Финляндской железной дороге литературный кружок в общежитии двухсот проституток, собранных с проспектов Петрограда?».

С литературой для детей дела тогда обстояли совсем плохо — актуальных произведений тогда просто не было. Чуковский стал вдохновителем детской периодики и писал сам. И снова соединял высокое с обыденным: традиции сказок Пушкина и басен Крылова с фольклором и советским бытом.

«Мои детские книги неожиданно стали пользоваться огромным успехом…„Мойдодыр“, „Крокодил“, „Мухина свадьба“, „Тараканище“ — самые ходкие книги в России. Их ставят в кинематографе…», — писал в 1924 году Чуковский Репину. Но нельзя сказать, что эти публикации давались автору легко. То и дело возникали проблемы с цензурой. Придирались, например, к тому, что Мойдодыр выбегает из маминой спальни — в то время, когда люди ютились в коммуналках и не помышляли о личном пространстве. А фразу «жуки рогатые — мужики богатые» расценивали как «сочувствие кулацким элементам деревни».

Чуковский много лет наблюдал за тем, как дети осваивают речь, и в 1928 году вышла его книга о детском словотворчестве «Дети говорят» (в следующих изданиях — «От двух до пяти»).

Шарж Владимира Маяковского на Корнея Чуковского, 1915 год

Чуковщина

В том же году началась травля. Крупская опубликовала в «Правде» статью, в которой называла произведения Чуковского буржуазными, неуважительными к ребёнку, абсурдными. Она увидела в сюжетах политический подтекст. Интонацию быстро подхватили — и даже придумали ругательный термин «Чуковщина». Сказки оказались под запретом, а автор — без денег. В начале 30-х годов ему пришлось написать в «Литературную газету» отречение от своих детских произведений и он пообещал сочинить новую, идеологически верную поэму — «Страну Колхозию».

Но муза замолчала. «В голове у меня толпились чудесные сюжеты новых сказок, но эти изуверы убедили меня, что мои сказки никому не нужны — и я не написал ни одной строки», — вспоминал Чуковский.

Через какое-то время он потерял музу и в буквальном смысле — дочь Мурочка, которой были посвящены сказки Чуковского и которая была героиней многих из них, смертельно заболела туберкулёзом. Он считал это возмездием за малодушие.

Писать для детей Чуковский снова начал только в 40-е годы, но прежнего взлёта и вдохновения уже не повторилось. Тем не менее, сказки остались его «визитной карточкой». Чуковский жаловался, что он — журналист, литературовед, теоретик художественного перевода, автор многих книг, — для большинства читателей он так и остался создателем «Мухи-Цокотухи».

В 1938 году Чуковский получил в аренду дачу в Переделкине. Он каждый день в одно и то же время выходил на прогулку, к нему стали присоединяться дети — не только писателей, но и строителей, работавших в посёлке. Некоторым из них негде было заниматься, и Чуковский разрешал им делать уроки в своём доме. Со временем он завёл для таких посетителей этажерку с детскими книгами. А потом — построил рядом со своим участком целую библиотеку. И хотя общение с детьми всегда вдохновляло и радовало, образ доброго «дедушки Корнея» его тяготил — как и слава детских книжек, которая оставила в тени серьёзные произведения. Он был слишком многогранным человеком, чтобы ужиться в этом немного слащавом и плоском образе. Любопытно, что на единственном доступном видео Чуковский именно такой — читает стихи и загадывает загадки обступившим его восторженным детям.

В 1962 году Оксфордский университет присудил Чуковскому степень доктора литературы. После этого художник Малаховский нарисовал шарж: Чуковский в профессорской мантии прыгает со скамейки на скамейку на глазах у Переделкинской ребятни. Публичного образа не удалось избежать и здесь. Впрочем, Чуковскому рисунок очень нравился. В конце концов, седой профессор в полёте — это совсем неплохой итог.

Корней Чуковский в окружении детей, 1959 год / Изображение на обложке: РИА Новости (Семенов)
Комментарии(8)
Спасибо
На сказках и стихах Чуковского выросла я, мои дети, внуки и теперь и правнуки…Были и на экскурсии в Переделкине там работают влюблённые в Чуковского люди. как скромно жил писатель! Для него главным было творчество, а не нажива… Спасибо за статью!
Это наше достояние, богатство. Поизведение Чуковского — классика детской литературы.
Показать все комментарии
Больше статей