«Цена моего сноуборда — как зарплата в школе»: учительница из Приморского края — об увлечении экстримом и деньгах на это хобби

Екатерина Умарова работает учителем истории в школе, а в свободное время прыгает с парашютом, катается на сноуборде, пилотирует самолет и много путешествует. Мы записали ее тезисы о том, как жить полной экстремального опыта жизнью на учительскую зарплату.

1. Когда мне нужно сбросить негатив, я прыгаю в пропасть. Это называется роупджампинг — падаешь вниз со скалы высотой около 90 метров и болтаешься на веревке, как маятник. Если я чувствую, что у меня накопился стресс, — еду и прыгаю. Я в принципе адреналиновый маньяк: каждую зиму катаюсь на сноуборде, бегаю марафоны по 10 и 20 километров. Три раза прыгала с парашютом, но мне не понравилось — скучно. Как-то я пилотировала самолет. У нас в Приморском крае есть аэродром, и там я пробовала себя в роли второго пилота. Еще каждый год я катаюсь на сапах — для меня это тоже экстремально, поскольку я боюсь воды.

Раньше я занималась альпинизмом, у меня даже есть спортивный разряд. Сначала прошла все горные маршруты Приморского края, и мне так дико понравилось, что через какое-то время мы с друзьями взошли на Эльбрус. Потом я стала заниматься в школе альпинизма: мы ездили на Алтай, получали значки, награды. А на соревнованиях в 2020 году я сорвалась со скалы и сломала ногу. Сейчас у меня в ноге 16 болтов и 2 титановые пластины. Врачи говорили, что я год буду только учиться ходить, но в мае я уже побежала 10 километров. Потом я ушла в скалолазание: мы занимались на скалодроме, а на выходных лазили с веревкой по местным горам. Я такой человек: если что-то надоело, я сразу бросаю. Поэтому от скалолазания спустя два года я тоже отошла, хотя сейчас думаю вернуться.

2. Я не сижу дома в выходные — для меня это что-то вообще нереальное. Приморский край насыщен красивыми видами, природой: кругом тайга, водопады. Хочешь на море — иди к морю, хочешь в горы — иди в горы, хочешь просто на мысе каком-нибудь посидеть — сиди.

У нас очень развит туризм, много разных активностей, и это гораздо круче, чем смотреть дома сериалы

Для меня даже просто выехать к морю в пределах города, чтобы на пляже кофе выпить, — это святое дело. А когда я преподавала в школе первые годы, я каждые выходные вставала в 5–6 утра, чтобы погулять в горах. Путешествия — это часть моей жизни, и нельзя ограничивать себя в них из-за работы.

3. В течение учебного года я беру отпуск за свой счет. Например, я так летала в Питер, на Сахалин, на Кавказ. Мы с друзьями катались на сноубордах в Домбае. Летний отпуск у меня вообще распланирован от и до. Я не вижу ничего предосудительного в том, чтобы во время учебы куда-то убежать.

4. Все учителя живут не только на зарплату. Ясен пень, кого мы обманываем. У меня 16 уроков основных и 6 — домашнего обучения, для учеников с особенностями здоровья. Всего я работаю три дня в неделю и за свою нагрузку получаю 44 тысячи. Это конкурентоспособная зарплата по России. Но, даже если бы я пахала на износ, ее всё равно было бы мало, чтобы поддерживать комфортный уровень жизни во Владивостоке.

Давайте будем честны, на 44 тысячи я не выживу. У меня много запросов — путешествия, спорт, развлечения

Один мой сноуборд стоит как месячная зарплата в школе. Поэтому я открыла ИП — у меня свой курс подготовки к ЕГЭ, и это приносит мне доход значительно более высокий. К тому же сейчас я монетизирую свой блог в соцсетях — так я хочу популяризировать себя, выйти на новый уровень жизни.

5. Я не ушла полностью в репетиторство, потому что это скучно. А школа — это американские горки: никогда не знаешь, что произойдет. Ты всё время на ногах, с кем-то общаешься, что-то придумываешь. Бывает так, что урок пройдет идеально, а бывает, что после работы будешь сидеть одна в кабинете и плакать. Например, недавно у меня был очень загруженный день, я готовилась к уроку во вторую смену в машине, пришла к ученикам и увидела, что одного нет. Его одноклассник пошутил, что он не придет на мой урок, потому что я неинтересно рассказываю. Якобы он передал: «Ставьте два», — ему всё равно. Потом оказалось, что это была всего лишь шутка, но в тот момент меня это вывело из равновесия. Конец четверти — эмоции на пределе. А потом я могла случайно пропеть на уроке «А ты…», и весь класс подхватил песню «По барам», — таких веселых и радостных дней тоже могу много вспомнить.

6. Я с симпатией отношусь к детям, в которых вижу отражение себя. Это касается и хулиганов, и учеников, которые перенимают какие-то мои фишки, приемы. Например, я никогда не кричу на детей. Если дисциплина нарушается, я замолкаю и жду, когда все замолчат в ответ. И мне очень нравится ученица, которая замолкает каждый раз, когда класс теряет внимание и не слушает ее доклад. Я сразу думаю: «Ну, моя девочка», — и прям радуюсь в такие моменты.

