«А какать — это физическое явление?» Учитель — о подростковых провокациях

Учителя и родители прекрасно понимают, что к подросткам нужен особый подход. Дети взрослеют, меняются и часто ведут себя не совсем так, как рассчитывают окружающие. Значит ли это, что научить их чему-то практически невозможно? Отвечает наш блогер, педагог Тарас Макух.

Я раньше почти не работал именно с подростками — с 7-м и 8-м классом (это возраст примерно 13-14 лет). Точнее, индивидуально занимался с детьми такого возраста, но ничего необычного не замечал. Развее что их усталость от учебы, апатию и шаблонность мышления («спасибо» школьной программе).

А в этом году мы занимаемся с подростками в группах. Стало понятно, почему этот возраст называют «трудным». Трудно призвать к порядку, ожидать соблюдения привычных правил, к которым уже в 3-м классе дети начинают привыкать и держать себя в руках (в 1-м и 2-м они еще весело возятся просто потому что для них все по большей части является игрой) — и способны так держаться класса до 6-го.

Наступает время, когда дети начинают резко взрослеть. А быть взрослым — значит, быть хозяином самому себе, не терпеть над собой никакой власти. Вот начинается урок в новом классе. Один мальчик притаскивает кресло к парте и садится в него, развалившись. Другой достает из рюкзака пакет чипсов и начинает их демонстративно есть. И в первые секунды наступает растерянность: что делать?

С одной стороны понятно, что они сразу раздвигают границы и проверяют меня — дам я слабину или нет? С другой — не хочется начинать наше знакомство с тирании. Делаю усилие по устранению волнения, растерянности, страха. И, открыв глаза, смотрю на ситуацию будто сверху, как в компьютерной игре.

Этот урок — не кошмарный экзамен для меня. Я не хочу относиться к этому так, что либо я сделаю все правильно, либо меня погонят большой пушистой метлой за непригодность. Это негативная мотивация. Спрашиваю себя: хочу ли я познакомиться с этими людьми, сообщить им что-то, нащупать точки взаимодействия в темах, в которых разбираюсь? Да, мне интересно попробовать. И вот я уже не вижу в них взбунтовавшихся рабов, а себя надсмотрщиком. Они лишь хотят разговаривать на равных, не хотят, чтобы их поучали. Это понятно.

Форма, конечно, корявая, но это их первые шаги, глупо ожидать чего-то более достойного.

Нескладные подростки-звереныши учатся рычать и кусать — как взрослые

Они еще научатся вести себя так, чтобы их уважали. Не всё сразу. И теперь всё это кажется даже немного забавным и милым.

Я встаю на позицию, что я здесь не для конфронтации, не для усмирения и/или подавления, не для того, чтобы плясать вокруг них на задних лапках и развлекать. Если тут никто не будет меня слушать, значит, я здесь не нужен, пойду дальше. Если кому-то скучно — я, увы, не могу, да и не хочу заставлять высиживать урок и что-то изображать: ученики — люди свободные. Но если хотите узнать, что будет дальше — посидите немного и сами всё увидите.

Если человеку удобнее слушать меня, развалившись в кресле, — ну и ладно. Главное, чтобы было интересно, чтобы в глазах появились искорки новых открытий. А вот чипсы — это не очень. Это всех отвлекает, меня тоже. Мягко и улыбаясь, прошу убрать. Получилось!

Наверное, по учебнику не получится ничего рассказать, тогда нужно импровизировать. Речь у нас пойдет про физику. Говорю, что не буду ничего рассказывать, пусть сами начнут создавать физику. Буду задавать только вопросы. Начнем с перечисления явлений в мире и попыток их объединить во что-то общее, назвать более общими словами.

Мозги заскрипели, лбы напряглись. Им не хочется выглядеть глупыми, не способными ничего выдать. Удачные ответы записываю на доске. Иногда выдают что-то смешное («А какать — это явление?») или нестандартное («А мышление — это физическое явление?») — я даже не хочу сразу отбрасывать эти варианты как неправильный ответ. Говорю, что это очень интересные и философские вопросы. Если разобрать до основания, наверняка, там есть что-то физическое.

Потом они сами задают вопросы, надеясь посадить меня в лужу: «А из чего сделана пустота? Из чего состоят кварки? Почему нельзя лететь быстрее света?» Но я только рад. Потому что всё удалось. Я тут на своем месте. Мы говорим о том, что интересно и для чего мы все сюда пришли.

Фото: stockfour / Shutterstock / Fotodom