«Школу в России называют „школой единственного шанса“»

Уже в первом классе ребёнок вместе с первыми наклейками за хорошую работу получает одобрение от учителя. К некоторым детям в школе прикрепляют совсем другой ярлык. Учитель Анна Собянина рассказывает про четвероклассницу Алису, которая часто отвлекалась на уроках.
Есть дети, которые долгое время живут в своём маленьком волшебном мирке. Там так чудесно и прекрасно, что вылезать оттуда не хочется, как выбираться из-под тёплого одеяла морозным утром. Алиса была из таких.
За завтраком сидит мечтательно размазывает кашу по тарелке и говорит:
— Анна Владиславовна, вы не удивляйтесь, что я на уроке вас иногда невнимательно слушаю. В эти моменты я в своём мире летаю.
— Нормально, — думаю я.
— В своём мире я — королева.
Эмм…там она королева, а я пытаюсь вернуть её на землю, где она просто ученица 4 класса.
Наша королева была из семьи легкоатлетов: папа прыгал в высоту, мама была тренером папы. Алисе в наследство достались белые-белые волосы, высокий рост и детство на спортивных сборах. Когда я только-только пришла работать в их 2 класс, Алиса была самым хмурым ребёнком, ничего не хотела делать, училась кое-как, врала.
Знаете, школу в России называют «школой единственного шанса», потому что уже в первом классе учитель прикрепляет к ребёнку клеймо «хороший/плохой/глупый/умный», от которого уже потом почти невозможно избавиться. А другого шанса уже у ребёнка не будет. Это так страшно.
Мне хотелось дать Алисе второй шанс. Всё отягощалось тем, что у Алисы были периоды активного роста, за полгода могла вытянуться на 5-7 см. Это были периоды полного провала памяти, когда термины и названия превращались в манную кашу. К концу третьей четверти мы дотянулись до «4» по русскому языку, и постепенно все обогретые зёрнышки проросли! И даже не отметки важны были.
Быть отличником — ещё не значит состояться в жизни. Желание учиться, получать от этого удовольствие, быть честным, жить с миром в душе — куда важнее
— Алиса, у тебя вот тут ошибка одна.
— Ага, Анна Владиславовна, сейчас всё исправлю, — уходила, исправляла, делала, переделывала, без нытья, сосредоточенно делала своё дело. Это победа! Вспоминая Алису, я уже не представляю её хмурые брови, она лёгкая, воздушная, высокая, пушистая, прыгающая, радостная. Счастливый ребёнок в своём маленьком волшебном мирке.
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе












