
Не каждый учитель высшей категории сможет сдать ЕГЭ по своему предмету на 90+ баллов. Значит ли это, что система аттестации педагогов работает некорректно? Наш блогер, учитель физики Филипп Белов, размышляет, как усовершенствовать аттестацию преподавателей и адекватно оценить каждого.
Система аттестации учителей несовершенна, её подходы и принципы периодически обсуждаются на разных уровнях системы управления образованием, корректируются и модернизируются. Основной тренд — снижение бумажной отчётности, которую должен сдавать педагог. Многие региональные центры оценки качества образования переводят системы аттестации от бумажного портфолио к льготным или сокращённым способам аттестации. Аналогичные идеи есть и на уровне федерации.
Всё это в целом неплохо, так как предлагаемые корректировки вполне реалистичны и результаты уже видны. Появилась возможность продлить категорию без формирования нового портфолио каждые пять лет. Для этого у учителя должны быть победители олимпиад, выпускники, сдавшие ЕГЭ на высокий балл (как правило, это 80+), или он входит в экспертную комиссию проверки ЕГЭ либо комиссию по аттестации учителей.
Однако портфолио как основная и единственная форма аттестации остаётся действующей для тех, кто получает категорию впервые. Это первая из двух фундаментальных проблем системы. Большинство учителей, которые уже формировали портфолио и проходили все этапы аттестации, считают, что содержание портфолио редко отражает действительные заслуги педагога и почти никогда не является объективным подтверждением качества его работы.
Наполнение портфолио может быть разнообразным даже при достаточно жёстких критериях: порталы платных методических разработок/конференций/публикаций/конкурсов позволяют получить практически любой диплом/сертификат/справку при разумных материальных и временных затратах. Львиная доля критериев оценки работы предметников ориентирована на проверку активности участия в различных мероприятиях, далёких от преподавания. Хотя качество образовательных результатов (в первую очередь показатели учеников на ГИА и олимпиадах) тоже влияет на общий балл.
Вторая проблема — неоднозначность деления на первую и высшую категорию. Высшую дают не тем учителям, которые действительно показывают высокое качество работы, а тем, кто смог собрать портфолио на максимальный балл. Чаще всего критерии портфолио одни и те же и для первой, и для высшей, отличаются лишь границы проходных баллов. Везде есть свои исключения, но в целом ситуация всё равно оставляет желать лучшего.
Проработал три года молодым специалистом, потрать месяц-полтора, сложи папку — получишь первую категорию
Ещё через два года снова подбери необходимые документы — получишь высшую. Обоснованный отказ в присвоении категории сегодня тоже не редкость, человеческий фактор более или менее строгих предметных экспертов оказывает своё влияние: кому-то оказывается легко подобрать документы на высшую, а кто-то мучается и с первой категорией, потому что его предметная комиссия слишком строга.
Развивающаяся система учительского роста и трансформация всех алгоритмов аттестации дают надежду. Если останется субъективная проверка достижений педагога экспертной комиссией, которая учитывает далёкие от реальной школьной практики достижения учителей в конкурсах/соревнованиях/семинарах, получим ли мы принципиально иной, объективный и актуальный в современных условиях взгляд на аттестационные технологии?
Позволяя себе немного помечтать, можно предположить очень простой и логичный вариант эффективной и реалистичной системы аттестации. Почему бы не отказаться от искусственных и крайне трудозатратных портфолио в пользу двухуровневой системы экзаменационной аттестации? Сдал ЕГЭ по своему предмету — получаешь первую категорию. Если, кроме ЕГЭ, можешь решить олимпиадные задания муниципального/регионального уровня — высшую. Тогда ограничение по работе со старшими и профильными классами при отсутствии первой категории будет понятно.
Учить детей так, чтобы они смогли сдать ЕГЭ, не обращаясь тотально к репетиторам, а уроки при этом не превращались в натаскивание, сможет только тот, кто сам попробовал пройти эту форму экзамена и понимает его особенности. Сколько будет сэкономлено сил, времени, бумаги!
Возражения, которые можно услышать в ответ на такое предложение, вполне предсказуемы. Учителя и так сдают профтестирование, у предметника не примут портфолио, если он не пройдёт тестирование в формате ЕГЭ и не наберёт достаточного количества баллов. Однако профтестирование составляется исключительно из заданий первой части, развёрнутые решения повышенного уровня сложности в расчёт не берутся. Из каких соображений? Для экономии времени? Полагаю, что можно без проблем уделить аттестации четыре часа вместо двух (как делается сейчас) один раз в пять лет. Тем более если мы исключим полтора месяца на сбор портфолио.
Кроме того, учителя, претендующие как на первую, так и на высшую категорию, не всегда пишут первую часть теста на 90+ баллов с первого раза. Возможно поэтому профтестирование остается лишь предварительным этапом перед основной оценкой работы учителя — портфолио. Что первый, что второй аргумент имеют крайне сомнительный вес в вопросе игнорирования перехода на вариант экзаменационной аттестации…
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: Shutterstock (NuPenDekDee)
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть
















