Дорогая, мы отменили дистант. Почему это рационально и правильно

Недавно в Госдуму был внесен законопроект о запрете дистанционного обучения: кого-то он обрадовал (многие еще помнят прошлую весну), кого-то, мягко говоря, удивил. А наш блогер Дмитрий Фурманов считает, что дистанционку надо не запрещать и отменять, а развивать. А потом уже давать выбор — использовать её или нет.
Давайте забудем на пять минут о том, что такие законопроекты появляются ближе к выборам, и про то, что не учитываются интересы детей, находящихся на длительном больничном. А поговорим об этом со стороны самой неважной части образовательного процесса — учителях.
1. Учителя не готовы к дистанту
Инклюзивность — она про то, что обделенными и отделенными себя никто не чувствует, у всех равные возможности. Мы говорим, что в школе должна быть инклюзивность для детей. Но забываем про учителей. Они, наверно, и не нужны (по крайней мере, создается такое впечатление) для всяких управлений образования. Помимо молодежи (по закону это те, кто моложе 35 лет) в школах работает огромное количество людей пенсионного и предпенсионного возраста. Это те люди, которые осваивают новые технологии не так быстро, как их младшие коллеги.
Когда очередной чиновник заявляет о новом витке цифровизации образования, он говорит о цифровизации только со стороны детей (ну, и отчетов еще). О том, что эти технологии надо было освоить еще вчера, он не думает, эти навыки есть у педагогов как бы по умолчанию. И каждое такое заявление подталкивает очередного заслуженного работника народного просвещения к заявлению по собственному.
И если вы думаете, мол, вот и уволился учитель Максим, да и бог с ним, то у меня для вас плохие новости. Сейчас нехватку учителей маскируют с очень большим трудом. В основном, раскидывая свободные часы по существующим педагогам. И оформляют отчетики так, что у всех не больше 27 часов в неделю (хотя в регионах может быть на деле и все 45).
2. Дети тоже не готовы
Ладно, есть те, кто готов. Но к дистанту не готовы и многие взрослые. Многие, кто пытался окончить онлайн-курсы, столкнулись со сложностями: то материал непонятен, то спросить стесняемся, то с техникой, ну или просто банальная лень. А мы за эти курсы заплатили деньги. Дети в государственных школах не платят деньги.
Дети вообще не платят ни копейки. Родители платят. Но ребенку все как бы достается бесплатно. Бесплатность усиливает фактор лени
Дистант невозможно контролировать, а это влияет на детей. Потому что учителя можно игнорировать, он же не явится домой. А мама с папой могут быть некомпетентны и их можно обвести вокруг пальца. Спросите любого педагога, как в его классах прошел дистанционный период. Получите ответ, что это потерянное время, дети деградировали и расслабились, на ВПР мы все горим в огне.
3. И система образования всё ещё не готова к дистанту
И новшествам в принципе. Потому что все, что попадает в систему, обрастает обязательностью. Соответственно за невыполнение нового следует наказание. Помните, как вводили ВПР? Это просто мониторинг, это не карательный экзамен, на него не нужно натаскивать. Знаете, почему на него натаскивают? Правильно, потому что это мониторинг. А все школы, которые мониторинг провалили, получат по первое число. Что произошло с дистантом? Да, его система натягивает на все школы как сову на глобус. А натянуто это так, что приходится людям сидеть на дереве, чтобы учиться, как вы помните.
4. Работы больше, денег меньше
Учителя в школе знают, с какими инструментами они работают и как выстраивать урок. Каждый педагог знает, есть ли у него доска в кабинете, маркерная она или меловая, есть ли экран и проектор, и исходя из этого, педагог строит свой урок, подбирает какие-то демонстрационные материалы и так далее.
Во многих школах уйти на дистант — это работать из дома. Работать из дома — это перекраивать все под свою материальную базу, что увеличивает время подготовки к уроку раза в два. Зато дистант забирает деньги у учителей, так как за кабинет учитель не отвечает, общешкольных мероприятий нет, тетради проверять не нужно. Хотя тетради педагог все равно проверяет, да и мероприятия просто в онлайн ушли. Но деньги могут срезать, увы
Какие выводы?
Неправильно всех заставлять применять дистант. И так же неверно запретить его. Если мы хотим, чтобы у российской школы появилось свое лицо, надо позволить выбирать. Потому что сейчас в государственной школе если есть невыгоревший полностью набранный штат — это уже, можно сказать, образцово-показательная школа. И позволить школе не проводить дистант, а также не цифровизироваться так активно — это честно.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: Shutterstock / Monkey Business Images
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть







