«Что за дичь». Зачем лингвисты танцуют исторические танцы

Что поможет объединить коллектив, подружить детей с преподавателями и вообще мотивировать учиться? В «Сириусе» нашли отличный способ — ученики вместе с учителями танцуют. О своём опыте они рассказали в блоге.
«Опять эти исторические танцы! Только и разговоров, что о них! — взмахнул руками Артём, когда узнал, что его друзья опять идут на „исторички“. — Это уже похоже на секту».
Ведёт исторические танцы профессор по лингвистике. В расписании стоит место, в котором обычно проводят лекции, поэтому практика оказалась неожиданностью. В актовом зале — всего несколько стульев, да и то только в углу, чтобы сбросить всё, что может помешать танцевать. Участники всё прибывают. Кто-то с уверенностью переступает порог, называя свою фамилию дежурному куратору, а кто-то робко топчется в дверях — не успел записаться. Но пускают в итоге всех. В прошлый раз Светлана Анатольевна (та самая профессор) демонстративно вернула в аудиторию тех, кого собирались выгнать: «Я запрещаю запрещать!»
В итоге список увеличивается по меньшей мере в полтора раза. Процентов семьдесят пять из них — лингвисты
Это неудивительно: они — основатели этого движения. Танцевать «исторички» — их традиция, без которой не обходится ни одна олимпиада и ни одна летняя школа.
В «Сириус» исторические танцы завезли 2 года назад. Их не добавляли в расписание учащихся — желающие просто собирались в свободное время на свободной территории. Но в этом октябре Светлана Анатольевна Бурлак уговорила руководство выделить ей помещение («Мы всё равно будем танцевать»), и на занятиях замелькали не только бирюзовые толстовки науки, но и ярко-оранжевые — искусства. И даже преподавательские бейджи!
Светлана Анатольевна включает музыку и, помахивая руками как дирижёр, начинает вышагивать в такт под мелодию, тем самым предлагая начать разминку. Профессор на три головы ниже своих соседей по кругу, но те ловят взглядом каждое её движение, стараясь поймать ритм.
Чтобы выучить новый танец, ребята разбиваются на пары. Тут и там слышатся вопросы: «Как тебя зовут? С какого направления?»
Раньше незнакомцы, они вместе смеются над своими ошибками, а в последующие дни с улыбкой приветствуют друг друга, случайно встретившись в коридорах «Сириуса».
«Некоторые из тех, кто приходят к нам в первый раз, не знают, что можно просто подойти и познакомиться, и наша задача показать им эту возможность, — рассказывает Надя, самая молодая из „учителей“. — Танцы — это обмен энергией».
Светлана Анатольевна раз за разом объясняет движения, используя при этом сравнения и метафоры («Вы недовольны, что ваша дама посмотрела на другого кавалера, поэтому ударяете ногой об пол, как бык копытом»), и на N-ую попытку получается танцевать начинает даже у тех, кто до этого никогда ничем подобным не занимался.
Но даже у опытных танцоров задания порой вызывают недоумение. «Здесь мой пятилетний опыт не поможет!» — вздыхает десятиклассница, взлётом бровей реагируя на новое движение, хотя она пробовала себя в самых разных видах танцев, от современных до бальных.
Дежурные кураторы тоже присоединяются, когда их зовут. Преподаватель и её два главных помощника, Пётр и Настя, то вступают в танец, то выходят из него, регулируя численность, чтобы никто из участников не оставался в стороне. Например, в описываемый вечер девочке не хватило пары, и её пригласила Светлана Анатольевна, проводив в самое начало лонгвэя — колонны из пар.
«На лингвистике у нас семейная обстановка. Все разногласия решаются. Ты можешь быть уверен, что тебя никто не обсуждает за спиной. Мы действительно относимся к каждому хорошо. Плохих людей нет, на лингвистике в человеке открывается всё доброе», — утверждает Надя.