Недавно шестиклассник выступал с докладом о культуре и быте бояр в Древней Руси. И это было просто феерично! Он с такой уверенностью говорил про вотчину, поместье, что я даже всплакнула. Я смотрела и думала: «Блин, почему не я тебя родила?» Когда дети отвечают мне моими же словами, когда они показывают знания на самостоятельных, контрольных, я такая: «Да! Научила! Я молодец!» Даже баллы ребенка на экзаменах учителю важнее, чем самому ребенку. Видеть результаты своей работы в учениках — это самое интересное и клевое.

7. Чтобы стать кумиром детей, надо вести социальные сети. Если Влад А4 активно выкладывает блоги на ютьюбе, у него много подписчиков, к сожалению, они будут равняться именно на него. Чтобы учителю стать авторитетом, он тоже должен быть медийной личностью, получить популярность и узнаваемость. Я не говорю, что это хорошо. Это реальность, в которой мы сейчас живем. Поэтому у меня отличные отношения с учениками — когда ты сам погружен в эту сферу, знаешь тренды, и общий язык найти гораздо легче. То же «обоюдно» очень плотно вписалось в нашу школьную жизнь.

Для детей учитель-блогер — это что-то «вау-прикольное». В какой-то момент я даже почувствовала себя селебрити в школе. Ученики с восторгом снимаются в видео, просят выложить совместный тикток, сфоткаться. На днях мы с шестиклассницей обсуждали сценарий для видео под песню Нюши, которое запишем в понедельник.

Я даже хочу в следующем году вести в школе кружок по блогингу. Я спрашивала детей, пойдут ли они, и все с энтузиазмом согласились. Для XXI века это необходимо — в любой профессии любой эксперт должен уметь преподносить себя через социальные сети.

8. Очень важно ориентироваться на обратную связь от детей. У меня есть обычный школьный дневник, куда я записываю расписание, домашние работы, заметки. В конце каждой четверти я стала давать его детям, чтобы они, как мои учителя, записали туда замечания, дали фидбэк. Сначала это было просто прикольно: дети веселились, смеялись, когда мы вместе читали то, что они написали. А потом я осознала, что на самом деле это очень эффективная психотерапия. Когда проявляется синдром самозванца, ты сомневаешься в себе и обесцениваешь свои старания, обратная связь от окружения очень спасает. Когда мне тяжело, я открываю эти дневники замечаний, где написано: «Вы очень интересно ведете уроки! Вы самый лучший учитель! Ваш внешний вид сегодня 10/10!» — и я понимаю, что я и вправду хороший учитель.

9. Классное руководство далеко не для каждого учителя. У учителя есть две самые главные сложности — куча всевозможных ненужных задач, которые руководство требует выполнять для галочки, и родители. Сейчас у меня нет классного руководства, и отношения с родителями нормальные. Часто возникают недопонимания из-за оценок («Почему у моего ребенка двойка?»), но они быстро решаются — достаточно показать контрольную, где отмечены все ошибки. Но для моих коллег родители — основная причина увольнений.

Когда общения с мамами и папами слишком много, нарушаются границы, и возникает всё больше недопониманий

Когда я работала в другой школе классным руководителем, у меня был конфликт с родителями из-за школьной формы. Администрация требовала от меня, чтобы мой класс носил одежду по регламенту. Когда я передавала информацию родителям, они протестовали: «Почему вы учите нас, как правильно одевать детей?» — хотя это была не моя прихоть. Дошло до того, что я отказалась от классного руководства, а потом и вовсе уволилась. На самом деле были и другие причины, которые вылились в профессиональное выгорание. Сейчас я делаю всё, чтобы не столкнуться с ним снова.

10. Учителям нужно отказаться от позиции спасателя. Если вы чувствуете, что устали, идите на больничный. Раньше я болела на ногах, часто жертвовала собой ради работы, даже после травмы сразу побежала в школу на костылях, — потому и выгорела. Сейчас, если я чувствую хотя бы небольшое недомогание, сразу иду на больничный. И всем советую делать так же. Не надо думать, что вы незаменимы, — незаменимых нет. Школа не перестанет работать оттого, что вы недельку полежите дома. Учителя постоянно боятся: «Как же мои деточки будут без меня? Как я их брошу?» Будут спокойно.

Если вы поинтересуетесь у учителей со стажем, откуда у них взялся их стаж, они ответят: «Я каждый год думаю, что доведу этот класс до конца и уйду». И не уходят, это повторяется снова и снова. Спасти школу, спасти учеников, спасти всех — невозможно. Не надо бояться оставить детей. Нужно всегда выбирать себя.

11. Хороший учитель никогда не будет заставлять выучить свой предмет, если ребенку он не дается. Нельзя всех стричь под одну гребенку: у детей разные интересы и разные способности. Зачем портить оценки, если твой предмет для ученика слишком сложен. Хороший учитель — не тот, кто любит детей, а тот, кто относится к детям с уважением. Потому что люблю я только своего ребенка, но уважаю всех детей и отношусь ко всем абсолютно нейтрально. Хороший учитель — это не только тот учитель, который дает знания. Это учитель, который может поддержать ученика в трудной ситуации, который видит потенциал ребенка.

А вообще я считаю, что человек, который по своей воле выбрал работу с детьми, — это уже априори хороший учитель.

Фото: личный архив Екатерины Умаровой