Ситуация тупиковая, или Почему приёмные комиссии в вузах не справляются с работой

Ситуация тупиковая, или Почему приёмные комиссии в вузах не справляются с работой

Время чтения: 5 мин

Ситуация тупиковая, или Почему приёмные комиссии в вузах не справляются с работой

Время чтения: 5 мин

В августе 2020 года утвердили новый порядок приёма в вузы. Наш блогер Алексей Егоров считает, что обновлённый регламент не поможет изменить ситуацию, более того — сделает только хуже.

Какая основная задача приёмной комиссии в университете?

  • «Обеспечить качественный набор в университет» — скажет оптимист.
  • «Не нарваться на скандал и не опозориться» — скажет реалист.
  • «Какая задача? Они документы принимают и всё» — скажет пессимист.

На самом деле — задача приёмной комиссии звучит так: получить качественный набор и исполнить контрольные цифры приёма без скандалов. Но есть проблемы. Качественный набор — это мышление в следующей логике: мы задали планку качества, ниже которой мы не можем взять в университет ни одного студента.

Выполнение контрольных цифр приёма же описывается так: мы задали такое количество студентов, меньше которого не может учиться в нашем университете. То есть задача приёмной комиссии противоречива по своей постановке.

Качество набора в вузы — некачественное

Какой набор в университет стоит считать качественным? Новая программа стратегического академического лидерства, доживающий последние месяцы проект «5-100», Высшая школа экономики да и — в конце концов — само министерство науки и высшего образования скажут однозначно: качественный набор — это такой набор, средний балл ЕГЭ поступивших в котором, наибольший.

Такой показатель качества очень удобен чиновникам и СМИ. Да и сами университеты чувствуют себя комфортно, считая средний балл. Этот показатель настолько удобен ещё и потому, что в среднем по стране средний балл ЕГЭ поступивших всё время растёт.

Каждый новый рейтинг качества приёма позволяет всем заинтересованным сторонам рапортовать о росте качества набора

Как так получается? Дело в том, что сумма баллов ЕГЭ поступающего и сумма баллов ЕГЭ зачисленного — это две совсем разные суммы. Особая и целевая квоты и право поступления «без вступительных испытаний» (БВИ) — всё это значительно изменяет средний балл зачисленного абитуриента в статистике набора.

Например, за каждого, кто поступил по льготе БВИ, университет получит в копилку 300 баллов из 300 возможных. При этом тот самый поступающий просто выиграл правильную олимпиаду, а на экзамене в сумме вообще мог набрать 150 баллов. В 2020 году, кстати, значительно выросло количество университетов, в которые вообще нельзя было поступить без права БВИ.

В итоге в ведущие университеты поступают через БВИ — средний балл в ведущих университетах растёт. Высокобальники ЕГЭ без БВИ переходят в университеты второго эшелона — там тоже растёт средний балл и качество набора. В итоге и в регионе растёт средний балл поступивших. Все в дамках.

В сообществах родителей и абитуриентов многие говорят, что льготу БВИ надо ограничить, ведь «честные работяги», сдавшие ЕГЭ на 270+ баллов не могут попасть в ведущие университет из-за «БВИшников». Но эта льгота и так ограничена. Всего в стране порядка 6000 человек воспользовались правом БВИ в 2021 году из более чем 500000 поступающих — то есть порядка 1%.

Почему же вокруг этого столько шума (вспомните, как много публикаций в СМИ в апреле было посвящено тому, что все участники финального тура Всероссийской олимпиады школьников стали её призёрами и, значит, получили право БВИ)?

Потому что ЕГЭ — одна из основ социальной стабильности в обществе: поступление в университет является одной из ключевых социальных потребностей в России, а значит, прозрачность поступления всегда находится под пристальным вниманием общественности. ЕГЭ — гарантия этой прозрачности, а БВИ — разрушитель прозрачности.

Но давайте заглянем «под капот». На практике процент отчисления за академическую неуспеваемость в ведущих «по качеству набора» университетах в первые годы обучения не меняется уже десяток лет. МИФИ, МФТИ, МГТУ, ВШЭ в среднем исключает 20% студентов за два года. Тогда как средний балл поступивших в эти университеты за тот же десяток лет вырос на 15-20 баллов из 100. Но процент отчислений — не беда. Многие мои коллеги говорят, что ещё 50% студентов ведущих университетов вообще не верно выбрали университет.

Они хоть и доучатся до конца, но работать «по специальности» не пойдут, потому что изначально и не собирались

Почему же такие студенты идут в ведущие университеты? Работает эффект элитности и стадности. Например: «Если в университете Х все поступающие на ИТ-специальности имеют БВИ и никого не берут по ЕГЭ, то и я, пожалуй, воспользуюсь там БВИ, ведь БВИ — это круто, хоть я и хотел бы стать врачом.» Приёмные комиссии университетов не имеют инструментов для отсева подобных «пассажиров».