Эту же атмосферу создают и на исторических танцах. Преподаватели по лингвистике танцуют со своими учениками, а спустя несколько часов проводят у тех же учеников лекции.
Общение в неформальной обстановке сказывается и на учёбе. Один из преподавателей, недавно присоединившийся к танцам, делится, что ребята, с которыми он танцевал, более активно реагировали на вопросы и участвовали в обсуждении на профильных занятиях. Ученики перестают воспринимать его как старшего и открываются с новой стороны, а не только как любители решать задачки. «На мой взгляд, минусов никаких, разве что иногда очень тяжело разорваться между тем, что нужно что-то сделать и тем, что хочется сходить на историчку», — посмеивается преподаватель.
Несмотря на восторженные отзывы, ни одна из бирюзовых толстовок не принадлежит математикам, людям из второй области науки, представленной в октябре.
Эту ситуацию поясняет Даша, девушка с математики, близко знакомая с лингвистами. Её много раз звали на «историчку», но у математиков не так много свободного времени, и танцы далеко не главный их приоритет. «У меня не было моральных сил на взаимодействие с новыми людьми. Каждый тут не в первый раз и общается в рамках уже организованной компании». В области технических наук большая конкуренция, поэтому некоторые воспринимают поездку в «Сириус» как шанс «поботать» [углублённо изучить конкретный предмет или тему], ни на что не отвлекаясь.
11 октября. 16:29. В 17:10 начинаются общеобразовательные занятия. Люди один за другим выходят в парк на своеобразную площадь «Сириуса» и образуют небольшие группы, ожидая начала последнего, пусть и неофициального, но занятия историческими танцами со Светланой Анатольевной.
Сама руководитель выполняет в данный момент свои прямые обязанности педагога и принимает задачи. Минуты идут, времени остаётся всё меньше. Присутствующие то и дело поглядывают на часы. Наконец, Светлана Анатольевна и сдающая поднимаются со своих мест. Секунда, и они уже не учитель с ученицей, а просто танцоры.
Все встают на хава нагилу — танец, где участники собираются в хоровод и все последующие движения не расцепляют рук. У песни протяжный мотив, а буквальный перевод названия песни: «Давай возрадуемся». Обычно мастер-класс заканчивается этим, но сегодня с этого начали.
Какой-то мальчик, проходя мимо, бурчит: «Что за дичь…» — но никто не обращает внимания
После хава нагилы Светлана Анатольевна предлагает никому не знакомый танец под весёлую музыку. Пары стоят в хаотическом порядке вместо привычного круга, да и движения — прыжки на месте вокруг себя, качание указательным пальцем, — резко отличаются от движений других танцев. Люди пожимают плечами, но всё же соглашаются. Из-за плохого интернета мелодия то и дело прерывается, а с ней и действие. Спустя четыре остановки музыки решается бросить затею с этим танцем и подключиться к колонке с другого телефона.
И снова попытки выучить что-то новое. Наравне с регулярными посетителями «историчек» — большинство из пришедших на прощальную встречу побывали на исторических танцах не один и даже не два раза — разобраться в шагах пытается Валентина Полякова, первый преподаватель-не-лингвист.
— Литература, у нас через десять минут школа!
— У всех через десять минут школа, — хихикают ученики.
Но никто не спешит уходить.
— Падеграс, и на уроки! — командует Светлана Анатольевна.
В припеве песни, сопровождающей финальный танец повторяется: «Короли Ночной Вероны, // Нам не писаны законы, // Мы шальной удачи дети, // Мы живём легко на свете».
— Всё, ребята, пора! — сообщают кураторы.
— «Капусту», давайте сделаем «капусту»!
Дети сбегаются в кучу вокруг Светланы Анатольевны и обнимаются. Учёба подождёт. Сегодня уж точно.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Иллюстрация: Shutterstock / Andrei Sikorskii
Популярные комментарии
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом









