Проблемы школьных учебников: революция в 10 лет, Бунин — в 14

Часто критикуют ФГОС, учителей, школьную программу, но довольно редко обращают внимание на учебники. Вы заглядывали в них? Наш блогер, учительница русского языка и литературы Елизавета Капустина, рассказывает, что не так с современными школьными учебниками.

Мой сын учится в восьмом классе. На днях он подошёл ко мне с просьбой помочь разобраться с текстом по литературе. Он честно прочитал отрывок из драматической поэмы С. А. Есенина «Пугачёв» и ничего не понял. Совсем.

Предложила ему вспомнить, что он знает о Емельяне Пугачёве, почему эта личность была интересна писателям и поэтам («Капитанская дочка» Пушкина уже прочитана), почему Крестьянскую войну 1773–1775 годов Екатерина II назвала самым страшным событием века и приказала предать забвению всё, что связано с именем Емельяна Пугачёва. Потом вместе с сыном прочитала статью учебника, предваряющую отрывок из поэмы.

Там не сказано ни слова о том, почему Есенин выбрал этого исторического персонажа для своего произведения, ни о героях, ни о сюжете

Поэтому мой сын и не понял, кто такой Хлопуша, почему ему непременно надо увидеть Пугачёва, что значит «Конец Пугачёва» во фрагменте, где говорит только Пугачёв, и почему дан для анализа именно этот отрывок.

Пару лет назад мы всей семьёй посещали Московский государственный музей С. А. Есенина, где нам показывали кинохронику, на кадрах которой сам поэт читает отрывок из поэмы, приведённый в учебнике по литературе. Авторам-составителям учебного пособия ничего не мешало поместить небольшую статью об истории создания поэмы и её содержании, о сложности образа Емельяна Пугачёва в русской литературе, чтобы ребёнку было легче ориентироваться в тексте. На деле же текст ребёнок прочитал, но не понял. КПД — 0%.

Честно говоря, мне, учителю русского языка и литературы, тоже не всегда ясна и понятна логика составления учебников по литературе. В том же восьмом классе изучается рассказ И. А. Бунина из цикла «Тёмные аллеи» «Кавказ», в котором обманутый муж, «возвратясь в свой номер, лёг на диван и выстрелил себе в виски из двух револьверов».

Какой читательский опыт должен получить из этого текста подросток 14–15 лет? В этом рассказе речь не идёт ни о хрупкости семейного счастья, ни об ответственности за свои поступки, ни об уважении к чувствам другого человека. Я представляю, как бы удивился сам И. А. Бунин, узнав, что «Кавказ» изучается подростками в школе. Не только учебник по литературе грешит таким странным выбором заданий и текстов. Мне стало интересно, чем ещё «радуют» учебники, грифованные «ФГОС».

Читайте также

6 учебников, без которых невозможно представить историю российского образования

Задание: «Узнай у взрослых, из семейного архива, какую роль сыграли события 1917 года и Гражданской войны в судьбе твоей семьи» или «Узнай у взрослых, из семейного архива, как отразились события 1920–30-х годов на жизни твоей семьи. Составь рассказ». Предположите, какой это класс и предмет. Ответ: окружающий мир, четвёртый класс. Да-да, четвёртый класс! То есть мой сын, которому на момент учёбы в четвёртом классе было 11 лет, должен был у меня узнать о родственниках, которые родились в начале ХХ века.

Ещё пример: название параграфа «Что такое Бенилюкс». Нет, это не география, это тот же окружающий мир, третий класс. Не уверена, что взрослый с ходу вспомнит о Бенилюксе и государствах, в него входящих. Я никак понять не могу, зачем это знать ребёнку в десять лет. Как это помогает ему развить любознательность?

Мне очень не нравятся задания, для выполнения которых нужен выход в интернет. В учебнике «Окружающий мир. 2-й класс» читаем: «Найдите в интернете информацию о работе пожарных. Подготовьте сообщение». Или задание для первого класса: «В дополнительной литературе, интернете найдите сведения о продолжительности жизни деревьев». На каком основании даётся задание с опорой на информационные технологии, когда сам предмет «информатика» изучается с пятого класса?

Разве можно требовать с ребёнка то, чему сама школа ещё не научила?

Может быть, стоит отказаться от строго научных знаний и сконцентрироваться на научно-популярном изложении материала? Может, стоит давать понятные тексты, практико-ориентированные задания, а термины и явления объяснять понятным языком? Я вот с удивлением узнала, что, говоря о реформах Екатерины II, в учебнике по истории даётся понятие «секуляризация», которое потом никак и нигде не употребляется. Смысл?

Зато, готовя ребят к ЕГЭ по русскому языку, очень часто сталкиваюсь с тем, что они не знают самых простых слов, которые кочуют из учебника в учебник: «каракулевый», «парчовый», «полынья», «бор», «маятник», «рубанок», «молодцеватый» и так далее.

Читайте также

9 школьных предметов, которые можно смело выкинуть из расписания

Однажды, разбирая очередное задание в формате ЕГЭ по русскому языку, мы прочитали небольшой текст про экватор. Каково же было изумление одной учащейся, когда она из этого текста поняла, что экватор — это условная, воображаемая линия: «А я всегда думала, что это проволока, натянутая от столбика к столбику». Мы уходим от понятной простоты для всех к научной сложности для избранных, от практики к теоретизации, от логичного к непродуманному. Нередко приходится слышать от родителей: «Ой, сейчас так учебники написаны, в них нет ни правил, ни объяснений. Мне-то трудно разобраться, представляю, каково ребёнку».

Хочется посмотреть в глаза тому, кто пропускает учебники с содержанием, недоступным детям, с непонятными текстами, с заданиями, убивающими любознательность и интерес к учёбе:

Проведите ж, проведите меня к нему,

Я хочу видеть этого человека.

(С. А. Есенин, «Пугачёв»)

Фото: Shutterstock (Jure Divich)