Что мы видим в итоге? Приёмные комиссии университетов думают в основном о среднем балле ЕГЭ поступивших. Средние баллы видят родители и абитуриенты. Они выбирают те университеты, в которых выше средний балл. Тем более в этом году для подачи документов не нужно было приезжать в университет, а значит, гораздо проще, если ты высокобальник или БВИшник подать документы в рейтинговый университет, там где балл поступающих выше, интерес к которому больше.

50% поступающих поступили «мимо». 20% отчислили за неуспеваемость

Очевидно, что средний балл ЕГЭ на практике не является показателем качества набора, а лишь служит удобной цифрой для обсуждения. Драматично? Отчасти.

Отказаться от системы набора под количество студентов кажется невозможным для государственного университета. Она является следствием того, что все университеты имеют подушевое финансирование. Если вы наберёте меньше студентов — сокращайте преподавателей, отказывайтесь от помещений и общежитий, уменьшайте научную работу. А если вы не выполните контрольные цифры приёма, то вам в следующем году дадут меньше денег. В итоге университеты вообще вынуждены брать хоть кого-то, чтобы выжить.

Отказаться от ЕГЭ тоже невозможно. Система набора предыдущего периода (до ввода ЕГЭ в 2009 году, как вступительного испытания) имела огромный недостаток — поступить можно было за взятку. ЕГЭ безусловно полностью исправило эту ситуацию, обеспечив достаточный уровень прозрачности при поступлении. Кто же рискнёт заявить о возврате ко временам «коррупции»?

Что же приёмные комиссии всё-таки могут?

1. Чётче формулировать повестку и идентичность университета, отсеивая «пассажиров» за счёт атмосферы и принципов деятельности. Посмотрите на лидеров рейтинга по качеству приёма:

  • Научная элита — МФТИ.
  • Дипломатическая элита — МГИМО.
  • ИТ-элита — Иннополис.
  • Либеральная элита — ВШЭ.
  • Инженерная элита с акцентом на ядерную физику — МИФИ.

Все ведущие университеты имеют свою устойчивую нишу в позиционировании среди университетов России. Это позиционирование подчёркивает фишки программ и университета.

2. Настройка права БВИ позволяет за счёт олимпиад брать действительно талантливых ребят, например, призёров и победителей олимпиады НТИ или Всероссийского конкурса научных работ школьников «Юниор». Эти ребята показывают потрясающие результаты в процессе обучения уже с первого курса. Но их мало.

3. Они могут формировать сообщества школьников по узкой области. Например, по информационной безопасности или ядерной физике. Проводить для сообщества олимпиады и конкурсы. Собирать их вместе пообщаться. Вытягивать сообщество в лидеры конкурсов и олимпиад. В итоге талант притягивает талант.

4. Комиссии должны перейти на бизнес-подход к работе. Касание, лид, воронка, холодные звонки — всё это должно стать повседневным элементом работы приемной комиссии.

Это кажется мелочами. Но именно эти мелочи и формируют успех приёмной комиссии. Например, они позволили набирать на ИТ специальность в МИФИ очень талантливых ребят, которые уже на первом семестре отправляют первые материалы на конференции, при среднем балле поступивших — 100.


Манёвр между Сциллой качества набора и Харибдой закрытия бюджетных мест осложняется социальной важностью поступления в университет для общества. В конечном итоге решающими становятся качество команды, которая работает с абитуриентом и прозрачность принципов её работы.

Но сама по себе ситуация тупиковая. Новый порядок приёма сделал абитуриентам только хуже: осталась всего одна волна поступления по ЕГЭ. То есть ситуация переросла в «пан или пропал». А значит, тяжесть приёмной комиссии для абитуриентов 2021 только вырастет, вырастет и напряженность в обществе. Да и невозможно стать мировым лидером в науке и технике, замыкая всю деятельность школьников в 11 классе на ЕГЭ.

Дальше есть несколько путей, один сложнее другого:

  • Увеличить максимум баллов, которые могут получить абитуриенты за индивидуальные достижения. Разветвлять и усложнять достижения за которые эти баллы можно получить.
  • Предоставлять право поступления без экзаменов не только для олимпиадников, но и для победителей соответствующих компетенций национального чемпионата WorldSkills.
  • Вводить дополнительные творческие экзамены для поступающих на специальности с большим конкурсом, в первую очередь, высокотехнологичные.

Тем не менее, сейчас среди университетов или индустрии нет ни одного сообщества, которое бы за подобные изменения активно выступало. Да и скажем честно, индустрия вообще не считает, что качество их сотрудников зависит от качества набора на первый курс программ подготовки специалистов.

Перед университетами стоят значительные задачи, решение которых напрямую зависит от того, как тщательно вузы подойдут к отбору абитуриентов, причём со всего мира. Это значит только одно — система приёма изменится, ведь ЕГЭ фактически игнорирует остальной земной шар.

Фото: smith371 / Shutterstock

Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Чтобы сообщить об ошибке, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
К комментариям(1)
Подписаться
Комментарии(1)
Ошибку исправьте «они хоть и доучатЬся до конца». Ещё и крупным шрифтом напечатали…
Поколение дистанта…
Больше статей