15 непонятных слов из «Тихого Дона» Шолохова: дратва, кутница и прочие жалмерки

«Тихий Дон» — главный кошмар школьников. Если с «Войной и миром» они худо-бедно справляются (особенно если прочитают разбор «Мела»), то в «Тихом Доне» тонут. А ведь роман-то блестящий — колоритный, динамичный и вообще не имеет аналогов. Ну и что, что там много непонятных казацких словечек? Некоторые мы объясним — а там вы уже и сами втянетесь.

«Родился в 1905 году в семье служащего торгового предприятия в одном из хуторов станицы Вешенской, бывшей Донской области», — писал Шолохов в автобиографии. Как разговаривают донские казаки, он знал не понаслышке. И, описывая в «Тихом Доне» события Гражданской войны в родных краях, он, конечно, не мог заставить своих героев говорить на «литературном» языке. «Дратва», «шляхи» и «жалмерки» и правда могут поставить читателя в тупик — но лишь вначале. А потом замечаешь, как из этой самобытности рождается полноценная поэзия.

«Прокофий обстроился скоро: плотники срубили курень, сам пригородил базы для скотины и к осени увёл на новое хозяйство сгорбленную иноземку-жену».

Это слово встречается на первых страницах «Тихого Дона» и появляется в романе не менее 185 раз. К курицам оно отношения не имеет, а вот с курением, точнее с дымом, связано: это казачий дом, хата, где зимой готовят еду, дом с соломенной крышей или шалаш (как указывает «Донской словарь» А. В. Миртова). Собственно дым шёл (курился) из трубы. При куренях обычно были базы — загоны для скота.

«Спустя время раскрасневшаяся Мавра, с платком, съехавшим набок, торочила на проулке бабьей толпе:
— И что он, милушки, нашел в ней хорошего?»

Вообще-то глагол торочить встречается не только в речи казаков. На охотничьем жаргоне, например, оно значит «привязывать зверя к ремням». А ещё можно оторачивать тулуп мехом (пришивать мех к краю одежды). Но у нас тут ни то, ни другое. На диалекте донских казаков торочить значит «много говорить о чём-либо».

«Хороший казак! Всем взял, и ухваткой и всем, а вот непутевый… Сбился со своего шляху!»

По контексту можно понять, что «шлях» — это путь, дорога, как в прямом, так и в переносном смысле. Упоминается в романе и Млечный Шлях, то есть Млечный Путь.

«Вечером при огне Пантелей Прокофьевич ссучил дратву, начал сшивать распоровшуюся хомутину; то ли нитки были гнилые, то ли старик нервничал, но дратва оборвалась два раза подряд…»

Согласно словарю Ожегова, дратва — это «кручёная просмолённая или навощённая нитка для шитья обуви, кожевенных изделий». Ссучить её значит свить две нити в одну (отсюда «сукно»).

«Гутарили про него по хутору чудное».

Гуратить — не торочить, гутарить значит просто «разговаривать, говорить». В «Донском словаре» также есть вариант гуторить — тот самый, который встречается у Некрасова.

«Направляй их над Доном, по хуторам, а вназирку за ними пошли две конные сотни».

Если обратиться к «Казачьему словарю-справочнику» Г. В. Губарева, то выяснится, что наречие вназирку означает «наблюдая издали, не теряя из виду». В словаре Даля встречается вариант поназирку.

«Здорово, жалмерка! Телка нашего не видала?»

Похоже на название предмета одежды или головного убора, но по контексту понятно, что речь о чём-то другом. Жалмерка — это казачка, у которой муж на военной службе. Другой вариант того же слова (внезапно) — жармелка.

«Ветер трепал на Аксинье юбку, перебирал на смуглой шее мелкие пушистые завитки. На тяжелом узле волос пламенела расшитая цветным шёлком шлычка, розовая рубаха, заправленная в юбку, не морщинясь, охватывала крутую спину и налитые плечи».

А вот это уже предмет гардероба замужней казачки — небольшая шапочка, напоминающая тюбетейку. В словаре Ефремовой есть вариант в мужском роде — шлык.

«Старший, уже женатый сын его Петро напоминал мать: небольшой, курносый, в буйной повители пшеничного цвета волос, кареглазый…»

Вообще повитель — это народное название вьющихся растений (таких, как вьюнок). Здесь же оно используется как метафора — для описания вьющихся волос героя.

«Чикиляя на одной ноге, Григорий просунул ногу в штанину, ответил сквозь зубы:
— Отвяжитесь, какого чёрта надо? Куда? В Двенадцатый полк».

Чикилять значит «хромать, идти прихрамывая». Интересно, что один из персонажей «Тихого Дона», разозлившись, называет чикиляем своего коня.

«Ты когда ж её бросишь, анчибел проклятый? До каких пор такую страму на старости лет принимать?»

Этим бранным словом награждают Гришку за связь с Аксиньей. В донском говоре оно значит «чёрт, дьявол» или «лихоман». Женщину же могли назвать «анчибел в юбке». Любопытно, что в казацкой среде и «антихристы» превратились в анчихристов: «Ну как там наши? Мы прослыхали, будто Гришу дерзали анчихристы?»

«Жидковат ты был, куга зелёная супротив меня».

Нет, это не тоска зелёная. Так более опытные казаки называли молодых. Прямое значение словосочетания — «болотная трава». Вяленькая такая.

«Ну, вот и опять дернул меня чёрт за язык! Как раз ишо влипнет в часть, а там этой самогонки на одну понюшку…»

В словаре Ушакова сказано, что это «маленькая щепотка нюхательного табаку, достаточная на один приём». На одну понюшку значит «очень мало».

«Я такой: мне догонять их нету надобностев, а коли туго прийдется, подопрёт к кутнице — так я первый махну!»

Этим красивым словом называется прямая кишка. А образным выражением подопёрло к кутнице можно доходчиво сообщить собеседнику о сильной необходимости, потребности.

» — Обыдёнки съездишь?
— А то чего ж? К вечеру возвернусь».

Обыдёнки значит «за один день, одним днём». У Шолохова также встречается выражение съездить обыдёнкой.