У педагогов есть своя Нобелевская премия. Вот 4 истории учителей, которые её получали
А в прошлому году в финале участвовала учительница из Москвы!

«Хороший учитель вдохновляет и меняет не только жизнь ребёнка к лучшему, но и людей вокруг. Ваша работа — пример для учителей по всему миру», — говорил принц Уильям, обращаясь к финалистам конкурса Global teacher prize. Это учительская премия мира, которую прозвали «Нобелевкой для педагогов».
В 2014 году её основал арабский миллиардер Санни Варки вместе с благотворительной организацией Varkey Foundation, чтобы поднять престиж профессии учителя. Варки управляет компанией GEMS Education, в которую входит больше сотни школ — от Индии до Европы.
Из учителей со всего мира жюри отбирает тех, кто разработал «инновационные способы преподавания» и влияет не только на своих учеников, но и на общество. В прошлом году в шорт-лист вошли учителя из Великобритании, Пакистана, Кении, США, Японии, Финляндии, Австралии и Индии. А одним из финалистов конкурса стала учительница из России — Наталья Киселёва. Она преподаёт математику в одной из школ Москвы по авторскому методу «математические уроки через активность».
Лауреат премии Global teacher prize получает 1 миллион долларов, по условиям он потом должен продолжить преподавать в той же самой школе– не меньши пяти лет. В этом году учителя могут подать заявку на участие в конкурсе до 23 сентября 2018 года. А пока — истории четырёх её победителей.

Нэнси Этвелл обожала книги и мечтала преподавать детям английский язык и литературу. Она устроилась в школу в западном Нью-Йорке в надежде, что её ученики полюбят любить читать как минимум так же, как она. Но этого не случилось: восьмиклассникам было наплевать на школьную программу, а её «авторские методы» не работали. Тогда Нэнси переехала в маленький городок Эджком, в штате Мэн, где открыла свой образовательный центр Center for Teaching and Learning. Там она пришла к простому выводу: дети сами знают, что они хотят читать, не нужно на них давить, заставлять и проверять их знания бесконечными контрольными. По мнению Этвелл, из-за новых требований учителя превратились в машины, которые натаскивают детей на тесты.

В Center for Teaching and Learning учатся около 80 детей, с 1 по 8 класс. Эта школа не похожа на остальные учебные заведения Америки: тесты здесь запрещены, классы меньше обычных и в каждом есть своя библиотека. Вместо проверочных контрольных дети что-то изобретают и экспериментируют. В школе отмечают все религиозные и светские праздники мира — от китайского Нового года до конца Рамадана. Так, они расширяют свои культурные границы. Ученики читают по 40 книг в год (есть даже список книг, которые всем советют прочитать семиклассники и восьмиклассники). Школа Этвелл стала примером американской школы нового образца, а сама Нэнси написала девять книг для учителей.

Ханан Аль Хруб родилась в лагере для палестинских беженцев в Вифлееме. Из-за военных действий у неё не было возможности получить профессию переводчика, о которой она так мечтала. Девушка вышла замуж и родила пятерых детей. Однажды машину её мужа Омара, который вёз дочерей, обстреляли на границе. Израильские солдаты плечо Омара в плечо. К счастью, девочки не пострадали, но пережили сильнейший шок и получили психологическую травму. Ни Ханна, ни Омар не знали, как вернуть их к жизни, а от школы не было никакой в этом помощи.

Чтобы помогать детям оставаться детьми даже во время войны (а они видели насилие на улицах каждый день), Ханан решила стать учителем. Её лозунг в школе — «нет насилию». Она помогала школьникам справиться с внутренней агрессией и пережить психологические травмы, если они уже у них были. Ханан надевала парик клоуна и красный нос, чтобы показать детям, что мир может быть действительно безопасным и добрым. А деньги от премии она планировала потратиться на строительство академии для учителей.

Чаще всего учителя не работают в Арктике дольше шести месяцев. Каждые полгода кто-то из педагогов уезжает из местной школы в деревню инуитов (это коренной народ Северной Америки) Саллюит в Северном Квебеке на полярном круге. Добраться до деревни можно только по воздуху, зимой температура опускается до -25. Местным жителям сложно найти работу, поэтому в деревне много семей пьяниц и наркоманов.
Мэгги Макдоннелл приехала в Саллюит из Новой Шотландии, преподаёт в школе уже семь лет. Когда Мэгги была маленькой, отец объяснил ей, что коренные народы нужно уважать, потому что это они, жители Новой Шотландии, — гости на их земле. Макдоннелл вспоминала слова отца на вручении Global teacher prize, которую она получила за то, что стремилась сделать жизнь деревенских детей гораздо лучше и выходить за рамки школы.

Мэгги использовала часть выигранных ею денег на тренировки молодых инуитов по хождению на каяках (маленькие лодки) — традиционном занятии этого народа, которое было почти забыто. Ещё она возила своих учеников и коллег на кинофестиваль в Торонто на показ документального фильма «Salluit Run Club» о клубе, который создала сама Мэгги в поддержку инуитов. Этим она спровоцировала дискуссию о положении инуитов, а её ученики лично обсудили проблему с бывшим президентом США Биллом Клинтоном.

В школе Альпертон в одном из самых бедных районов Лондона учатся дети мигрантов. Условия, в которых они живут, хуже быта советской коммуналки: ванную комнату и кухню делят семь семей. Вот уже 12 лет Андрия Зафираку работает в Альпертоне учителем рисования. Ей пришлось выучить основные фразы на 35 языках, включая хинди, гуджарати и тамильский, чтобы найти подход к каждому ребёнку.
Андрия ходила по домам приезжих семей, сдружилась с ними и поняла, что школа, в которой учатся дети мигрантов, должна отличаться от обычной. Учительница придумала спортивные кружки для девочек из консервативных семей, организовала дополнительные уроки по выходным и бесплатные завтраки, заменила часть теоретических предметов практическими и целиком переработала учебную программу. Например, добавила больше творческих предметов, которые, по её мнению, помогает детям научиться мыслить самостоятельно и получить нужные социальные навыки.

Детям-мигрантам сложнее адаптироваться в европейской среде, если школы учитывают их культурную самобытность. Зафираку с этим утверждением не согласна: она считает, что сначала важно познакомить учеников с культурой их родной страны. «Помогите открыть их идентичность, культуру и историю. Покажите им, кто они такие, и у детей появится гордость за свою страну», — считает Зафираку.
По материалам bbc.com и theduardian.com.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения





