Родители и учителя редко говорят с детьми о смерти — это серьёзная и мрачная тема, которая всегда застаёт врасплох. Что делать, если учитель умер на глазах всей школы? Как об этом говорить? Или стоит вместе помолчать? Личным опытом делится наш блогер Роман Лазебников, который пережил смерть коллеги и помог её пережить своим ученикам.
24 января в нашей школе на глазах у учеников от сердечного приступа умер 43-летний учитель старших классов. Событие это потрясло, разумеется, не только детей, но и весь педагогический состав. В обычную, привычную, во многом уже механистическую жизнь ворвалась тайна, другая реальность, глубочайшая правда бытия.
Для большинства школьников впервые обнаружилось, что человек смертен, и, как говорил классик, смертен внезапно. Вот к каким мыслям относительно людей новой формации привело меня это происшествие, вырвавшее нас из серой обыденности.
Смерть — это последнее и оставшееся в полном одиночестве препятствие на пути формирования «новых людей» в эпоху тотального цинизма, отсутствия нравственных табу и всепожирающей власти денег. Современные дети рождаются и живут в условиях инфляции практически всех общественных ценностей: насаждаемый властью патриотизм заканчивается после первой поездки в Европу, религиозный порыв гасится дурным примером некоторых представителей церковной структуры, а чувство влюблённости растоптано пошлым телевизионным юмором. Но самое трагичное, на мой взгляд, это абсолютный разрыв связи между подростками и родителями, которых просто нет в их реальной жизни — полная отчужденность друг от друга. Почему? Это большая и отдельная тема, но выхода из этого тупика я, признаться, не вижу.
А тут происходит внезапное и сверхъестественное вторжение в эту опостылую реальность. Целую неделю я наблюдаю не ржущих каждые пять минут тинейджеров, а думающих молодых людей. Они способны проявлять подлинные, а не фейковые человеческие эмоции, они задают вопросы, они страдают, наконец. Конечно, через неделю всё вернулось на круги своя, слёзы высохли, шок прошёл, но «осадочек остался».
Выход из матрицы состоялся в любом случае, думают об этом мои подопечные или нет. На глазах произошло удивительное преображение: самоуверенные, часто наглые подростки превратились в несчастных маленьких «котят», они как бы замерли в оцепенении. Всё, что им было нужно, это моё присутствие рядом.
На несколько дней мы стали одной большой семьёй, где каждый старался поддерживать друг друга. Слова в такой ситуации почти всегда бессильны, я мог им сказать только одно: со смертью не всё кончается.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: Shutterstock (Marc Bruxelle)
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям- Анастасия
Да уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом 
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения
