5 монологов учителей, которых достала школа. Но они всё равно любят свою работу (и детей)
Учителей часто ругают: дети, родители, руководство, коллеги. Кажется, жизни вне школы у них просто нет. На самом деле есть. Да, они тоже хотят приходить в школу в кедах и джинсах. И иногда срываются на уроках. Потому что устали. И об этом честно признаются в блогах «Мела».
О выгорании и мате на уроках (от учителя)
Почему учителя превратились в истериков, способны написать на лбу ребёнка «Дурак» или заклеить рот скотчем? Потому что их жизнь — это восьмичасовой стресс на работе, который не заканчивается и дома. А ещё надо как-то прожить на мизерную зарплату. Об этой стороне жизни рассказала учитель Наталья Николаевна. Сложно оправдывать себя, если материшься на уроке, но, похоже, у учителя есть причины сломаться.
«Сегодня случилось страшное. Я заматерилась на уроке. От бессилия. Сразу же покраснела, извинилась. Стыдно до сих пор. Слава богу, сидели «мои дети». Класс, в котором нецензурная лексика — не позор учителя, а показатель своего человека. Посмеялись надо мной и забыли (я надеюсь). Прибежала виниться к подруге, коллеге. В ответ не тихий ужас, не ошеломление и осуждение: «Что-то рано ты, в конце первой четверти. Меня обычно прорывает к концу года»."
О безразличии к детям (по-другому никак)
Анастасия Гавриленко работает всего лишь в школе два года. И она ещё в первые полгода поняла очень простую вещь: нужно быть безразличной к детям, тогда всё получится. Но не со всеми. Некоторые ученики способны на хамство, дерзость и написать жалобу на учителя.
«Помню: еду в метро и реву от безысходности происходящего. У меня мало что получалось, всё раздражало, дисциплина класса на нуле, и всё то, что я себе напридумала перед первым выходом на работу, улетучилось. Произнесённых после очередного срыва урока нотаций хватало лишь на 10-20 минут, и потом всё возвращалось на круги своя. Я хотела совершить революцию, убрать иерархические рамки и рассказывать о правилах русского языка в правильной, дружественной обстановке, но сама оказалась в плену своих мечтаний, а когда стала проявлять жёсткость, было уже поздно».
О работе в сельской школе
Мало кто соглашается работать в сельской школе. Но учителям здесь дают жильё — можно наслаждаться жизнью на природе (и без пробок). Учитель Марья Наговицына за три года сменила три школы — все в деревнях. Жильё там и правда дают. Но с ужасными условиями (20 минут до колодца с питьевой водой) или возле леса (того и гляди, волки выйдут). Про родителей и детей из деревни — отдельная история. С ними тоже бывает сложно.
«Наладить питание школьников? Нет, об этом до хрипоты спорили на планёрках, которые собирались каждую большую перемену в кабинете директора. И ещё там я поняла, что такое плохой коллектив. На линейке директор в присутствии учеников повысил голос на педагога за отсутствие у его класса сменной обуви. Также директор имела привычку ко всем подчинённым обращаться исключительно на „ты“».
О том, как сделать школу без уроков и правил
Учитель Виктор Цатрян устроил в школе эксперимент. Он отменил на своих уроках оценки, не требовал делать домашние задания, проводил уроки во время прогулки, вместо классики рассказывал о современных книгах. Эксперимент, правда, провалился, потому что школьные требования и другие предметы никто не отменял. Но вместо этого Виктор открыл свою школу НОС, в которой нет уроков, границ и правил. И, кажется, всё получилось.
«Оказалось, что это очень страшно — не проводить уроков, как в школе. Что соблазн велик. Что так надёжней, что результат понятен, да и процесс — как проторенная дорога: иди себе шагай, чего ещё надо? А эти проекты, а работа с внутренней мотивацией — вещи сложные, непонятные, без чётких сроков и гарантий. Ведь через несколько месяцев маячит аттестация, а мы ответственны, а детям сдавать, а как же мы успеем их подготовить, если погрузимся в проекты? Очень сложно поверить, что такая работа эффективнее».
О дисциплине и бессмысленной власти учителей
У учителя обществознания Лейониса ван Хааске (да, мы тоже думаем, что имя необычное) есть своя история работы в школе. На собеседовании администрацию волнует не знание предмета или опыт, а джинсы и кеды. В школе в них лучше не появляться. А ещё учителя с опытом советовали кричать на детей и добиваться дисциплины с помощью строгости. В общем, пришлось несладко.
«Я даже сказать ничего не успел — просто вошёл в кабинет директора, после чего пятнадцать минут мне рассказывали о недопустимости длинных (не такие уж они и длинные были) волос, клетчатой рубашки и чёрных джинсов. На пятнадцатой минуте мне надоело, и я решил уйти. Встал и направился к двери. Молча. Чтобы не прерывать монолог».
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения
